18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Николай Серый – Тёмные лучи (страница 25)

18

(05 февраля 1991 года, Армавир)

***

И жухлая трава, и в ней весенний иней,

И я перчатку тискаю в горсти,

И возле приозерной лесопильни

Стремится чувство в мысль перерасти.

И я прошёл у озера по кромке

Последнего и слабенького льда,

И мне судьба казалась столь же ломкой

И столь же уходящей в никуда.

И всё ж весне я радуюсь невольно,

Иначе не способно естество… —

Когда ему до безразличья больно,

Другое возникает божество…

(17 декабря 1991 года, Армавир)

В лесу вечерний и студёный дождь,

И я ступаю по увялым листьям…

Я помню прошлое одним лишь серо-мглистым,

Не ведая, где истина, где ложь.

Любил ли я?.. иль только лицемерил,

И краснобайством обманул себя?..

Узнал ли правду?.. или глупо верил,

Что истина – лишь то, чем утешаюсь я?..

(19 февраля 1992 года, Армавир)

***

Припомнились грехи и изнуренье оргий,

А вешней зорьки хлад и в роще и с небес,

И мутят душу плотские восторги,

И сладость духа – мука для телес.

На переливах рос изодранные тени,

И в алых бликах струй и в ряске камыши,

И в самый тихий миг достигнул примиренья

Мрак тельных бесов с белизной души.

(09 марта 1992 года, Армавир)

Серебрится от инея осень,

И рассвет лихорадочно-жёлт,

И каёмка неровная сосен

Зеленеет за бликами вод.

И заветное страстное имя

Прорывается в память мою…

Измышленьями вздорными, злыми

От него оборону креплю.

Вспоминаю грехи и пороки,

Чтоб забыть мне навеки её…

Но ведь благовест грозный, далёкий

Будоражит сознанье моё…

И уже вспоминается паперть,

Где во мраке мы стихли вдвоём,

И греховно мне хочется плакать

От бессилья забыть о святом…

(21 апреля 1992 года, Краснодар)

А ночью я святой поверил книге,

И лбом устало к зеркалу приник…

Я в бликах видел осиянный лик

И ржавые пудовые вериги.

А в комнате – удушьем немота,

Часы томили сиповатым звоном,

И ризой обречённого Христа

Искрился иней на стекле оконном…

В моём безмолвии крамольный был упрёк,

Но чудилось в угоднике прощенье…

Святой исчез, и проявился Бог

В её непостижимом возвращеньи.

Она в мехах вошла ко мне, скорбя,

И посмотрела с тихим изумленьем…