Николай Романецкий – Узники утлого челна (страница 65)
А впрочем, плевать!
Открыл дверь.
Стражник стоял, подпирая стену.
– Вы сейчас уйдете в туалет. Потом вернетесь назад. Никто из этой двери не выходил, и вы никого не видели.
Стражник тут же целеустремленно зашагал прочь.
А Свет отправился в другую сторону. Оглянулся, посмотрел в спину удаляющемуся стражнику. Зачем-то дождался, пока тот свернет за угол. И двинулся дальше. Возле кабинета Кудесника стражников не наблюдалось. Зато имелось отвращающее заклятие высшего уровня.
Не для чародея Смороды такая преграда!
Открыл дверь и вошел в приемную.
Всеслава Волка тут не было, ибо рабочий день давно закончился. Хотя это не объяснение – бывало, Волк задерживался тут и глубоко за полночь.
По-видимому, Кудесник просто отправил прочь своего секретаря. Чтобы не мешал…
Свет открыл дверь и вошел в кабинет.
Кудесник, как обычно, сидел за столом и что-то писал. Поднял голову, глянул на незваного гостя.
Свет, не медля, сотворил акустическую формулу очередного заклинания.
Кудесник замер. За столом теперь сидел каменный истукан.
Свет усмехнулся.
Слабоваты вы, Кудесник, против чародея Смороды!
Так, теперь надо понять, что искать. Это должен быть предмет старинный. Только из такого можно извлечь полезную на данный момент информацию.
Где его искать? В задней каморе?
– Бывшему сотруднику Института истории княжества нужен мой Серебряный Кокошник? – сказал Кудесник.
Это было настолько неожиданно, что Свет едва не кинулся к двери – бежать. Но сдержался.
Кудесник по-прежнему сидел бездвижно, но губы его шевелились.
– Кокошник позади меня, в известной вам комнатушке. В колдовском бауле. И поторопитесь, чародей. Ваши силы небезграничны.
«Велес меня возьми, неужели все-таки ловушка? – подумал Свет. – Не может же Кудесник быть мне помощником! Но в одном он прав – силы мои небезграничны. А посему – чему быть, того не миновать. До сей поры Сварожичи мне помогали…»
Он обошел стол и открыл дверь в знакомую камору.
Все тут было, как прежде.
Но справа от оттоманки стояла тумбочка, уставленная пузырьками и горшочками различных размеров.
Похоже, в последние месяцы Остромир уже не мог жить без лечебных средств.
А колдовской баул нашелся в шкафу.
Свет вытащил его, поставил на стол возле оттоманки, щелкнул замочками и открыл.
Кокошник лежал на самом верху.
Свет несколько мгновений разглядывал его. Потом сказал вслух:
– Снявши голову, по волосам не плачут.
Он взял Кокошник в руки. И обнаружил: нужная способность его Таланта никуда не делась.
35. Взгляд в былое: Любомысл Треух
Любомысл Треух был самым сильным словенским колдуном. Жил он в очень и очень непростое время. Именно тогда, пятьсот лет назад, начались конфликты геополитических интересов между словенами и ордынцами, с одной стороны, и словенами и варягами, с другой.
Любомысл Треух, будучи не просто колдуном, но талантливым ученым, определил, что источником Семаргловой Силы является дух Перуна у волшебников и дух Додолы у ведьм. И ему стало понятно, что с возрастом, поскольку источники Силы у человека ослабевают, ослабевает и уровень его (ее) Таланта. Иными словами, самыми сильными волшебниками и ведьмами являются люди молодые. Исходя из интересов обычной жизни, это особого значения не имеет. У дюжинных людей оно – вообще обычное явление, с возрастом уменьшаются и физическая сила, и работоспособность, и сей процесс не создает особенных проблем никому, кроме самого субъекта.
Но на высоких государственных постах ситуация другая. Там на первый план выходят присущие пожилому возрасту мудрость, уважение окружающих и умение руководить. Именно они порождают авторитет государственного деятеля.
