Николай Ободников – Лиллехейм. Кровь семьи (страница 14)
Собственно, так она и называла оружие – Серебряная Справедливость.
Разумеется, ее заказы – по серебряной пуле в год – не могли не вызвать вопросов в оружейном магазине. Диане не пришлось особо сочинять. Она сказала, что купила револьвер ради умершего мужа. И ради мужа делает по одному выстрелу в год, тратя на это одну серебряную пулю. В магазинчике подивились, но дальше расспрашивать не стали.
Сейчас в шкатулке хранился не только револьвер, но и девять серебряных красавиц, способных излить всю ту боль, что обгладывала Диану изнутри. Излить ее прямо в череп Сиф. Шесть пуль уже заняли свои места в барабане, и еще три оставались про запас.
Вигго не покидал надолго город. Как и полагается хорошему мужу, отцу и вожаку, он оберегал своих. Но вот удачное окно. Как только Вигго умчится, Диане не придется переступать через любовь к нему.
– Что там у тебя, ба?
Диана вздрогнула, обнаружив, что она в комнате не одна.
На пороге стояла Алва.
Ее серьезные серые глаза цвета дождливого неба изучали лицо Дианы, изредка обращаясь к шкатулке.
– А ты очень тихая девочка, Алва. Ты знаешь это?
– Мы все тихие, когда не хотим, чтобы нас слышали. Но я шагала обычным шагом. Хотела тебя проведать. На тебя это совсем не похоже.
– Что на меня не похоже?
– Так просто отпустить папу. Так что там, ба? Что в шкатулке?
– Ничего особенного. Просто подарок для вашей мамы. Хочу наладить отношения, пока твой папа будет в отъезде.
И опять Диана приказала себе следить за мыслями.
А еще она была рада, что однажды оббила шкатулку изнутри плотной тканью и положила туда гранулы активированного угля, чтобы они адсорбировали запахи. Не то чтобы серебро имело особый аромат, но вот запах оружия, оружейной смазки и стали – это могло вызвать беспокойство. Волк ни в чём не нуждается, верно? Так с чего Диане Хегай обзаводиться револьвером?
– Я не думаю, что маме нужны подарки, Диана.
– Иногда люди получают то, на что совсем не рассчитывают.
– Тогда не расстраивайся, если задуманное не осуществится, ба.
Какое-то время они внимательно разглядывали друг друга. Потом Алва улыбнулась и побежала на кухню. Там уже переругивались Йели и Янника, заявляя права на последний кусок баранины.
Диана погладила шкатулку и убрала ее до поры в комод. Главное, беречь мысли.
«И патроны», – с мстительной улыбкой подумала она.
3.
При виде магазинчика «Кривые комиксы» у Вигго отлегло от сердца.
Словно он бежал к чему-то знакомому и наконец увидел это. В голове Вигго клубились тяжелые мысли, вызванные дурным сном. Всё как-то не так. Дети и Диана спроваживали его, явно имея на то какие-то свои причины. Или он сам настолько привык торчать в конуре, что даже близкие забеспокоились?
Как бы то ни было, он боялся, что не застанет магазинчик на своем месте.
«Кривые комиксы» располагались среди восточных кварталов Альты и предлагали развлекательные журналы на любой вкус. В основном, конечно же, комиксы. Некоторые из них были подержанными, но даже такие, прошедшие через руки, уж точно не были кривыми.
В отличие от Андеша, хозяина этого местечка.
За витриной высились стеллажи с разноцветной литературой и гомонили ребята в бейсболках. Гремел спор о том, кто сильнее: Аквамен или Нэмор. Главным аргументом в споре выступал тот факт, что Нэмор когда-то надавал пинков нацистам, тогда как Аквамен только и умел, что быть подпевалой в чешуе.
Вигго хмыкнул, пытаясь понять, с чего бы подросткам заводить спор о не самых популярных супергероях. На гиков ребята не тянули. Потом он понял, в чём дело. Спор был рассчитан прежде всего на Андеша – чтобы расположить его к себе, усыпить бдительность.
Сам Андеш стоял за кассой. В магазине он носил растянутый шерстяной кардиган, синюю сорочку и брюки из габардина. На ноги он обычно надевал скрипучие резиновые шлепанцы. Но отнюдь не манера одеваться делала его особенным. Угловатый и заторможенный, он внимательно наблюдал за ребятами в бейсболках.
Один из пареньков снимал с полок комиксы и отправлял их себе под куртку. Спорщики передвигались среди стеллажей – передвигался и сборщик литературы.
Вигго отвлекся от своих мыслей. Ему было интересно, что предпримет Андеш.
Андеш не стал тратить силы, рассыпая угрозы полицией. Вместо этого он припал к полу и растворился в сумраке, что обычно возникает у ног, когда книжных полок слишком много, а освещение слишком слабое.
