Николай Самойлов – Перстень Прометея (страница 4)
Девушка заслушивалась историями, которые он ей рассказывал, поражаясь уму и опыту молодого, красивого капитана, который умел учиться не только на своих, но и на чужих ошибках Грея, всё больше, тянуло к девушке. Он хотел понравиться ей, для этого зажигал вечером в каюте свечи, чтобы она становилась уютней, и пел под гитару:
Я приду, когда наступит вечер,
Положу цветы к твоим ногам,
Пламя свеч украсит нашу встречу,
А вино сердца согреет нам.
Будут плакать, в ночь, вонзаясь свечи,
Проливать на лица тёплый свет,
Ты распустишь волосы на плечи,
Я пойму – прекрасней в мире нет.
Но, в любви, сегодня, не признаюсь,
Сглазить её, милая, боюсь,
Посмотрю в глаза, поулыбаюсь
И, скрывая нежность отвернусь.
Не суди за это слишком строго,
Не готов ещё для перемен,
Вокруг нас, к несчастью, слишком много
Лживых клятв, предательств и измен.
От разлук и бед не уклониться,
Жизнь без встреч и радостей – темна.
Пока сердце не устанет биться
До тех пор, ты будешь в нём одна.
Я приду, когда наступит вечер,
Положу цветы к твоим ногам,
Пламя свеч украсит нашу встречу,
А вино сердца согреет нам.
Когда Диана слушала его сильный, волнующий, её нежное сердце голос, оно начинало биться чаще, кровь окрашивала нежным румянцем щёки, она становилась чарующе красивой. Любимой для неё стала песня – признание в любви:
Такими в детстве представлял цариц,
Принцесс и королев, читая сказки.
Перед тобой не стыдно падать ниц
И на коленях умолять о ласке.
Мне можешь верить – не придворный льстец,
Не ослеплён сиянием короны;
Тебе не нужен скипетр и венец,
Ты в моём сердце царствуешь без трона;
И мудрецы несут порою вздор,
И на слепых нет права быть в обиде –
Со мною никогда не вступит в спор
Тот, кто тебя воочию увидит.
Он подтвердит:– прекрасна, как зарница,
Поэтому достойна быть царицей.
Она чувствовала, что с каждым днём всё сильнее любит этого разносторонне талантливого, мужественного человека. Корсары, видя, что капитан отдаляется от них, начали роптать:
– Женщина на корабле к несчастью. За три последние недели мы не встретили ни одного корабля. Пора пополнять припасы воды, еды, рома. О чём думает капитан? –
Развлекавший девушку Грей, не замечал злые взгляды пиратов, не слышал ропота. Наконец, терпение пиратов кончилось. Корабельный кок – рыжий Джон решился сказать Грею, что продукты и вода скоро кончатся, пришло время пополнять запасы. Команда предлагает продать девушку в гарем, или потребовать выкуп с её родных. Грей посмотрел, на кока так, что у того душа ушла в пятки, но ответил спокойно:
– Вы хотите меня законам пиратов учить? Это было бы справедливым, если бы мы взяли девушку в плен, но мы её спасли. Продавать, спасённого, не по – христиански. Бог не простит этого, да и я, пока капитан, не позволю. Продукты пополнять нужно. В этот раз, за них заплачу сам. Считайте это платой за Диану. Девушку в ближайшем порту отправлю к родителям.
Пираты решили, что вопрос решён справедливо и успокоились. Сменив чёрный Роджер на французский флаг, «Гончая» встала на якорь в Марселе.
