Николай Скиба – Егерь. Опасная Зона. Книга 2 (страница 14)
Я тяжело дышал, чувствуя, как по спине стекает пот вперемешку с кровью. Плечо пульсировало болью, но ранение было поверхностным.
Вот это опыта за убийство F-рангового хищника!
— О-о-о-ох, девочка, молодец, — выдохнул я, усевшись прямо на землю.
Афина довольно мурлыкнула и осторожно положила лапу мне на колено. Потом игриво боднула головой в плечо, а затем потёрлась боком о мою руку:
— Да ладно. Ты делала для меня то же самое, — я невольно хохотнул, сбрасывая напряжение, и погладил её.
Красавчик тоже подбежал и буквально сиял от гордости — иллюзия сыграла неслабую роль в моём спасении. Хоть и получилось кривовато.
Я почесал его за ухом.
— Хорошая работа.
Мысли уже крутились вокруг того, что произошло, но сначала нужно было заняться ранами. Я осторожно ощупал плечо — три глубокие царапины, но без серьёзных повреждений.
Достал из рюкзака аптечку и промыл раны водой из фляги. Каждая капля была как раскалённая игла, но я стиснул зубы и продолжил. В походную чашку насыпал растёртый горечь-корень, добавил немного воды. Густая кашица горела на коже, знакомо покалывая — верный знак того, что природный антисептик делает своё дело.
Следом разжевал кусочек сушёной серебряной губки. Тёплая волна разлилась по телу изнутри.
— Теперь твоя очередь, девочка, — позвал Афину.
Кошка подошла ко мне, и я осмотрел её морду. Царапины шли от левого уха к носу — неглубокие, но кровоточащие. Афина терпеливо позволила обработать рану той же травяной кашицей, лишь слегка поморщившись от жжения.
— Так, — сказал я, когда закончил с лечением. — А давай-ка попробуем кое-что.
Я сосредоточился на потоковом ядре в груди и мысленно позвал её к себе. Кошка поняла — её тело начало растворяться в золотистых искрах, превращаясь в поток энергии. Через мгновение она уже была внутри, её присутствие ощущалось как тёплая волна рядом с ядром.
— Отдохни, хочу проверить один момент.
Из глубины ядра прокатилась волна возмущения — горячая, как удар молнии. Афине явно не понравилась моя идея.
— Немного, ладно? Это только тебе на пользу.
Я мысленно послал ей образ: краткий отдых, восстановление сил, безопасность. Гнев сменился недовольным ворчанием, но кошка уступила.
Теперь стоит изучить поляну.
Эта ловушка была слишком сложной для простого зверя. Я присел на корточки, разглядывая замаскированную трясину. При ближайшем рассмотрении стало ясно — естественная болотная яма была усовершенствована.
Охотничья засада в чистом виде.
— Умная тварь, — пробормотал я, вставая.
Сокол не просто воспользовался готовой ловушкой — он её доработал.
В тайге опытные охотники используют естественные препятствия — канавы, поваленные деревья, болотины. Но это делают люди с десятилетиями опыта.
Память всплыла сама собой: дед рассказывал про старого волка, который научился загонять косуль к обрыву. Но тот действовал инстинктивно, используя знание местности. А этот сокол — планировал. Создавал ловушку, ждал жертву…
Невероятные инстинкты. Как же развились звери за эти сотни лет.
— Что ж, — пробормотал я, отряхивая остатки грязи с штанов, — урок получен. Здесь даже обычные хищники думают почти как люди. Теперь будем осторожнее.
Но когда я уже собирался уходить, взгляд упал на неподвижное тело сокола. В памяти всплыл разговор с Ирмой — она как-то упоминала, что из магических зверей тоже можно добывать реагенты. Не только растения ценятся алхимиками.
— А ведь и правда, — прошептал я, присаживаясь рядом с соколом.
В прошлой жизни я разделывал дичь сотни раз — от мелких птиц до крупных копытных. Знал, где искать желчь, какие органы ценятся, как правильно снимать шкуру. Но здесь, в мире магии, правила могли быть совершенно иными.
