Николай Собинин – Трехмерное безумие (страница 56)

— У меня есть одна идея. Если мы измотаем Голода, сможем довести его до предела, Дикарь вернет себе контроль над телом. Не знаю уж как так вышло, что эта тварь вырвалась на свободу, килдинги тут постарались или еще по какой причине, но Дикарь раньше вполне успешно держал своего «песика» на поводке. Будем надеяться, что наш друг справится и на этот раз.

Девушка, глядя напряженно в холодное и ничего не выражающее лицо Голода, продолжавшего невозмутимо ждать их внизу, судорожно и прерывисто вздохнула и постаралась унять озноб, внезапно возникший во всем ее теле. От жуткого взгляда мутанта внутри у нее сковал арктический лед. Ей уже очень давно не было так страшно, а это явный признак того, что схватка им предстоит не на жизнь, а на смерть. Аврора проверила оружие и, почувствовав себя немного увереннее, принялась настраиваться на неизбежный бой.

— Помнишь, чему я тебя учила там, в убежище?

Разведчик кивнул.

— Здесь тебе придется продемонстрировать все, на что ты способен, понял?! Экономь силы, потому что это будет схватка на выносливость, но не позволяй себя сцапать. Не думай о Дикаре, сражайся так, словно от этого зависит твоя жизнь. Потому что так оно и будет — если Голод доберется до тебя, он тебя тут же прикончит, не колеблясь ни секунды. Стреляй в него, пока он сконцентрируется на мне, и убегай, когда переключится на тебя — тогда стрелять начну я. Сыграем с ним в догонялки. Осторожнее с перезарядками, он может подловить тебя в этот момент. Не слишком рассчитывай на свою скорость, тело Дикаря хоть и уступает нам в этом, но ненамного. А теперь, когда у руля Голод, все может быть еще хуже, понял? Возможно, он попытается поначалу ввести нас в заблуждение, сделает вид, что не успевает за нашей скоростью, а как только ты расслабишься, тут же сцапает тебя. Так что не теряй фокуса и смотри в оба глаза. И постарайся не стрелять в голову, ведь если его защита внезапно рухнет, ты можешь убить обоих — и Дикаря и Голода.

— Принято!

Аврора сунула руку во внутренний кармашек своей куртки и вынула на свет фиолетово-красный шарик рад-жемчужины. Одной из тех трех, что они взяли с тела «супера» в Коридоре. Она покатала его между пальцами, собираясь с духом, после чего закинула «пилюлю» себе в рот и проглотила.

— Ты же говорила, что тебе сейчас противопоказан жемчуг?

Нимфа коротко кивнула головой на вопрос Луня.

— Так и есть! Но у нас сейчас не то чтобы есть какой-то выбор. Справлюсь как-нибудь, нам любая мелочь может спасти жизнь!

Блондинка сжала покрепче оружие и спустилась на металлические ступени.

— Тогда погнали! И постарайся не умереть, лады?!

Когда Голод рухнул на бетонный пол, девушка едва не последовала за ним. Она упала на одно колено и вцепилась в металлический поручень лестницы, ведущий наверх. Аврора со страхом посмотрела наверх, ведь где-то там притаились оба рубера. И если они сейчас, когда Голод выбыл, вздумают прийти по ее душу, она даже сопротивляться толком не сможет — ей это делать попросту нечем. Все ее оружие либо разрушено смертоносными невидимыми резаками Голода, либо осталось без патронов, а сама она настолько выжата, что едва держится на ногах.

Девушка дернула за пластиковое кольцо, спрятанное в специальном кармашке на левом предплечье. Эластичная лента, спрятанная внутри одежды, сдавила руку кольцом и остановила кровотечение. Нимфа вынула дрожащими руками из внутреннего кармана окровавленной и порванной одежды бинт и индивидуальную аптечку. Первым делом она вкатила себе лошадиную дозу старого доброго обезбола. Это поможет ей не отрубиться и действовать эффективнее, ведь сейчас каждая секунда на счету. Она порвала обертку бинта зубами и наспех перебинтовала левую кисть, истекающую алой, артериальной кровью. Ей еще повезло, Голод едва не отрубил ей левую руку, но она смогла отклониться в самый последний момент и отделалась глубокой раной на предплечье, да лишилась мизинца и безымянного пальца на той же руке. Кое-как зафиксировав повязку, она дохромала до распластавшегося на полу Луня. Разведчику крепко досталось — Голод отрубил ему правую руку по локоть, заодно располовинив его карабин надвое. Разведчик, не обращая внимания на страшную боль, взялся за пистолет и сражался до последнего. В конце концов, он ослабел от кровопотери, да и его запас сил к тому моменту уже был опустошен под ноль. Мутант, завладевший телом Дикаря, это подметил и подловил охотника, не обращая внимания на пули, всаживаемые нимфой ему в спину, пытавшейся отвлечь его от споткнувшегося Луня, и оторвал ему левую ногу. Разведчик страшно закричал и спустя какое-то время отключился. Голод его прикончил бы, но нимфа, у которой от страха и гнева едва не помутился рассудок, ускорилась и сунула ему в карман «флешку» с выдернутой чекой. Взрыв светошумовой гранаты оглушил и дезориентировал зараженного, он на несколько коротких мгновений выпал из реальности и это решило исход битвы. Аврора расстреляла из своего «глока» половину оставшихся в магазине патронов по ногам противника, обездвижив его, а после сократила дистанцию и ударом ноги по затылку вырубила. После этого она потратила последние капли оставшихся у нее внутренних сил, осушив своей способностью внутренний резерв Голода. Тот распластался на полу, пребывая в бессознательном состоянии, и на этом схватку можно было считать завершенной в пользу стронгов.