Когда уходит физическая сила, она компенсируется мудростью и уважением, которые ценит очень большое число людей. Именно из авторитета возникает в современном обществе готовность подчиняться кого-то кому-то. На сей готовности общество и держится, она является социальным фундаментом стабильности.
Сообщность дюжинных людей чрезвычайно разнообразна. Среди них имеются и ярые сторонники перемен, и твердолобые консерваторы, и – наиболее многочисленные – представители так называемого «болота».
Сообщество волшебников совсем другое.
Волшебники с младых ногтей – люди особого сорта. И психология их совсем не та, что у дюжинных. Большинству из них как раз присуще стремление выделиться, не согласиться, настоять на своем.
Поняв это, Любомысл Треух понял и следующее: Кудесник, с возрастом теряющий Семарглову Силу, никогда не удержится на своем посту за счет авторитета. С уменьшением Таланта он потеряет и авторитет. А с ним – и власть!
А значит, рано или поздно у кого-то из молодых возникнет стремление лишить его оной власти.
Такой процесс, вполне нормальный для животного мира, для социума волшебников окажется источником постоянных революций, входящих в острый конфликт с интересами
А значит, умудренный опытом государственный муж должен, в интересах общества, озаботиться процессом передачи власти от предыдущего Кудесника к следующему. Процесс сей должен быть строго регулируемым.
Поняв это, Кудесник озаботился поисками решения этой проблемы.
И через несколько лет упорной работы нашел заклятье, способное обеспечить стабильность в Колдовской Дружине.
Он использовал сам изначальный источник Семаргловой Силы.
Ибо кардинально перестраивать здание лучше всего с фундамента.
Вестимо, отменить закон, установленный в подлунной богами, никакой Кудесник ни в состоянии. А вот подкорректировать его, изменить работу в свою пользу… Почему бы и нет?
Открытое Треухом заклинание было обратного действия – увеличивало Семарглову Силу с уменьшением духа Перуна или Додолы. Таким образом, совсем юные волшебники оказывались, по рангу Силы, самыми слабыми. С годами Талант рос, достигая своего предела уже на склоне лет.
Более того, буде юный волшебник или волшебница позволяли себе реализовать дух-источник в сношении с противоположным полом, они напрочь лишались структуры Темного сектора, обеспечивающей мощь магических действий. Все, что они могли после этого, – лечить людей.
Любомысл Треух испытал действие заклятья на самом себе и, убедившись, в его полной работоспособности, начал перестраивать всю систему инициализации Семаргловой Силы.
Всем волшебникам того времени было предписано побывать у Кудесника, в обязательном порядке прихватив с собой волшебные атрибуты: и Палочки, и Кокошники, и Кольца – якобы для проверки.
При оной проверке Треух менял только принцип работы Кольца. В результате, при инициализации Темный сектор будущего кандидата в отроки начинал магическую работу не по законам Сварожичей, а по методу, предписанному Кудесником.
Современников, тех, кто мог помешать, Треух при аудиенции изменял с использованием собственной Силы, а в следующем поколении этого уже и не требовалось – такие люди перестали появляться.
Правда, существовала одна проблема. Волшебники тоже смертны. А заклятия со временем теряют силу. И после смерти Треуха созданная им система неотвратимо должна была рухнуть.
Однако старый волшебник нашел выход.
Вот токмо почему-то этой информации волшебная реликвия до Света не донесла. То ли былой Талант чародея Смороды так до конца и не восстановился, то ли реликвия побывала в руках Любомысла Треуха до того, когда этот выход был найден.
36. Ныне: Век 76, лето 4, червень
Теперь Свет знал все. И поразился: с какой же стати его до оной правды допустили?
Что это? Неумение предусмотреть последствия своего решения? Старческий маразм? Или просто надежда на авось?
Но не может же государственный деятель такого ранга полагаться на авось. Иначе век его пребывания на столь высокой должности окажется весьма и весьма недолгим!
И не видеть последствий принимаемых решений он тоже не может. Исход окажется таким же – слетит со своего поста без промедления.
Значит, маразм?