Я активировал «Обнаружение».
Мир потускнел, став чёрно-белым. Тело сокола лежало передо мной, но никакого свечения не исходило — ни от перьев, ни от когтей, ни от клюва.
Странно. У этой птицы был навык телепортации — чистая магия. Должно же что-то светиться?
Я внимательно обошёл тушу кругом, рассматривая каждую деталь через навык.
Может, магические компоненты находятся внутри?
Взял нож и аккуратно вскрыл грудную клетку. Движения привычные, отработанные годами охоты в тайге. Только теперь делал всё, не отключая «Обнаружение».
Внутренние органы открылись моему взгляду, но и здесь — никакого свечения. Сердце, лёгкие, печень — всё было обычным и не подсвечивалось.
Красавчик подбежал ко мне и принюхался к соколу. Его шёрстка не заискрилась — значит, навык «Поиск и сбор» тоже ничего не находил.
— Видимо, не каждый магический зверь годится для алхимии, — вздохнул я, поднимаясь.
Или же я ещё не знаю, как правильно искать такие реагенты. В «Зверином кодексе» об этом ничего не написано.
Впрочем, расстраиваться не стоило. Пятьсот очков опыта за победу над F-ранговым хищником — уже неплохая награда.
Красавчик забрался на меня и свернулся калачиком. Он явно устал от навыка и стресса.
Посмотрел на небо — солнце ещё высоко, день только начинался. Теперь я знал, что в этом лесу опасность может подстерегать в самых неожиданных формах.
Но, как ни странно, именно эта непредсказуемость разжигала во мне охотничий азарт. Адреналин бурлил в крови, заставляя сердце колотиться быстрее. Вот она — настоящая дичь!
Глава 6
Теперь, отряхивая болотную грязь со штанов, я понимал — опасная зона требовала совершенно иного подхода. Если раньше в тайге я мог положиться на силу и опыт, то здесь каждый неосторожный шаг мог стать последним. Слишком всё непредсказуемо.
Достал из рюкзака запасные носки — мокрые ноги в долгом переходе приведут к мозолям, а мозоли в бою могут стоить жизни. Переобулся, аккуратно отжал воду из штанин и огляделся.
Афина терпеливо находилась в ядре. Красавчик дремал у меня на плече, но его маленькое тельце было напряжено — он тоже чувствовал опасность.
— Эй, лопать будешь? — кивнул на труп сокола. Горностай лениво открыл один глаз, спрыгнул, принюхался и отпрянул.
Ладно, похоже у вас есть свои предпочтения…
— С этого момента — полная тишина, — прошептал я, — Любой шум может привлечь что-то похуже сокола.
Дальше начал двигаться как учил дед: пятка-носок, плавно переносить вес, проверять каждую ветку под ногой. В тайге это позволяло подойти к лосю на расстояние выстрела. Здесь могло спасти жизнь.
Каждые десять шагов — остановка. Прислушаться, принюхаться, осмотреться.
Лес в опасной зоне был другим. Деревья росли ближе друг к другу, их стволы покрывала не обычная кора, а что-то напоминающее чешую. Мох под ногами светился слабым зеленоватым светом — видимо, магия пропитала даже растения.
Но звери всё равно оставляли следы.
На влажной земле у ручья я нашёл новый отпечаток.
Присел на корточки, изучая след. Копыто, но не лошадиное и не оленье. Слишком широкое, с глубокими вмятинами от дополнительных… когтей? Размер впечатлял — с мою ладонь.
— Что за чудо-юдо, — пробормотал под нос.
Провёл пальцем по краю отпечатка. Земля ещё влажная, значит, зверь прошёл недавно. Но насколько недавно? В обычном лесу я бы определил по свежести следа. Здесь же, где даже мох светится магией, правила могли быть иными.
Я встал и пошёл по следу.
Шаги были широкими — не меньше полутора метров между отпечатками.
Либо зверь был огромен, либо двигался быстро. Возможно, и то, и другое.