Этот страшный бой стал по-настоящему суровым испытанием не только для Луня, но и для нее самой. Голод лишь совсем немного уступал им в скорости, а практически любое его прикосновение было смертельным, — она достаточно времени провела рядом с Дикарем и прекрасно знала, на что тот способен со своими «дарами». Наверное, еще никогда прежде ей не приходилось настолько напрягать все имеющиеся у нее силы, чтобы победить. Аврора до последнего не верила, что им удастся одолеть врага, — уж больно тот был силен и опасен. Малейшая ошибка грозила мгновенной смертью, крошечный просчет мог обернуться увечьем. Больше всего нимфа боялась, что в какой-то момент враг подключит к бою руберов, а это однозначно привело бы их к проигрышу и смерти. Но он, похоже, тянул с этим до последнего, и тот факт, что она смогла его вырубить неожиданно, сыграл Авроре на руку. Рапаны так и остались на своих местах и не вмешались в поединок. Даже после того, как их хозяин отключился, они сохраняли неподвижность и не нападали.

Девушка поморщилась и зашлась кашлем. В какой-то момент, уходя от «секаторов» Голода, она напоролась боком на перила лестницы и в нем что-то нехорошо хрустнуло. Похоже, она сломала себе пару ребер, и теперь справа кололо и пощелкивало при движении. Благо морфий уже начал действовать и боль постепенно отступила.

Она приблизилась к лежавшему на бетонном полу Луню и проверила пульс. Сердце разведчика пока билось, но, судя по огромной луже крови под ним и мертвенно-бледному лицу, он вот-вот может загнуться от кровопотери. Аврора вынула из кармана кровеостанавливающие ремни и перетянула пострадавшие конечности разведчика. Потом она доковыляла до рюкзака, сброшенного ею на пол перед самой схваткой. Там лежало несколько доз трофейного спека, который она благоразумно подняла с тел павших от рук (вернее, лап) Голода килдингов. Их собственные запасы стимов ушли на погибшего Топора, так что девушка озаботилась сделать запас этого важного и крайне полезного средства, как только такая возможность представилась. И сейчас ее предусмотрительность окупилась втройне — лайт-спек у килдингов был первоклассный. К тому же в одном из клапанов ее рюкзака лежала емкость с физраствором, а он явно не помешает серьезно потрепанному в этой заварухе разведчику. Да и живчик, находившийся там же, ей сейчас очень поможет.

Воткнув трубку с иглой, идущей от пакета с физраствором, в вену Луню, она вколола ему дозу спека и торопливо принялась бинтовать пострадавшие конечности перевязочным материалом. Закончив с этим делом, девушка крепко приложилась к горлышку алюминиевой фляги с живцом, опустошив ее более чем на половину, задрала голову раненому и влила пару глотков ему в приоткрытый рот.

Энергия поглощенной рад-жемчужины еще продолжала бурлить внутри нее и это, наверное, единственная причина, по которой она не свалилась с ног прямо посреди тяжелой схватки, как это случилось с Лунем. Направляя эту энергию на работу своего знахарского дара, Аврора принялась лечить свои раны и самые опасные ранения разведчика.

За этим делом ее застал врасплох шепот Дикаря, раздавшийся за спиной девушки.

— Аврора… подойди…

Девушка оставила свою возню и приблизилась к распластавшемуся на полу рейдеру. Судя по скривившемуся от боли лицу и нормального вида глазам, Дикарь вновь взял рычаги управления в свои руки.

— Как там… Лунь?

Говорил он надсадным тихим голосом, было заметно, что даже это дается ему с огромным трудом.

— Сильно потрепан, но жив. Если быстро довезем его до стаба, все будет в порядке. А вот насчет тебя я не так уверена. Но ничего, сейчас мы и тебя подлатаем!

Выглядел рейдер кошмарно. Вплавившаяся из-за огромной температуры прямо в плоть бедер и голеней синтетика, которые она сама еще дополнительно продырявила в нескольких местах из пистолета. Огромная подпалина на боку в том месте, где взорвалась «флешка», из-под обугленных лохмотьев проглядывает обожженная плоть. К тому же, судя по всему, Голод неслабо повеселился — все тело рейдера было покрыто коркой чужой засохшей крови. Но он же неплохо поработал над израненным телом — нимфа видела, что его регенерация излечила большую часть утренних ранений стронга. Девушка вколола половину дозы спека в руку Дикарю и принялась колдовать над ранами на ногах — они вызывали у нее больше всего беспокойства.