Николай Васильев – Галантный прогрессор (СИ) (страница 18)

— Алекс, — сказала Эмили, вглядываясь в него удивленно и серьезно. — Я полагала, что ты просто восхитительный и пылкий молодой человек. Но ты оказался в любовных играх куда опытнее меня. Я таяла под твоими необыкновенными ласками и снова их желала. Где, с кем ты всему этому научился? Эта женщина должна быть исключительной любовницей. Вроде мадам Помпадур….

У Сашки чуть с языка не сорвался утвердительный ответ, но он схватил себя мысленно за горло. Чуть погодя ответил, утрированно рисуясь:

— Эмили, ты не поверишь, но это — государственная тайна. Даже не скажу тебе тайна какого это государства. Скажу лишь, что я не француз де Мож и не герр Чихачев. Ласки же мне приходят в голову при малейшем твоем движении. Вот сейчас ты повела плечиком и приоткрыла краешек подмышки, которую мне тотчас захотелось поцеловать…. А сейчас ты им дернула и нечаянно колыхнула грудью — и я страстно возжелал прильнуть к твоему подгрудию….

— А-алекс! Что ты со мной делаешь, Алекс….

Выйдя, наконец, из дома, Сашка отправился к Вобану, и тот сообщил, что гарнизон Порт-Магона сдался прибывшему к авангарду маршалу Ришелье. Теперь осталось убедить к сдаче гарнизон Сан-Фелипе и остров Менорка станет принадлежать Франции.

— Мне казалось, что мы передадим его Испании, — сказал Сашка.

— Чтобы они снова отдали его без боя Англии?

— Ну, оставить здесь на первое время французский гарнизон, дополнив его испанским — но все-таки передать. Уверен, что король Испании такой подарок оценит и отплатит в троекратном размере….

— Изложите свои соображения маршалу, мсье де Мож — может, они его и убедят. Он, кстати, прислал сообщение о скором своем появлении в форте Ла Мола….

Ришелье в окружении генералов и подхалимов прибыл на корабле, часам к четырем. Полковник де Мож встретил его на берегу перед строем своего полка.

— Трэ бьен, егеря! — молодцевато гаркнул маршал.

— Вив ле марешаль! — рявкнул в ответ тысячеголосый строй.

— Поздравляю вас с победой! — продолжил заклинание маршал.

— Ур-ра, ур-ра, ур-ра-а! — раздался грозный рев.

— Что это за ур-ра? — оборотился Ришелье к де Можу.

— Это клич римских легионеров, — пояснил Сашка. — Я заимствовал его из трудов Тацита. Теперь будет клич французских егерей.

— Н-да? Вы весьма начитаны, мсье де Мож. Особенно для московита. Но пусть будет у вас такой клич. А теперь расскажите о подробностях захвата форта Ла Мола и разгроме адмирала Эджкамба….

— Подробности ночного штурма форта маршалу весьма понравились.

— А Вы сможете повторить свою атаку — только теперь на форт Сан-Фелипе?

— Отчего не смочь? Сможем. А если предложить им просто сдаться? Мне кажется, в форте укрылось не больше полка….

— Мой парламентер к ним уже ходил, но этот Блейкни уперся: заявил, что запасов пороха, ядер и пуль у него хватит на каждого лягушатника из кодла Ришелье. Наглец!

— Наглец, — согласился Сашка. — Будем брать его груду камней, которая кажется ему неприступной. Ваши полки уже приблизились к крепости?

— Вот-вот подойдут.

— Отмените, сир. Пусть держатся в отдалении, примерно в миле. Чтобы не нервировать раньше времени осажденных.

Егерский полк форсировал эстуарий через остров, в 2 км от крепости, во второй половине ночи. Верные тактике стремительного броска, егери первой роты сразу двинулись, крадучись, к стенам крепости и взяли их в полукольцо, от залива до берега открытого моря. Сашка был в этот раз с ними, хотя в постановке клиньев и крючьев, навешивании веревок и последующем снятии часовых участия не принимал, а возглавил первую волну наступающих. Он был еще на середине стены, как вдруг где-то в крепости прозвучал выстрел.

"Быстрее вверх!" — хотел скомандовать он, но осекся: всем и так стало понятно, что подъем надо ускорить, а выдавать наступающих голосом пока не стоит.

Наконец, Сашка достиг бойницы между крепостными зубцами, выскочил на стену и сразу подался к ее внутренней стороне. Двор крепости уже заполнялся выбегающими с факелами солдатами, гомонящими как растревоженные пчелы. Сашка достал со спины рупор и скомандовал вдоль стены:

— Бойцы! Гасить факельщиков!

Тотчас защелкали выстрелы, и через пару минут в крепостном дворе стало темнее, хотя и не совсем: часть упавших факелов продолжила гореть. Это, впрочем, было на руку нападавшим: до стен свет не доходил, а двор худо-бедно освещал. Осажденные тоже открыли пальбу, но вслепую. А роты егерей все прибывали и прибывали на стены, усаживаясь и укладываясь вдоль них, за пределами зоны поражения пулями со стороны двора.

— Командиры рот, ко мне! — скомандовал Сашка. Вскоре все десять капитанов собрались возле него.

