Николай Скиба – Егерь. Черная Луна. Часть 2 (страница 54)
— Нет! Откуда такая мощь у спящей твари? Дай мне пожрать силы…
В его голосе звучало удивление. Он не ожидал этого.
Но древесный дракон заплатил цену за победу.
Энергия столкновения ударила по нему обратной волной. Ветви-крылья ломались с сухими треском, корни рвались один за другим. Янтарные глаза потускнели, а чешуя на боках потрескалась.
Огромное тело накренилось и начало падать.
Дракон рушился прямо на арену, ломая песок и камень. Его падение было похоже на обрушение горы — медленное, неотвратимое, сметающее всё на своём пути. Часть восточной трибуны провалилась под тяжестью корней.
Ударная волна прокатилась по всей арене.
Колоссальные жертвы.
Каменные плиты треснули паутиной разломов. Трибуны качнулись, как корабли в шторм. А багровый купол над нами дрогнул, покрылся трещинами и рассыпался как мыльный пузырь.
И оцепенение исчезло.
Первый вдох обжёг лёгкие. Кислород врывался в грудь болезненными толчками. Я согнул пальцы, почувствовав, как суставы щёлкают от напряжения. Тело слушалось.
Вокруг взорвался хаос.
— ААААААААААААА! — Десятки тысяч людей пришли в себя одновременно. Крики ужаса, топот ног, скрежет ломающихся скамеек. Толпа металась к выходам как стадо в панике, давя друг друга в узких проходах.
Где-то справа женщина истошно визжала, где-то слева мужики орали команды, которых никто не слушал.
Звероловы в форме стражи тряхнули головами, стряхивая оцепенение. Руки потянулись к оружию, но они были дезориентированы. Не понимали, кто враг, кто цель, откуда бить. Часть из них начала помогать людям эвакуироваться.
На песке арены — фигуры финалистов. Нойс, Раннер. Парализованные всего мгновение назад, теперь они поднимались на ноги, осматриваясь.
А Моран и другие друиды уже двигались.
Крагнор стоял у королевской ложи, окружённый водяными копиями. Эрика возилась на песке рядом с тем, что осталось от солнечной саламандры.
Друид Тени направлялся к упавшему телу дракона.
— Стая! — рявкнул я.
Потоковое ядро взорвалось. Режиссёр материализовался рядом с воем ветра, Красавчик выскочил из-за пазухи, Актриса оказалась у моих ног в стойке к прыжку. Старик вынырнул из ядра с утробным рычанием. Карц потоком пламени вырвался на арену.
Лана уже была рядом — чёрная пантера с налитыми кровью глазами, готовая рвать и метать.
Но в следующее мгновение начался настоящий хаос бесконечной череды схваток, в котором я только и мог, что пытаться удержать всё под контролем.
Раннер смотрел на то, что осталось от солнечной саламандры. На изуродованную тварь с болотными отростками, пожирающую собственный хвост. Его лицо превратилось в маску холодной ярости — ту, которую никто никогда не видел.
— Ты… — голос тихий, но Эрика услышала через рёв толпы. — Ты убила единственный шанс!
Друид Жизни засмеялась. Четыре отростка за её спиной извивались, пробуя воздух, как змеи чуют добычу.
— А? О чём ты, мальчик? Я всего лишь забрала приз до того, как ты успел. Ох, я поняла. — Её улыбка была слишком широкой для человеческого лица. — Бедненький, ты хотел спасти кого-то высшим очищением?
Раннер не ответил. Инферно рычал рядом — грива пылала настоящим огнём, воздух вокруг льва дрожал от жара.
Эрика бросилась первой.
Отростки ударили одновременно — с разных направлений, под разными углами. Профессиональная атака, рассчитанная на то, что противник не успеет увернуться от всех сразу.
Но Раннер был не из тех, кто попадается в ловушки.
Он нырнул под первый удар, перекатился в сторону от второго. Инферно отбросил третий отросток дыханием, а от четвёртого гладиатор уклонился, просто отступив на шаг.
А потом из песка начали выползать твари.
Уродливые создания, сшитые из частей разных существ. Голова волка на теле паука. Змея с человеческими руками. Что-то, у чего вместо глаз росли зубы.
Творения безумного мясника, превращённые в оружие.
Раннер и Инферно оказались в кольце врагов. Лев сжигал ближайших, но их было слишком много. Они лезли из-под земли бесконечным потоком.
Нойс первым увидел Крагнора у королевской ложи. Их взгляды встретились через арену — и в этом было что-то личное.
— Так ты жив, — голос Друида Воды плеснул по трибунам, как волна о камни. — Думал, ты утонул на том архипелаге.
— Думал неправильно. — Нойс оскалился. — Умри.
Его мантикора сорвалась с места. Лапы едва касались песка — зверь несся вперёд как живой снаряд, хвост-скорпион изогнут над спиной. Жало капало ядом на раскалённый песок.
Крагнор не стал уклоняться. Исчез.
Растворился в собственной водяной копии, переместившись через неё, как через дверь. Появился в десяти шагах левее, и мантикора впустую полоснула когтями воздух.
Нойс не остановился — сложил пальцы каким-то символом. Его тело окутала призрачная аура. Позади него вспыхнул рычащий аватар огненной змеи. Он вытянул руку — и с ладони сорвалась волна огня.
Не его огонь. Заёмный. Способность какого-то существа, которого в его ядре не было.
Как, чёрт возьми⁈
Крагнор метнулся в сторону. Огненная волна прошла мимо, расплавив песок в стеклянную корку. Друид исчезал и появлялся через копии, как призрак, ускользающий от преследователя.
Нойс активировал другую ауру. Молнии пробежали по его телу синими змейками — и он рванул вперёд быстрее, чем я мог следить взглядом. Мантикора атаковала с фланга, хвост-скорпион бил в незащищённый бок друида.
Боец Южных Островов был хорош, но Крагнор играл нечестно. Друид Воды был повсюду.
Огненная волна гладиатора прошла сквозь очередную копию, испарив её в пар. Нойс развернулся, ожидая атаки с тыла, Мантикора хлестнула хвостом, но там было пусто.
Настоящий Крагнор материализовался из воздуха не сзади, а сверху. Он падал на гладиатора, сформировав в руке длинное лезвие из сжатой воды.
Нойс не успевал. Мантикора была слишком далеко.
В этот момент свистнуло древко.
Копьё. Удар был нанесён с такой точностью и таймингом, которые вбивал в ученика только один человек в этом королевстве — Драконоборец.
И удар пришёлся не в Крагнора — он бы увернулся. Удар пришёлся в точку, куда он
Друид Воды напоролся на древко животом. Броня из воды смягчила удар, но инерция сбила друида с траектории. Водяной клинок прошёл в сантиметре от шеи Нойса, срезав прядь волос.
— Какого⁈ — выдохнул Нойс, отскакивая.
Рядом с ним встал Стёпа.
Мой друг был бледен, но копьё он держал мёртвой хваткой.
— Спина, — хрипло бросил копейщик. — Я прикрою. Его вода становится материальной в момент контакта, Нойс.
Крагнор приземлился на песок — лицо исказилось в гримасе презрения.
— Ещё одна букашка без дара?
Он махнул рукой. Три водяные копии сорвались с места, окружая их.
Я видел это периферийным зрением. Стёпе не выжить там. Копьё — это хорошо, но против магии воды и телепортации нужна скорость.
— Режиссёр! — мысленно рявкнул я.