Вигго подался к витрине, чтобы лучше видеть.
Андеш двинулся между рядами, словно лягушка, нацепившая дедушкину кофту. У воришек он остановился. Надо сказать, Андеш по ряду причин не походил на обычного человека. А при желании без труда становился
Тараща мутноватые голубые глаза и глухо рыча, Андеш ухватил рукой одного из ребят за ногу.
Жертва истошно завизжала, роняя добычу. Пареньку было не только страшно, но еще и очень больно. Завизжали и остальные, обнаружив наступление Андеша. Он выкашливал невообразимые звуки, брызгал слюной с отвисшей губы и хватал всех руками, будто спятивший краб.
Не выдержав, Вигго затрясся от смеха. Чего-то такого он и ожидал.
В дверях магазинчика Вигго столкнулся с воришками. Ребята в бейсболках с воплями высыпали на улицу. Один потерял головной убор. Волосы жертвы стояли дыбом.
Андеш поднялся с пола и теперь расставлял комиксы по местам.
– Андеш молодец, – заявил он, даже не смотря в сторону вошедшего Вигго.
– Еще какой. Не боишься таким образом остаться без клиентов?
– Воры расскажут другим ворам – тем, которые еще не знают Андеша. И новые воры придут поглазеть на Андеша и на то, что Андеш защищает. А даже среди воров бывают покупатели. Андеш занимается инвестициями.
Он не всегда правильно выговаривал слова, так что последняя фраза прозвучала как «Андеш занимается
– Похоже на настоящий бизнес-план, приятель.
– И Аквамен не подпевала: он просто ведется на всяких «мышей». – Андеш вернулся за стойку и взглянул Вигго в глаза. – Чем могу быть полезен? Магазин «Кривые комиксы» к вашим услугам.
Неожиданно Вигго захлестнули эмоции. Он словно впервые увидел Андеша. Совсем как в тот день, когда судьба свела их вместе.
Если что-то в магазинчике комиксов и было кривым, так это голова Андеша. Его череп огибали бело-розовые шрамы. Они начинались у бровей, бежали над ушами и встречались на затылке, складываясь в пародию на сползший терновый венец. Награда от свихнувшегося отца, зажимавшего голову сына дверью. Тогда еще малолетнего.
В их первую встречу Вигго охватил приступ жалости. Сейчас к жалости примешивалась братская любовь. Вигго любил всех членов стаи, но Андеш занимал особое место в иерархии любви, привязанности и подчинения. Андеш был единственным ребенком Лиллехейма, чья физиология почти полностью распрощалась с детством. Поэтому Сифграй и обратила его.
Первой жертвой Андеша-волка стал его же родной брат.
Стены магазинчика покачнулись. Вигго сообразил, что на самом деле это он сам пошатнулся. Вигго кожей ощутил наступление несуществующих сумерек. Как будто его душа превратилась в соты, из которых сочились тени. Чувство необъяснимой тревоги усилилось. Вигго словно наяву услышал зловещий звон цепей, плескавшихся где-то на улице.
Лиллехейм возвращался. Каким-то образом проникал в голову.
– Ты знаешь, зачем я пришел, Андеш?
– Вигго – покупатель Андеша, – степенно кивнул Андеш. – Андеш любит и боится Вигго.
Волчьи рецепторы утверждали, что поблизости никого нет, но Вигго всё равно оглянулся. Снаружи расстилался прекрасный октябрьский денек. По дороге катили машины, и все как одна были чистыми и яркими. Никаких цепей.
– Убили Аслака Лауритсена, – сказал Вигго. – Его тело положили в круг из костей. Из тех костей, что накануне обглодала стая. Мне кажется, нам оставили послание.
– Дождь всегда оставляет послание земле.
– Что ты хочешь сказать, Андеш? Ты что-то знаешь?
Андеш отличался не только внешностью и манерой разговаривать, но и даром предвидения. Еще в Лиллехейме он был для их компашки чем-то вроде оракула, отстававшего в умственном развитии.
– Госпожа запрещает Андешу смотреть ветер волков. Нельзя даже каналы переключать. Андеш теперь почти ничего не знает.
– А если я прикажу? – с надеждой спросил Вигго. – Если заглянуть в будущее тебе прикажет вожак?
– Тогда Андеш постарается, но ничего не получится. Вигго откусит Андешу голову. Потому что нельзя расстроить вожака и остаться с головой.
Губы Вигго тронула улыбка.
– Я никогда так не поступлю, Андеш, успокойся. Так ты знаешь, почему я пришел?
– Вигго хочет, чтобы Андеш пошел с ним сквозь горы и леса – к последним детям Лиллехейма.