Николай Степанов – Алтарных дел мастер (страница 42)

– Кто рано встает, тому и Бог подает.

– Это ты точно приметил. Добыча вон в той сторожке, – кивнул помеченный клеймом. – Нас свяжите. Авдею передай – мы с ним в расчете.

– Передам, – пообещал Хрыч и врезал рукоятью пистоля крепышу по голове.

– Эй, мы так не договаривались! – заволновался второй, но его оприходовал Дивиш.

– Вона как у них тут все налажено! – подивился Хрыч. – Вяжите болезных, раз уж они просили. Я в сторожку.

Там вожак обнаружил два холщовых кошеля. Первый был наполнен мелкими полупрозрачными камушками, во втором лежали два крупных. Этот кошель Хрыч спрятал себе за пазуху.

Дивиш к тому времени уже отыскал нужных каторжан, а остальным объявил, что те свободны и могут убираться куда глаза глядят.

– Увяжетесь за нами – прирежем как собак бешеных, – на всякий случай предупредил он.

Вся операция заняла менее получаса. Вскоре разбойники и переодетые в одежду крестьян каторжане выехали на дорогу. Специально выбрали не тракт, поскольку требовалось блюсти осторожность.

Пятеро каторжан поспешали за телегами, поскольку присесть им никто не предложил. Бывший некогда старостой в Корытне где-то через час все-таки подошел к телеге, на которой ехал вожак, и спросил:

– Прощенья просим, уважаемый, не сочти за дерзость, но хотелось бы узнать, кому мы обязаны своим избавлением?

– О том я тебе не скажу, но знай – благодетель твой лютым врагом некоему боярину Даниле приходится, а чем ты ему обязан, он вскоре и сам сообщит.

– Благодарствую, уважаемый! И куда мы нынче путь держим, ежели сие не есть тайна великая?

– Направляемся мы в деревеньку глухую, где отсидитесь малость. Опосля и до поручений дело дойдет, – пообещал Хрыч.

Бывшему старосте очень хотелось узнать, какие поручения придется выполнять, ведь может статься, что по сравнению с ними просеивание грунта покажется ерундой. Однако сам смекнул, что слишком много вопросов за один раз лучше не задавать.

Весь оставшийся путь до первого кабака ехали молча. Там остановились перекусить, а дальше собирались разделиться на три группы, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Дивишу было поручено сопроводить освобожденных к месту проживания, еще часть отряда сразу после трапезы отправилась к Поречью, а сам Хрыч с колдуном и еще двумя подельниками собирались немного задержаться на постоялом дворе.

Вожак улучил момент и отозвал волшебника в сторонку:

– Я обдумал твои слова, маг. Пожалуй, ты прав – из Крашена надо уносить ноги. Ты говорил, у тебя в Витебске знакомые имеются? У них можно будет перекантоваться первое время?

– Ежели заплатим – не проблема. Понадобится документ справить – помогут, – ответил тот. – Только нас слишком много.

– Поедем вчетвером, – сообщил Хрыч. – Дождемся оплаты за работу и сразу отправимся.

– А заказчик нам не помешает? – забеспокоился волшебник. – Может, прямо сейчас рванем из Республики?

– Начинать новую жизнь ловчее с карманами, полными денег. Сам же сказал – задарма нас никто не приютит. За эту работу обещали хорошие деньги плюс монеты для поселенцев, и делить их придется на четверых.

– И то верно, – согласился чародей. – А что там с добычей?

– Некогда было смотреть. – Здоровяк вытащил кошель из кармана. – Глянь, ежели не трудно.

Хрыч никому не собирался сообщать о втором кошеле. Он решил покинуть Крашен только из-за двух крупных камушков, надеясь продать их в Витебске за хорошие деньги. Вожак после неудачного покушения в мертвом городе сразу сообразил, что местный боярин – слишком неудобная мишень и продолжать охоту за ним себе дороже, а потому хотелось сорвать куш с таинственного заказчика и оставить того с носом.

– Зачем какому-то Авдею эта мелочовка? – покачал головой волшебник, высыпав содержимое себе на ладонь. – Там больше ничего не было?

– Этот кошель сложно не заметить. Я там еще пошарил малость по полкам, ничего ценного больше не сыскал. Ты камешки не теряй. – Вожак подобрал выпавший на пол. – Пусть и мелочь, но с десяток серебром за него получить можно.

Колдун всыпал алмазы обратно в кошель.

– Похоже, мы чего-то не нашли, Хрыч, – произнес он.

– Видимо, зря надсмотрщиков вырубили так быстро. Я тоже чаял, найду что-то более ценное, – развел руками вожак. – А может, оно и к лучшему? Кто знает того Авдея, еще мстить станет.

Чародей не поверил сообщнику, но дальше выпытывать не стал. Его устраивало решение покинуть Крашен, да еще получить некое выходное пособие. Чем заняться в Витебске, он пока не знал, но в городе работа для мага найдется всегда.