— Провести перекличку своих бойцов, развести роты по ранее согласованным участкам, разместить бойцов вдоль стен, выявить слабые места ваших позиций и укрепить их, отстреливать инициативных бриттов и ждать рассвета. Гастон, Вы должны выбить пороховыми зарядами внешние и внутренние ворота, но не враз — по моим сигналам. Пока все. Исполнять.

Наконец, восточная сторона небосклона стала слабо сумеречной, сигнализируя о подъеме через час веселого как всегда солнышка (которому по хрену все кровавые сопли придурошных людишек). Двор и стены форта Сан-Фелипе стали вполне различимы.

— Attention, Britta! — направил Сашка рупор в сторону двора. — I–Colonel de Mog, whose soldiers killed yesterday your two companies. (Я — полковник де Мож, чьи солдаты перебили вчера две ваши роты). I assure thate I am able to kill all of you! (Уверяю, что я способен перебить всех вас).

Тут он повернулся в сторону ворот, которые обложила по стенам рота Гастона, и крикнул в рупор:

— Гастон, внутренние ворота!

Через несколько секунд грохнул взрыв, и окованные железом внутренние ворота крепости выпали во двор.

Сашка вновь повернул рупор во двор и провозгласил:

— Offer you honorable captivity — withhout internment, leaving the officers personal weapon (Предлагаю вам почетный плен — без интернирования, с оставлением офицерам личного оружия).

Он подождал минуту, повернулся к воротам и вновь скомандовал:

— Гастон, внешние ворота!

Вновь взрыв, после которого внешние ворота повисли на одной петле.

— Five minutes later I change my offer to unconditional surrender! (Через пять минут я изменю свое предложение на безоговорочную капитуляцию!) — грозно произнес Сашка.

Почти сразу на двор из внутреннего каземата вышла группка британских офицеров при шпагах и остановилась, глядя в сторону громкоголосого невидимки. А за ними повалили сержанты и рядовые и стали складывать свои ружья на землю — все более, более, более.

— Сержанты, принять оружие и рассортировать пленных! — скомандовал Сашка. — Офицеров закрыть в комендантском доме — до прихода маршала Ришелье.

Маршал был очень оживлен, принимая капитуляцию, а при взглядах на полковника де Можа каждый раз улыбался. Когда же он ознакомился с подземными и цокольными казематами крепости, то воскликнул:

— В этих стенах и с таким арсеналом я мог бы держаться целый год! Алекс, Вы со своими егерями сэкономили мне время и уйму солдатских жизней! Я буду рекомендовать Вас перед королем к награде кавалерским орденом святого Людовика! Вы ведь католик?

— Увы, нет, сир. Меня распропагандировали ваши ученые умы, и теперь я причисляю себя к атеистам.

— Вы не верите в Бога? О времена, о нравы! Но Вас же крестили? В какой же вере?

— В лютеранской, сир, — с покаянной рожей развел руками Сашка.

— Это меняет дело…. Впрочем, я слышал, что в канцелярии короля лежит законопроект о введении военного ордена для офицеров-протестантов. Так что через несколько лет награда Вас все равно найдет.

— Благодарю Вас, мсье маршал. К этой награде не полагается приложение в виде поместья?

— Фи, де Мож. Разве можно быть таким меркантильным? Вам повесит орден на грудь сам король — это высшее счастье для дворянина! Впрочем, Вы ведь пока беспоместный? Так и быть, похлопочу и о поместье для Вас и о титуле — пока баронском, конечно. Теперь довольны?

— Бесконечно, сир.

— А в Вас проглядывает фигляр, мсье. "Бесконечно…."

Сашка посмотрел маршалу в глаза, улыбнулся и сказал: — Нет, правда, спасибо, сир. А скажите, если мои егеря возьмут Гибралтар, я смогу претендовать на орден святого Михаила?

— Вы это серьезно говорите? — оторопел Ришелье. — 30 лет назад испанцы пытались его вернуть, обложив большими силами, потеряли за полгода много солдат убитыми и ранеными и отступились.

— Вы ведь знаете, что девиз егерей совсем другой: "Не числом, а умением". А также внезапностью посредством быстроты и скрытности.

— Не зна-аю…. - задумался Ришелье. — Все подходы к Гибралтару просматриваются издалека. Западный, северный и южный склоны его усеяны мощными батареями по всему периметру, а восточный склон — это сплошная крутая скала высотой от 200 до 400 метров….

— Но ни батарей, ни дозоров на нем нет?

— Батарей нет, только на самом гребне парочка, а насчет дозоров не уверен….

— На самых крутых частях их не устроишь — вот там мы и пройдем. Если Вы решитесь повести туда флот…. Или договоритесь с испанцами о нашем проходе через их побережье близ Гибралтара….

— Флот вести очень опасно — ведь Гибралтарская эскадра британцев сильна и мобильна. Идея насчет испанцев могла бы быть плодотворной, но Фердинанд 6-ой упорно придерживается нейтралитета в споре Франции и Великобритании — в основном потому, что, будучи двоюродным братом нашему королю, женат на дочери короля Португалии, рьяной союзнице британцев. И министр иностранных дел сейчас у него с Британских островов — ирландец Рикардо Уолл, сторонник нейтралитета….