Возвращение Дианы в дом отца
Пока повар и его помощники закупали продукты, свободные от дел пираты пьянствовали в портовых тавернах. Чтобы с девушкой, по дороге домой, ничего не случилось, Грей нанял карету и двух дворян, для охраны. На душе было неспокойно, поэтому решил купить коня и тайно лично сопровождать Диану до ворот её замка. Интуиция не обманула его. Всё было спокойно, пока карета катила по заросшей муравой дороге, пролегавшей по зелёным лугам. Когда карета въехала в дубовый лес, из кустов выскочили разбойники вооружённые саблями, косами и дубинками. Со свистом, гиканьем и дикими воплями оборванцы окружили карету. По пояс голый головорез, попытался, ухватив кучера за ногу, чтобы стащить его с козел. Диана не растерялась и застрелила его из пистолета. Дворяне храбро сражались, но нападающих было слишком много. Разъярённый Грей, на полном скаку схватил одного из разбойников за талию, поднял над головой и швырнул в толпу. Тот, как ядро из пушки, полетел, сшибая бандитов с ног. Грей, не теряя времени, разрядил оба пистолета, ранив двоих разбойников. Потом обнажив саблю, бросился на остальных. Разбойники, увидев урон, нанесённый их рядам разъярённым великаном, с воплями кинулись в кусты. Грей хохотал, глядя им вслед.
– Смотри, я собственноручно уложила двоих! – кричала Диана – Из меня получился бы неплохой пират, может, возьмёшь юнгой на свою «Гончую»?
– Не женское это дело убивать. Ты должна выйти замуж, чтобы продолжать род благородного мужа. Женщина создана для того, чтобы рожать и воспитывать детей.
– Тогда спасибо за то, что снова спас меня, на этот раз, от плена. Я твоя вечная должница. Клянусь, что не выйду замуж ни за одного мужчину, кроме тебя. Или под венец с тобой, или в монастырь – поклялась Диана, не сводя сияющих нежностью и любовью глаз с пирата. Грей смутился:
–Ты только что доказала, что сама за себя постоять можешь. Не будь я членом братства пиратов, другой жены не искал бы. Я полюбил тебя с первого взгляда и на всю жизнь. От этих слов в глазах девушки вспыхнула надежда:
– Что тебя держит в братстве? Ты никогда, ничего не рассказывал о себе. Кто ты, откуда, почему стал капером? Расскажи. –
Глаза сурового великана затуманили слёзы. Он спешился и сел в карету рядом с девушкой. Кучер взмахнул хлыстом и карета полетела по лесной дороге. За окном кареты замелькали деревья. Грей долго сидел молча, вспоминая прошлое. Было видно, что оно было трагическим:
– Я родился в Ирландии. Артур Грей – псевдоним. Мой отец – ирландский герцог был дальним родственником последнего ирландского короля. Он не жалел денег на моё образование. К четырнадцати годам я умел читать и писать, разбираться в морском деле, мог по звёздам определить положения корабля в море и проложить курс. Ни умом, ни силой Бог меня не обидел. Лучшего стрелка, фехтовальщика и охотника в нашем графстве не было. Я, как и мои друзья, в детстве мечтал о море. Оно манило нас тем, что давало возможность побывать в дальних странах, посмотреть белый свет. Родители боялись посылать своих сыновей в школы, расположенные рядом с морским портом, поскольку вид кораблей и рассказы матросов соблазняли их сбежать из дома и уйти в море. Чаще всего убегали мальчики 10–12 лет. Им казалось, что матросы очень счастливые люди. Могут побывать в самых отдаленных уголках земли. Наивные мальчишки не знали о трудностях и опасностях, которые встречаются морякам в реальной жизни, жили иллюзиями, думали только о приятном, доставляющем радости и удовольствия: о страстных, нежных, тропических красотках, богатой добыче, легких деньгах, сытой жизни, пьянству с друзьями в кабаках, приветливых морях и успешных плаваниях. Про шторма, бури, кровавые схватки и кораблекрушения никто не думал. Для нищих и голодных мальчишек, главными были надежды на богатство. Крестьянин в Англии еле сводил концы с концами, голодали. Зарплата, какую получали матросы, им