Николай Скиба – Егерь. Охота (страница 45)
Потом — ощущение неуверенности, сомнение. Как ребёнок, которого просят договориться с генералом.
— Понимаю, — вздохнул я. — Но другого выхода нет. Если придётся драться…
Режиссёр резко встрепенулся и передал новый поток образов.
Горящая шкура. Жар, от которого плавится камень. Яростный рёв, сотрясающий землю и такая боль, что от неё хочется выть.
Потом глаза Тигра, в которых не осталось ничего, кроме агонии и слепой ярости. Разум, тонущий в пламени собственных страданий.
Меня передёрнуло. Образы были слишком яркими. Я почти физически ощутил этот жар, эту ярость.
— Ты уверен?
Режиссёр склонил голову. В его взгляде читалось сочувствие к родичу.
Я долго молчал, переваривая наш диалог.
Дипломатия становилась всё более сомнительным планом. Договориться с безумным от боли зверем — задача почти невыполнимая. А драться с раненым, но всё ещё невероятно опасным Альфой просто бред.
— И всё-таки, — сказал я наконец. — Попробуем сначала поговорить. Ты — моя надежда, Режиссёр. Единственная связь, которая может сработать.
Рысь смотрела на меня несколько долгих секунд. Потом медленно кивнула.
— Этого достаточно.
Режиссёр подошёл ближе и ткнулся лбом мне в плечо. А потом отступил и растворился в духовной форме, возвращаясь в ядро.
Я остался сидеть в темноте, глядя на спящих товарищей.
Чёрт, даже если бы Огненный Тигр был в нормальном состоянии, стал бы он слушать… котёнка?
Я горько усмехнулся.
Кися пытается договориться с богом. Звучит как начало плохой шутки.
Афина открыла глаза и посмотрела на меня.
— Всё в порядке, — сказал я тихо. — Спи.
Тигрица фыркнула — мол, как ты смеешь думать, что я не дежурю вместе с тобой — но послушно опустила голову на лапы.
А ну утро вулкан вырос перед нами как чёрный клык, вонзённый в небо.
Мы вышли к его подножию на рассвете, когда первые лучи солнца окрасили вершину багровым заревом. Лес резко закончился, будто его обрезали ножом — последние деревья стояли обугленными скелетами, а дальше простиралась пустошь.
Застывшая лава. Чёрные волны камня, навеки замершие в момент движения. Трещины, из которых поднимались ленивые струйки пара. Мягкий, серый пепел под ногами, глушащий каждый шаг.
Жар ощущался даже здесь, у самой границы. Воздух дрожал и переливался, искажая очертания скал.
— Красиво, — пробормотал Стёпка, щурясь от яркого света.
— Ага, — согласился я. — Вот только раз оступился, провалишься в трещину — и привет.
Парень непроизвольно отступил на шаг.
Лана вышла вперёд, закрыла глаза и глубоко втянула воздух. Её ноздри расширились, губы чуть приоткрылись. Она принюхивалась к магическим следам, аурам и тонким энергетическим отпечаткам.
Я молча наблюдал за ней. Красавчик на плече тоже напрягся, он уже привык повторять за пантерой. Его усики подрагивали в попытках опередить Лану.
Через минуту она открыла глаза, в них была растерянность.
— Ничего, — сказала она. — Вообще.
— Как это — ничего?
— Вот так. — Она развела руками. — Я чую огонь. Но тут везде огонь. Вулкан передаёт пламя так сильно, что забивает всё остальное!
Я посмотрел на Красавчика. Горностай жалобно пискнул и ткнулся носом мне в шею. Его усиленное чутьё тоже ничего не давало — слишком много огненной энергии вокруг.
Чёрт.
— Он скрыл свою ауру, — продолжила Лана, хмурясь. — Полностью. Слился с фоном вулкана. Даже раненый, он способен на такое.
— Умный, зараза, — пробормотал Стёпка.
— Умный, да, — я кивнул. — И опытный. Для него этот вулкан — дом.
Стёпка нервно переступил с ноги на ногу, сжимая древко копья. Его взгляд метнулся к небу.
— Так… Грифонов вроде не вижу.
Друиды наверняка уже оправились после боя с эхом. Радонеж не из тех, кто сидит сложа руки.
Я осмотрел территорию.
Вулкан был огромен. Чёрные склоны уходили вверх на сотни метров, испещрённые расщелинами и лавовыми трубами. Десятки пещер темнели в скалах — любая из них могла быть убежищем раненого зверя. Или ловушкой.
— Сколько времени займёт обыскать всё это? — спросил Стёпка, явно думая о том же.
— Неделя, — ответила Лана мрачно. — Минимум. И это если нас не убьют по дороге.
Столько у нас не было.
— Может, он ушёл к кратеру? — предположила Лана после паузы. — К источнику. Огненная Альфа должна черпать силу из чистого пламени, так ведь? Если он ранен, логично искать у самого жерла.
Я посмотрел на вершину вулкана. Как-то всё это слишком логично.
— Не сходится, — сказал я.
— Почему? — удивилась пантера.
— Потому что это первое, о чём подумает любой охотник. Тигр такой тупой, что просто пойдёт в самое очевидное место?
Лана нахмурилась, но не стала спорить.
— Тогда где он?
Хороший вопрос. На который у меня не было ответа.
Присел на корточки, зачерпнул горсть пепла и растёр между пальцами. Мелкий, сухой, ещё тёплый.
Где же ты спрятался?
Я понятия не имел.
Стёпка снова посмотрел на небо.
— Они? — спросил он напряжённо.
Я прищурился и заметил движение далеко на востоке — едва различимые точки.
Деталей не разобраться, но размер и манера полёта…