Николай Шахмагонов – Пушкин – пророк-вестник (страница 20)
Припомните, о други, с той поры,
Когда наш круг судьбы соединили,
Чему, чему свидетели мы были!
Игралища таинственной игры,
Металися смущенные народы;
И высились, и падали цари;
И кровь людей то Славы, то Свободы,
То Гордости багрила алтари.
В книге отмечено: «Вращается, значит, движется по кругу. И движется по кругу всё, что существует в мире…». А в стихотворении «К вельможе» Пушкин говорит:
Ты, не участвуя в волнениях мирских,
Порой насмешливо в окно глядишь на них
И видишь оборот во всём кругообразный.
О движении по кругу поэт говорит и в стихотворении «19 октября»:
Пируйте же, пока ещё мы тут!
Увы, наш круг час от часу редеет;
Кто в гробе спит, кто, дальный, сиротеет;
Судьба глядит, мы вянем; дни бегут;
Невидимо склоняясь и хладея,
Мы близимся к началу своему…
Г.Н. Качура и В.М. Лобов отмечают:
«Обратите внимание, близимся не к концу, а – «к началу своему», к той точке, откуда начали движение по кругу. Движению по кругу посвящено произведение «Сказка о рыбаке и рыбке». Если для удобства наблюдения изобразить круг, как два последовательно расположенных полукруга, эта фигура будет напоминать волну. Движение морских волн – один из самых ярких образов Вечного движения».
А ведь на первый взгляд стихотворение кажется фривольным. Иносказания весьма мятежны и дерзки…
Я один в беседке с нею,
Вижу… девственну лилею,
Трепещу, томлюсь, немею…
И проснулся… вижу мрак
Вкруг постели одинокой!
Испускаю вздох глубокий,
Сон ленивый, томноокий
Отлетает на крылах.
Кто же она – Наталья? Не вымышленный ли персонаж? Тайные свидания… Возможны ли они, если влюблённый – лицеист, а Царскосельский лицей по своим порядкам очень напоминал военно-учебное заведение, где на прогулку за территорию просто так не выйдешь.
Стихотворение посвящено крепостной актрисе театра графа В.В. Толстого, находившегося в Царском Селе. Лицеисты нередко бывали на спектаклях в этом театре. 14 лет… Сердце отрока готово раскрыться для любви, уже не той любви, которую он называл ранней, а для первой любви. Но, конечно, ни о каких встречах с этой юной актрисой, как и с Сушковой, и речи быть не могло.
Перед нами поэт, юный и в тоже время уже сильный поэт. Глядя на Наталью, он ощущает это чувство и говорит о том, что его «настиг Купидон».
И Пушкин мгновенно пишет стихотворение. Прежде посвящал девицам смешные эпиграммы, а вот теперь… Теперь всё по-иному…
Но лёгкость стихотворения обманчива. В нём скрыт какой-то смысл. Какой?
Все любовники желают
И того, чего не знают;
Это свойство их – дивлюсь!
(…)
Я желал бы, чтоб Назорой
Ты старалася меня
Удержать умильным взором.
Иль седым Опекуном
Легкой, миленькой Розины,
Старым пасынком судьбины,
В епанче и с париком,
Дерзкой пламенной рукою
Белоснежну, полну грудь…
Я желал бы… да ногою
Моря не перешагнуть,
И, хоть по уши влюблённый,
Но с тобою разлучённый,
Всей надежды я лишен.
Но для чего же написано стихотворение? Для передачи его возлюбленной? Возможна ли такая передача крепостной актрисе? Не повлечёт ли для неё беды? И вот тут возникает вопрос, а не является ли это стихотворение пробой сил в сокрытии с помощью шифровки своих мыслей. Вот пример… «Я желал бы Филимоном… взяв Анюты нежну руку». Для непосвящённого – почти что бессмыслица, а для посвящённого…
Во времена Пушкина часто шла на сценах столичных театров музыкальная комедия композитора и дирижёра Михаила Матвеевича Соколовского (1756 – ?) по пьесе драматурга-сатирика Александра Анисимовича Аблесимова (1742-1783) «Мельник – колдун, обманщик и сват», впервые увидевшая свет ещё 1779 году и особенно популярная в конце XVIII века. Главные герои – влюблённые Филимон и Анюта, женитьбе которых мешает мать Анюты. Вот потому-то и говорится «изъяснять любовну муку».
Имеют свой подтекст и другие имена, упомянутые в стихотворении, причём ныне не все можно раскрыть с точностью. Например, как объяснить, что значит удержать Назорой – персонажем из оперы итальянского композитора Антонио Саккини (1730-1786) «Осмеянный скупец». Содержатся намеки и на оперу Вольфганга Моцарта (1756-1791) «Похищение из Сераля», вышедшую на сцену в 1782 году и на оперу В.А. Пашкевича, «Февей», премьера которой состоялась в 1786 году. Эта опера написана на одну из двух популярных в ту пору аллегорических сказок Екатерины Великой, которая называлась «Сказка о царевиче Февее».
То есть Пушкин использовал персонажи из этих и других постановок, которые посмотрел в свои лицейские годы и которые чётко отложились в его цепкой памяти.
Ну а завершается это довольно длинное стихотворение строками…
– Кто же ты, болтун влюблённый? –
Взглянь на стены возвышенны,
Где безмолвья вечный мрак;
Взглянь на окна заграждены,
На лампады там зажжены…
Знай, Наталья! – я… монах!
Некоторые биографы Пушкина объясняют последнюю строку «Знай, Наталья! – я… монах» – тем, Пушкин часто называл Царскосельский лицей монастырём, ну и потому в стихотворении именовал себя монахом. Но существует и другое, более глубокое объяснение. Пушкинцы, знакомые с тайными знаниями поэта, полагают, что в стихотворении «К Наталье!» «зашифрована радость Александра Сергеевича Пушкина от того, что он стал служителем новой науки – священного тайного знания, что выражено в словах: «Знай, Наталья, – я монах!».