Глава 15

Слабых к нам не засылают

Еремеев понял, что их переиграли, когда Жучка указала уже на пятого человека, над которым поработал маг разума, – и это всего из первой полусотни пришедших на молебен.

«Быть того не может! Сколько же здесь обработанных? У меня что, полгорода врагу подчинены?» – Паническая волна накатывала на сознание боярина.

Требовалось срочно переговорить с Ларионом, но тот был занят на площади, а себя демаскировать не хотелось. Александр понимал: любое необычное оживление сразу станет для неизвестного противника подтверждением догадки об истинном назначении праздника.

«Умный, да? – мысленно клял врага Еремеев. – Конечно, он же разумник, а там дураков быть не должно. Но времени-то и у него было немного, а заранее предугадать все невозможно, будь он хоть семи пядей во лбу. Но пять человек! Так, еще один…»

Рядом с боярином дежурил один из старожилов Крашена, знавший почти всех обитателей города, и охранник со стажем, имевший списки приезжих. Разместились они на третьем этаже здания, стоявшего неподалеку от тех самых ворот, через которые местные проходили на площадь.

«Жучка, – мысленно обратился Александр к питомцу, – чем отличаются те, кого ты почуяла? След разумника на них одинаковый?»

«Он есть», – передала собачка, не совсем понимая, что именно от нее требуется.

Жучка, конечно, значительно поумнела за последние недели, но и у ее новых способностей имелся свой потолок. Впрочем, не так давно она освоила счет до двадцати, научилась делить сутки на утро, день, вечер и ночь, а также освоила временной отрезок продолжительностью в час.

Сейчас Еремеев судорожно искал подходящую ассоциацию, чтобы объяснить собачке степень воздействия волшебника.

«Понимаешь, след должен быть яркий, отчетливый, ну это как… – человеку сложно мыслить категориями животного, пусть даже разумного, и Александр чувствовал, что его мысли сейчас не находят нужного отклика. – Не то, забудь. Дай мне пару минут».

«Это много меньше часа? – переспросила Жучка. – Еще один со следом», – добавила она.

Еремеев подал знак, и помощники поместили очередного горожанина в список подозреваемых.

Идея пришла в голову, когда Еремеев заметил, как один из его помощников убрал со лба челку.

«Жучка, когда я тебя глажу рукой один раз, это хорошо?» – начал он издали.

Через прикосновение ладони собачка впитывала энергию, подобно накопителю. Это являлось ее основной пищей, а также помогало быстро залечивать раны, когда они появлялись.

«Один раз? Это хорошо, но мало», – тут же сообщила помощница.

«А пять раз?»

«Хорошо – десять», – уточнила Жучка.

«Понятно. Теперь вернемся к следу. Тех, кого ты учуяла, чужак коснулся один раз, – Александр был уверен, что серьезно обработанные чарами не появятся в самом начале. Скорее всего, придут «обманки», чтобы враг сразу увидел реакцию, если она последует. – А надо найти тех, кого коснулись два, три и больше».

Мысленно они договорились, что теперь Жучка будет добавлять к обнаруженным еще и количество «касаний».

Примерно в конце третьей сотни посетителей появился человек с отметкой три. Чуть погодя явились еще трое таких же, а ближе к концу прибыл тот, кого собачка оценила в пять баллов.

«Отличником» оказался привратник нерядового состава. Десятник Колояр для любого диверсанта являлся весьма ценным человеком. Через него проходили данные обо всех прибывающих и отъезжающих из города, и он мог организовать несанкционированный въезд-выезд нежелательных гостей Крашена.

«Ценный улов, – радовался Еремеев. – Теперь есть, от чего отталкиваться. Главное – не спугнуть самого вражеского разумника».

Среди «троечников» был один нищий, два торговца, что вполне вписывалось в общую картинку, поскольку оба часто выезжали из города, и… Последний вызывал особое беспокойство, поскольку входил в группу Лады.

«И когда же эта сволочь обосновалась в Крашене? Вон как глубоко корни пустила. Хорошо, что Лада собирается уезжать вместе с Зариной, а так пришлось бы изолировать паренька. Как его, Белотур? Надо будет переговорить с сестренкой, может, этого Белотура старшим в ее отсутствие назначить? То-то враг обрадуется!»

– Как успехи? – К наблюдателям заглянул Ларион, когда практически все горожане собрались на площади.

Помощники сразу покинули комнату, они свою работу выполнили.

– Кое-какая рыбка угодила в сети, – ответил Еремеев, передав список, – но помеченных диверсантом оказалось больше полусотни.

– Это как? – удивился вошедший.

Боярин так и продолжил наблюдать из окна, периодически бросая взгляд в сторону Зарины. Он сейчас стоял так, чтобы хорошо видеть помост, на котором находился батюшка, певчие и супруга с охранниками.

Остававшаяся в укрытии Жучка продолжила следить за обстановкой на случай появления агрессивных намерений. Пока тревожных сигналов не возникало. Александр надеялся, что их и не будет, поскольку шансы на успех у врага в такой обстановке минимальные.