Николай Соболев – Венсеремос! (страница 36)
— Смешно. Ладно, — Вася заправил гимнастерку в брюки и затянул брезентовый ремень, — сделай, пожалйста, кофе для гостя и не задавай вопросов, что бы ты не услышала, хорошо?
— Ты такой таинственный, — похлопала ресничками Исабель и будто случайно спустила бретельку с плеча.
Вася от греха выскочил за дверь, успев увидеть высунутый язычок.
Кузнецов сумел удивить — Вася ожидал функционера в костюме, но в дом вошел совсем американского вида джентльмен в рубашке навыпуск, с короткими рукавами. Правда, при небольшом портфельчике.
— А вы неплохо устроились, Уасья.
— Ха, я этот дом впервые увидел несколько часов назад. Это все Фидель.
Пакита подала кофе, но Кузнецов, к удивлению присутствующих, отказался:
— Сердце. Что-нибудь полегче, лимонад или оранжад со льдом.
Исабель и Пакита вышли в кухню, Кузнецов проводил их взглядом.
— Фирма «Героический партизан» ваша?
— Де-юре моей жены. Де-факто один из наших источников финансирования, с согласия Че.
— Хорошая идея, надо будет сделать нечто подобное.
— Могу подарить еще одну.
В ответ на невербальный вопрос Вася рассказал, что Servicio Andino de Comunicaciones Rapidas в основном работает по заказам очень и очень небедных клиентов, которым срочно надо из одного города в другой, а порой из страны в страну. И когда в самолете летит пара таких людей, они разговаривают, а у пилотов и штурманов есть уши — Вася мог поклясться, что при этих словах в глазах Кузнецова мелькнуло уважение.
Вернулись женщины с напитками, но наверху проснулась и заплакала Уаска и мужчины снова остались одни.
— Это ваши летчики перебросили немцев?
— Да, мы задействовали всего два наших самолета, остальные арендовали израильтяне.
— Немцев мы, конечно, заберем, но вот как вывести их на открытый процесс? Надо легендировать их появление в Советском Союзе, но сделать это без контактов с Моссадом невозможно.
— Ну так установите их, — пожал плечами Вася. — Ради такого дела они не откажутся.
Евреи пока помалкивали, что Менгеле у них в руках, и потому время для согласования позиций имелось. Кузнецов помолчал, обхватил подбородок ладонью и пару раз провел подушечкой указательного пальца по бородавке на левой щеке, а потом полез в портфельчик.
— Я тоже с подарками, — он выудил небольшую книжечку карманного формата и передал Васе.
На голубой обложке значилось Poesia, касик настороженно раскрыл страницы… Спутник городского партизана! Та книга, над которой работали Гильен, Маригелла, куда вошли рекомендации найденного по просьбе Васи товарища Родолфо и наработки Дробова, не говоря уж о громадном опыте Второй Мировой.
— Тираж?
— Пятьдесят тысяч, — довольно улыбаясь, сообщил Кузнецов.
Вася снова пролистал книжечку — страницы скользили в руках, словно натерты воском.
— Мы поставили задачу предохранить от размокания. Не знаю, пропитка или пластик какой-то, — объяснил Кузнецов, — но может лежать под дождем до трех-четырех дней.
Касик все крутил книжечку, обнаружил вырванный лист и поднял недоуменные глаза на собеседника.
— Вы не поверите: тираж, дата подписания в печать, название типографии, год издания, фамилии художника и редактора. Пришлось удалять вручную.
Вася заржал, это ж надо, до чего печатники в СССР задрочены Главлитом, если даже на секретном издании по заказу КГБ ухитрились указать выходные данные! Он представил, как будет сиять Маригелла — как начищенный крузейро! — и как будет бегать от одного к другому, показывая книжечку и требуя немедленно разделить его восторги и засмеялся снова.
— Мы, конечно, перед отправкой проверили все экземпляры, но я бы советовал сделать это еще раз. Случайности — бич разведки.
— Спасибо, в любом случае это отличный подарок.
— У меня есть еще один, — Кузнецов вытащил из портфельчика распечатку.
Вася принял листы и вчитался.
Ну что же, пока американцы играют на конституционном поле и речи о перевороте нет. Посмотрим, как они запоют после объявления результатов выборов.
— Вы не боитесь передавать мне такие документы? — как сын и внук разведчика Вася просто обязан был задать такой вопрос. — Ведь зная, что именно к вам утекло, можно вычислить и канал утечки.
— Не боюсь, поскольку ничего не передаю, — Кузнецов с иезуитской улыбочкой вынул бумаги из рук касика и упрятал обратно в портфельчик.
Информацию о том, что декабрьское совещание стран Восточного блока приняло решение о поддержке не только латиноамериканских, но и филиппинских партизан, Вася воспринял как должное и даже попенял Кузнецову, что медленно, медленно. Наглость, как известно, второе счастье, но Борис Семенович довольно резко ответил — чекисты суть оружие партии, а не политический актор.
Расставались настороженные и не сильно довольные друг другом, Вася вышел проводить советского гостя до машины. Уже дойдя до посольского автомобиля, Кузнецов подал на прощание руку и задержал Васину:
— Через два месяца 7-й оперативной эскадре придадут бригаду ракетных кораблей. Учения в Северной Атлантике назначены на конец марта.