Николай Степанов – По чужим правилам (страница 51)

– Да что с тобой не так, мокруха гнилая?! Когда же ты наконец сдохнешь?!

– Ты забыла, злыдня, что я младше? Уж наверняка опосля тебя.

– Но почему? – Она посмотрела на волшебный кристалл, и это стало ее фатальной ошибкой.

Луч, застывший возле смоленской кикиморы, нашел себе новую цель. Злыдня исчезла, а полупрозрачный камень упал в траву.

– А потому, сестрица, что у меня есть то, чего у тебя никогда не будет, – друзья, которые завсегда помогают. Столь ненавистный тебе Данила поведал о твоей страшной находке. Он же и средство от сей напасти добыл. – Старуха вытащила из кармана плод, похожий на лимон.

О нем кикимора вспомнила, когда Еремеев рассказал о полупрозрачном кристалле, реагирующем на живое. Плод когда-то рос на острове лихоманца. «Цитрус» был способен разрушить любую тюрьму для нечисти, поэтому не позволил пленить его обладательницу.

– И чего мне теперь с этим богатством делать? – Кикимора переводила взгляд с лимона на кристалл и обратно. – Оставить как есть? Захапать угодья всего ковена и объявить себя болотной царицей? М-да… А оно мне надо? В своих бы угодьях порядок навесть. Вон русалки от рук отбились, болотники обленились, сладу с ними нет, опять же – острову источника пригляд надобен. Да и скучновато будет без старых коряг – хоть изредка, да видимся.

Кикимора коснулась плодом кристалла, и раздался громкий звон бьющегося стекла.

Затем прямо на холме возник смерч из серого тумана. Воронка сначала взметнулась на сотню метров вверх, а затем вращение замедлилось, оседая на землю и расширяясь. Туман заполнил обширное пространство вокруг возвышенности, а когда он развеялся, холм окружало болото.

Шесть освобожденных кикимор сидели на траве и мотали головами, словно пытаясь что-то вытрясти из ушей…

– С вызволением, подруги, – произнесла смоленская. – Хотела попытать, обвинения с меня сняты?

– Не токмо сняты, весь ковен просит прощения за непотребства и благодарит за вызволение, – ответила самая древняя из кикимор, которая быстрее других пришла в себя.

– Мы же подруги – надобно помогать друг дружке.

– Твоя правда.

– Раз ко мне притязаний нет, пойду я?

– Хорошо.

– Кхе-кхе, и мне пора, – поднялась с травы злыдня.

– А тебя никто с этого островка не отпускал! – рявкнула на провинившуюся старшая. – Судилище не закончено.

– А чего ее, кхе-кхе, отпускаешь?

– Чтобы она по доброте душевной не надумала просить смягчить наказание. Вы же сестры, – ехидно ответила та.

Глава 22

Я же не ясновидящий

Мург добрался до Смоленска без происшествий. По совету Данилы гном разместил тайный груз в подвале кабака «Жирный налим». Хозяин заведения, ознакомившись с запиской крашенского боярина, принял самое живое участие в его делах: организовал бесплатный ужин, разместил на ночлег, подобрал новую одежду, даже был готов выделить охрану.

От охраны чужак отказался. Он уже понял, что для безопасности более важно оставаться незаметным, а не окружать себя самыми умелыми бойцами.

Гном собирался переждать ночь, а утром как можно раньше появиться в здании банка. И на то имелось несколько причин. Во-первых, Мург не хотел встречаться с начальником. Тагур обычно приходил на работу ближе к полудню, поэтому утренние часы были самыми подходящими. Во-вторых, на рассвете производилась смена охранников, бдительность которых в это время оставляла желать лучшего. А в-третьих, Горум, как правило, появлялся в своем кабинете еще до восхода солнца.

В качестве дополнительной меры предосторожности для проникновения в здание банка Мург выбрал потайной ход, которым почти не пользовались. Он слабо охранялся, зато являлся кратчайшим путем к кабинету Горума. Ход начинался в соседнем здании, затем вел через подвал и подземный тоннель.

– Ну наконец-то! – Знакомый голос в мрачной тишине подземелья заставил вздрогнуть. Из-за угла вышел ухмыляющийся Тагур.

Мург остановился, не дойдя до конца тоннеля всего десяток шагов. Он оглянулся назад и увидел, как за спиной появилась стена из желтого тумана. Путь к отступлению был отрезан.

– Второй день тебя поджидаю, Мург, извелся ночи тут коротать. Мог бы немного и поторопиться.

В тусклом освещении тоннеля босс выглядел зловеще, по крайней мере, так показалось раннему визитеру.

– Прошу прощения, не ведал, что ты меня ждешь, – стараясь, чтобы голос не дрожал, ответил Мург.

– Как же не ждать? Горум рвет и мечет – считает меня виновным в провале поимки алтарных дел мастера, хотя этим занимался ты. Или только делал вид, что занимался?

