Николай Шахмагонов – Русские государи в любви и супружестве (страница 45)

Что можно было ожидать от отвергнутого влюбленного? Каких только примеров нам ни дает история, сколько романов написано на Западе, в которых отвергнутые короли, бароны, герцоги расправлялись с неподдающимися их власти возлюбленными. Но Павел Петрович был православным русским государем, был человеком чести, долга и достоинства, что доказал и в сложившейся ситуации. Обратимся снова к тому, что рассказал Н.А. Саблуков: «Император был поражен, но его врожденное благородство тотчас проявило себя. Он немедленно же решил отказаться от любви к девушке, сохранив за собою только чувство дружбы, и тут же захотел выдать ее замуж за человека, к которому она питала такую горячую любовь. Суворову немедленно посланы были приказания вернуть в Россию князя Гагарина. В это самое время последний только что отличился в каком-то сражении, и его потому отправили в Петербург с известием об одержанной победе.

Я находился во дворце, когда князь Гагарин прибыл ко двору, и вынес о нем впечатление, как об очень красивом, хотя и невысокого роста человеке. Император тотчас же наградил его орденом, сам привел к его возлюбленной и в течение всего этого дня был искренне доволен и преисполнен гордости от сознания своего, действительно, геройского самопожертвования.

И вечером на “маленьком дворцовом балу” он имел положительно счастливый и довольный вид, с восторгом говорил о своем красивом и счастливом сопернике и представил его многим из нас с видом искреннего добродушия. Со своей стороны, я лично ни на минуту не сомневался в искренности Павла, благородная душа которого одержала победу над сердечным влечением».

Известно множество и других самых разнообразных примеров и фактов искреннего и нелицемерного благородства государя.

«Витязь времен протекших»

Если быть точным, то один из современников государя императора Павла Первого назвал его не витязем, а рыцарем. Называя государя императора Павла Первого рыцарем времен протекших, его современник де Санглен отдавал должное личному мужеству Российского Императора. Не только де Санглен, многие европейские политики были потрясены поступком Павла I, который, желая уничтожить наполеоновские войны в самом зародыше, послал вызов на дуэль Наполеону Бонапарту. Государь предложил «корсиканскому чудовищу» драться в Гамбурге и поединком положить конец кровавым битвам в Европе, вызванным Французской революцией.

Николай Александрович Саблуков, долгое время находившийся в числе приближенных к императору людей, отметил: «Несмотря на всю причудливость и не современность подобного вызова, большинство европейских монархов отдали полную справедливость высокогуманным побуждениям, руководившим Русским Государем, сделавшим столь серьезное предложение с полною искренностью и чистосердечием». Добавим: с тем чистосердечием, с которым император Павел Петрович всегда относился к людям.

Император Павел Первый вступил на престол с твердым намерением восстановить такую силу самодержавной власти, которую она имела в доромановский период – особенно в эпоху Иоанна Грозного. Ему были чужды либерализм и философские идеи вольтерьянцев и французских моралистов, которые привели к полному краху французскую монархию. В словоблудиях о конституционных устройствах он видел оправдание беззакония и беспорядков. Еще до воцарения он писал: «Я желаю, лучше быть ненавидим за правое дело, чем любим за дело неправое».

И с первых дней своего царствования он повел непримиримую борьбу за справедливость, за равенство всех перед законом независимо от чинов и званий. Государь был строг, но справедлив, стремился облегчить тяготы, лежавшие на народе. Ценил правду и ненавидел ложь. При своем вспыльчивом характере он уважал людей, которые бесстрашно противились его гневу, чтобы защитить невинного, но презирал раболепствующих и трусливых. Многие отмечали его джентльменские качества, умение обращаться по достоинству с достойными людьми, даже если они не принадлежали к аристократии.

А.И. Тургенев отметил в своих воспоминаниях: «Первый любимец, первый сановник, знаменитый вельможа и последний, ничтожный раб, житель отдаленной от столицы стороны – равно страшились правосудия… Правосудие и бескорыстие ступили через порог храмины, где творили суд и расправу верноподданных».

Особой любовью и заботой государя пользовались люди труда. Сам государь император писал: «Крестьянство содержит собою все прочие части своими трудами, следственно особого уважения достойно и утверждения состояния, не подверженного нынешним переменам его. Надлежит уважать состояние приписных к заводам крестьян, их судьбу переменить и разрешить. Не меньше уважения заслуживают государственные крестьяне, однодворцы, черносошные и пахотные, которых свято, по их назначениям, оставлять, облегчая их службу».

