Николай Степанов – Рубежье (страница 101)
— Пока твой парнишка не вернется.
— Где гарантии, что ты его отпустишь?
— На кой он мне сдался? — вопросом на вопрос ответил бандит.
Попытался было незаметно добраться до глока, но мне сильнее сдавили горло, да еще приказали:
— Вытянул руку, щенок! Так и держи ее, если остатками здоровья дорожишь.
С детства приучен, что здоровья много не бывает. Застыл, как приказали, пытаясь втянуть в легкие побольше воздуха.
— Вот говоришь — на кой он тебе… В том-то и дело, что сам парень тебе не нужен. И когда увидишь, что его рюкзак пуст, со злости и покалечишь. А оно мне надо?
— Предлагаешь тебя подстрелить? Так могу быстренько организовать, сейчас только прикажу…
— Кому — окрестным белкам? Все твои подельники сейчас охотятся на поклажу с камнями, а ты либо возомнил, что самый умный, либо пришел поиздеваться над двумя идиотами. Одного не пойму: зачем так долго топал за нами?
— Ты же у нас полон сюрпризов, Кент, это я еще во время первой встречи с тобой понял. Думал, вы камешки припрятали и шагаете к тайнику. Но, видать, ошибся. Ты оказался еще хитрее.
— С твоих слов так я вообще — кладезь мудрости. Весьма польщен. Если бы это еще оказалось правдой…
— Хватит попусту языком трепать! Я все равно отберу твои камни, Кент.
— Нет, теперь здесь не два идиота, а три. Если не хочешь смириться с тем, что опоздал, то мы-то при чем?
— Не морочь мне голову, Кент! — повысил голос бандит, еще сильнее сдавив мое горло.
— Ты же парня задушишь! — прикрикнул наставник, а у меня аж в глазах потемнело.
— Говори, где камни, падаль, иначе сейчас прострелю ему башку.
— Хорошо, скажу, — произнес кэп, чтобы успокоить гада.
Находясь в его цепких объятиях, я не имел ни малейшей возможности настроить себя на боевой лад, отдавая все силы на борьбу за каждый глоток воздуха.
— Слушаю очень внимательно, — произнес обладатель смит-вессонов, чуть ослабив хватку.
— Есть одно весьма труднодоступное место в Рубежье, там этих камней — что грязи. Называется оно… Плато сокровищ.
— Ах, ты…!
Мне снова сдавили горло, и прямо над ухом раздался оглушающий выстрел. Хватка ослабла, душитель повис на мне мешком.
— Спасибо, Михай, — донесся голос наставника. — Дмилыч, сбрось ты эту гниль с плеч, он же тяжелый.
Нетерпеливо передернул плечами, и тушка сползла на землю.
— Кто стрелял? — спросил я, ковыряясь мизинцем в ухе.
— Он сам и выстрелил, — ответил Михай, — когда я ствол от твоей башки отвел и отключил его на время.
— Благодарю, — звон в ухе не желал утихать.
— Обращайся, ежели что, — Михай принялся вязать руки бандита.
— Откуда ты узнал, что он один? — прохрипел я, повернувшись к Кенту.
— Было бы их больше, Михай бы заметил. Опять же он, — наставник кивнул в сторону поверженного, — наверняка плюнул на долг Георгу и решил сам камушки присвоить. Согласись, ситуация позволяла.
— Ну и что?
— А зачем ему свидетели?
— Кто он вообще такой⁈ — не выдержал я. — Третий раз на пути попадается!
— Позывной у него Дум, — сообщил Михай. — Промышляет грабежами на дорогах, за его поимку обещано две тысячи упсов. Не возражаете, если он со мной пойдет?
— Будем только рады, якорь ему в задницу! — согласился Кент. — А то мы с учеником никак до одного места не доберемся.
— Удачи вам.
Распрощавшись с нашим спасителем, мы продолжили путь через лес.
— Слушай, Кент, но теперь-то можно забыть о предсказании ведуна? — задал вопрос, мучавший меня вторые сутки.
— Пока ты не возьмешь стадию возрождения… — начал он.
— Уже взял, — выпалил я.
— Поздравляю! Значит, как минимум, пять процентов, что выживешь, у тебя есть.
— И только⁈
— Слушай, Дмилыч, я же не ведун. Будь рядом Рулс, он бы заглянул в грядущее и выдал свои прогнозы, а пока… идем своим курсом, и — будь что будет. Ты лучше расскажи, как сумел десятку взять? Вчера вроде еще на восьмой был.
— Случайно вышло.
— Нефиг строить из себя скромника, матрос, выкладывай!
— Так я и говорю: случайно запрыгнул в локан и вернулся обратно.
— Дурацкими шуточками ты все равно не отделаешься, — нахмурился Кент. Однако, присмотревшись ко мне, даже отшатнулся. — Дмилыч, ты действительно был по ту сторону? — под конец фразы кэп закашлялся.
— А что мне оставалось делать? — принялся оправдываться я. — Пришельцы зажали со всех сторон, а тут еще локан нарисовался на пути единственного отступления. Я и сиганул. Мельком увидел, что за жуть там творится, и так обратно захотелось… Хорошо, в это время с той стороны к нам очередной гость намылился. Уцепился за его хвост и вернулся почти верхом.
— Это когда ты между двух отрядов геройствовал? — решил уточнить наставник.
— Да. Но я, правда, не собирался туда, обстоятельства заставили.
— Дмилыч, да ты хоть представляешь, что сотворил⁈ Рассказывай, что видел.
Пришлось в красках описывать мрачный мир и его обитателей. Впрочем, что можно увидеть за секунду, а я вряд ли пробыл там дольше.
— Говоришь, тварей много? — переспросил Кент.
— Тысячи, и все буквально рвут друг друга на части.
— Значит, поток монстров не иссякнет, — подвел итог Кент.
— Не при нашей жизни, учитель.
— Да, Дмилыч, вот уж не думал, что удастся повидаться с тем, кто заглянул за изнанку Рубежья, — он покачал головой.
— Подумаешь, каждый из нас побывал в двух мирах, а я заглянул еще и в третий — эка невидаль. Но, честно тебе скажу: лучше бы уж остался в своем. Ты не представляешь, какую девушку я там встретил. Что угодно отдал бы, лишь бы не состоялась та роковая поездка.
— Да, Дмилыч, этот мир тебя потрепал гораздо сильнее, чем других, — наставник неожиданно застыл на месте. Мне показалось, он сейчас прочитал что-то по сети и ему это сообщение очень не понравилось.
— Плохие новости? — спросил его.
— Хорошего мало. Ведун говорит, что расслабляться нам ой, как рано.
— Подробности?
— Не до них сейчас. Не собирался тебе рассказывать, — начал он неуверенно, — но, боюсь, другого случая может вообще не представится. Знаешь, кто виноват в том, что ты очутился в этом мире?
— Конечно, — ответил не задумываясь, — локан, возникший перед автомобилем.
— Частично — да, но была и другая причина. Один человек сделал заказ добытчикам, чтобы некий Дмитрий Михайлович Пруткин оказался в Рубежье. И этот человек — я, сто медуз мне в джакузи.