– Пока меня не отстранили, я прилагал все усилия, чтобы выполнить задание.

Настрой начальника не сулил ничего хорошего. Зная его нелюбовь к ранним побудкам, Мург ожидал худшего.

– Когда результатов нет, надо менять нерадивого исполнителя.

– Если бы мне не мешали…

– Да ты совсем обнаглел! Надеешься, Данила опять тебя спасет? Или решил, что коли сумел одурачить Горума, то и я тебе поверю? Как бы не так!

Мург догадался: Тагур поставил хитроумные сигналки на входе, а его поджидал здесь, чтобы не допустить встречи «нерадивого исполнителя» с Горумом.

– Я никого не одурачивал. – Подчиненный пытался держаться уверенно.

– Хочешь сказать, что нашел этого алтарных дел мастера? – оскалился Тагур.

Мург не спешил с ответом, пытаясь понять, чего добивается начальник.

– Отыскал, – наконец ответил он.

– И кто же это?

– Задание мне выдал мэтр Горум, ему я и доложу.

– Вон ты как заговорил. – В глазах Тагура появились красноватые оттенки.

– Между прочим, этого мастера могли бы и живым взять, ежели бы кто-то не задержал меня в Смоленске.

Мург все сильнее убеждался, что их неожиданная встреча ничем хорошим для него не закончится. Начальник пришел сюда один, отсек пути к отступлению и настроен был крайне агрессивно. Вдобавок из-за успехов Мурга Тагур попал в немилость к Горуму, что могло обернуться для него большими проблемами.

– Твои потуги свалить на меня свои ошибки тщетны, – почти зашипел Тагур. – Ничего не выйдет, тебе не избежать наказания. Раньше оно свелось бы к обычной ссылке в глухомань, однако теперь ты не оставил мне другого выбора.

– Гномы не убивают друг друга, – побледнел Мург.

– Намеренно – никогда. Однако бывают и роковые случайности, – зловеще усмехнулся Тагур. – Особенно когда начальник защищается от обезумевшего подчиненного.

– Я в своем уме! – вжался в стену «обезумевший», действительно почти обезумев от страха. Он понимал: в схватке один на один со старшим гномом шансов у него нет.

– Это ты так думаешь. Мне со стороны виднее…

В этот момент за спиной Мурга возникло какое-то движение, и он оглянулся. Тагур тотчас нанес магический удар, замешанный на магии крови. Такие чары требовали огромного запаса энергии, но запускались практически мгновенно. И если не убивали противника, то гарантированно выжигали клетки мозга, отвечающие за память.

Как ни странно, Мург лишь пошатнулся от смертоносного выпада, готовясь ответить.

– Прекратить немедля! – раздался властный голос Горума, которому удалось разрушить преграду. – Что вы тут творите?!

Глава банка, как обычно, шел на работу. В тоннеле наткнулся на стену и услышал голоса. Понял, что дело принимает серьезный оборот, и вмешался.

– Я готов все объяснить, – первым ответил Тагур. Он надеялся, что заклинание хотя бы частично достигло цели и подчиненный лишился памяти.

– А ты что скажешь? – Горум обратился к Мургу.

– Я шел доложить о выполнении задания, но меня задержали.

– Опять?! – грозно вымолвил глава представительства. – Ступай со мной. А твои объяснения, Тагур, я выслушаю позже.

– Мэтр, Мург опасен, – попытался хоть как-то исправить ситуацию тот. – Он на меня напал…

– Приму меры, – оборвал его Горум. – А ты не смей покидать здание банка, не переговорив со мной.

– Хорошо.

Тагура сейчас мучили два вопроса: почему его заклинание не сработало и как покинуть Смоленск, не дожидаясь вызова к начальству?

Мург же в это время радовался предусмотрительности Данилы, передавшего ему «на всякий случай» защитный амулет Тагура. Семейная реликвия начальника минуту назад спасла ему жизнь.

Еремеев собирался отправиться в Московию, взяв с собой Ладу, ее брата, Гаврилу, Борича и Жучку, однако прибывший накануне с новыми вводными Творимир спутал все планы. Его сведения о покушении на Пожарского и о продвижении войск Карла к Псковским землям заставили внести в них серьезные корректировки. В особенности удивил приказ малого совета Вече о направлении Данилы в Москву, да еще главой делегации. Тут уже попахивало большой политикой, на которую у Еремеева была аллергия еще из прежней жизни. Очень хотелось отказаться от столь высокой чести, однако подобное назначение могло облегчить решение многих проблем за границами Республики и сэкономить время. В том, что проблемы обязательно его найдут, боярин не сомневался. Если у соседей назревает смута, лучше иметь законное основание для пребывания в Московии и статус, предполагающий официальную охрану. Впрочем, даже это не гарантировало, что Зарину легко удастся вернуть в Крашен. Она ведь раньше работала на Тайный приказ…