Именно государь император Павел Петрович первым из русских самодержцев нанес удар по крепостничеству (рабству на западный манер), введенному на Руси Петром I. Своим Указом от 10 февраля 1797 года государь запретил продажу дворовых людей и крестьян без земли, а в День своей Коронации издал указ, запрещающий использовать крестьян на работах по праздникам. Именно он дал самоуправление казенным крестьянам, распорядился о выделении им по 10 десятин земли и прощении 7 миллионов рублей недоимок. Разорительную для крестьян хлебную повинность он заменил денежной, что в ту пору и по тем ценам для крестьян было очень выгодно. Историки отметили, что за несколько месяцев начала царствования Павла Первого крестьяне получили больше льгот, чем за многие другие царствования, начиная с учредителя рабства Петра I и вплоть до царя-освободителя Александра II.

Настоятель Новой Коренной пустыни епископ Серафим писал: «Кратковременное царствование Павла Первого принесло большое облегчение Русской Церкви и… было поистине благословенным. Церковь, ставшая было захудалым придатком к государственным учреждениям, получила известное признание и некоторую самостоятельность. Ей были возвращены частично права и привилегии, что особенно сказалось на монастырях».

Павел Петрович планировал восстановление Патриаршества, упраздненного Петром I, но не успел осуществить этот план. Отстаивая идеи русского православного самодержавия, основанные святым благоверным князем Андреем Боголюбским и блистательно теоретически обоснованные и проверенные на практике Иоанном IV Грозным, Павел развивал идею твердой власти, стремясь всеми силами оградить ее, как и всю жизнь державы, от разлагающего влияния Запада. С этой целью он запретил ввоз иностранных книг, призывающих к безнравственности, лжи, неповиновению, к свободе от совести, к разврату, к разрушению национальных традиций и устоев. Именно при государе императоре Павле Петровиче русский язык стал возвращаться в светские салоны, офранцузившиеся до неприличия.

Историк Н. Былов в книге «По поводу Павловского гобелена» отметил, что, если с исторической и научной стороны подойти к оценке деятельности Государя Императора Павла Первого, то “получится необыкновенно стройная, законченная и внутренне цельная система. Одно вытекает из другого, одно дополняется другим, и все вместе поражает глубиной и размахом”.

Одним словом, Павел Первый произвел решительную контрреволюцию революции Петра I. Русь сделала важный шаг к возвращению устоев державы Рюриковичей, к эпохе Иоанна Грозного, оболганной сверх меры, но на самом деле наиболее славной и значимой для строительства Дома Пресвятой Богородицы, начатого еще Андреем Боголюбским.

Вот главные причины того, за что ненавидели государя императора «надменные потомки» прославленных подлостью убийц Андрея Боголюбского и отравителей Иоанна Грозного. Враги Русской Державы, как бы она ни называлась: Владимирское или Московское княжество, Государство Московское или Российская Империя, СССР, или Российская Федерация, всегда люто ненавидели и будут ненавидеть тех государей, которые укрепляют державу, которые проявляют подлинную заботу о трудовом народе и ограничивают алчные аппетиты эксплуататорского слоя.

Клевета предваряла убийство

Мыслитель русского зарубежья Борис Башилов в книге «История русского масонства» писал: «Врагами Императора Павла распускались слухи о том, что он сошел с ума. Всякий поступок Государя дополнялся такими подробностями, ретушировался так, чтобы представить его полусумасшедшим. Кто из слушателей за пределами дворца мог знать, как происходило дело в действительности?! Известно, что добрая слава на печи лежит, а худая на тараканьих ножках по свету бежит. Побежала дурная слава на тараканьих ножках и про “ненормальные выходки” Императора Павла. А истина всегда отстает от клеветы и легенды».

Добропорядочные современники отмечали, что возле императора оказалось немало «злонамеренных людей, которые пользовались его раздражительностью, а в последнее время даже возбуждали ее».

Императора Павла «систематически и намеренно толкали на поступки, которые служили поводом для систематической и намеренной клеветы на него». И. Дмитриев в книге «Взгляд на мою жизнь» писал, что коварные царедворцы строили «ковы друг против друга, выслуживались тайными доносами и возбуждали недоверчивость в Государе, по природе добром, щедром, но вспыльчивом». От того происходило скоропостижное падение чиновных особ».