и во сне не снилась. Для них это огромные деньги. Но сильнее денег мальчишек привлекала романтика, любовь к риску, приключениям. Старые матросы долгими зимними вечерами, за кружкой пива, рассказывали легенды о жизни морских бродяг, подвигах их вожаков и спрятанных ими кладах. Многие из этих историй я помню до сих пор. Прославленный на весь мир корсар Дюкасс напал на Ямайку, разорил и ограбил английских плантаторов и хозяев сахарных заводов, взяв в плен сотни рабов. Таких набегов у него было множество. Поэтому Дюкасс и его офицеры скопили огромные состояния, которым стали завидовать самые знатные и богатые люди в Европе и Англии. Высокая цена сахара делала его таким же выгодным товаром, как мускус, жемчуг и пряности. Сначала сахар был роскошью, доступной только богатым. Когда цены на сахар снизились, он стал доступен бедным слоям населения, поэтому приобрел огромную популярность, стал самым ценным импортным товаром в Великобритании. Поэтому Англичане не могли простить Дюкассу нападения на плантации и сахарные заводы. Объединившись с испанцами они, захотели отомстить ему. Пираты сражались смело, изобретательно, Дюкасс, имея меньше людей, наголову разбил союзников. Как в юности не восхищаться таким героем? Отец поощрял мою любовь к морю, хотел, чтобы я стал капитаном. Но нашим планам не суждено было сбыться. Началась война с Англией. В 1649 году в Ирландии высадились английские войска во главе с Оливером Кромвелем. Англичане действовали против католиков, роялистов и простого местного населения, не щадя ни женщин, ни детей. Во время этого похода англичанами была уничтожена половина жителей Ирландии. Началось переселение людей из Англии и Шотландии. Они получали земли убитых ирландцев. Кроме того, часть повстанцев и членов их семей стали рабами в английских колониях на островах Карибского моря. На невольников охотились, как на диких животных. За каждого пойманного «бунтовщика» выплачивалась премия в размере 5 фунтов.
Плен и бунт на корабле
Мой отец был убит, я под псевдонимом Артур Грей, попал в плен к англичанам вместе с соратниками по борьбе. Сначала нас держали в тюрьме – сыром каменном мешке на хлебе и воде. Раненные и больные умерли. Ни ухода, ни лекарств не было. Живые лежали среди мёртвых. Нас хотели повесить. Но король, узнав о том, как высоко ценятся рабы в колониях, решил, что выгоднее подарить нам жизнь, отправив в южные колонии на Ямайке для работы на плантациях. В колониях не хватало людей, сильного, здорового мужчину можно было продать за десять фунтов стерлингов. Король решил заработать, продав пленников английским поселенцам в Вест – Индии. Мои родственники: женщины и дети уже были проданы, родовой замок разграблен и разрушен. Рабство в Вест – Индии для меня и моих товарищей было страшнее смерти. Нас отправили на корабле. Держали в трюме, закованными в цепи. От протухшей еды, гнилой воды и тесноты в трюме, начались болезни, самые слабые умирали. Мёртвых ежедневно выбрасывали за борт, на корм акулам. Однажды, когда открывали люк трюма, мы почувствовали, что воздух насыщен незнакомыми запахами. Это был аромат, состоящий из смеси запахов душистого кедра и ямайского перца. Это означало, что берег, на котором нас ждало рабство и тяжёлый труд на плантациях, был близок. Медлить было нельзя, поэтому мы решили устроить бунт. Лучше умереть в бою за свободу, чем жить рабами. По моему сигналу мои соратники по борьбе с англичанами, начали кричать и стучать кулаками и цепями в люки. Разъярённый капитан судна решил жестоко наказать бунтовщиков, повесив зачинщиков. Я был в их числе. Солнце приближалось к зениту, когда нас подняли на палубу. Капитан был в ярости. Он проклинал ненавистных ему ирландцев. Доставалось и матросам. За малейшую провинность он бил их беспощадно. Матросы боялись его, как огня. Я, предупредив своих друзей, чтобы они были готовы к бою, стал насмехаться над капитаном: