Николай Новиков – Ты обязательно выживешь. Том 1 (страница 32)
— Нет, — без паузы.
— Почему?
— Ты просто не вернёшься, — он наклоняет аквариум, облако внутри чуть потемнело, — Это я не могу врать по религии, но тебя, человека, что-то остановит? Вы в этом хороши, не зря у вас в Руководстве… определённая репутация, — он аккуратно подбирает слова, — Отпустить с тобой одного моего телохранителя? Прирежешь. Двух? Так же. Всю команду? А охранять кто меня будет? Я не первый год здесь. Я это всё уже проходил.
Я стою. Чешу затылок.
«Мда-а-а-а», — и я даже не злюсь особо, — «Все варианты предвидел. А я ведь и правда именно так и думал — по одному, когда отпустят…»
Тупые здесь действительно долго не протягивают. Это факт.
— Совсем нет шансов уйти? — и снова на всякий случай спрашиваю, потому что я адекватный и разумный человек.
— Есть, — облако чуть посветлело, — Двести семьдесят оболов.
— Нет у меня столько.
— Возьму товаром.
— Самому нужен такой.
— Пальцы, — пожимает плечами скафандр, — Один отправим к гоблину с запиской. Там дальше посмотрим.
— А вот это вам по религии уже можно? — хмыкаю.
— Мстить за кражу? Да. Мы религия торговцев, а не терпил.
— Понял… — вздыхаю и медленно оглядываю двор, — Пока не начали… во сколько ты оцениваешь своих людей?
Облако потемнело. Пауза.
Наёмники недоумённо переглянулись.
— Значит по-плохому, — качает аквариумом торговец и окидывает взглядом охранников, — Сто тридцать оболов каждый. А что? Что будешь с этим делать?
Я киваю, лезу кармашек рубахи и поворачиваюсь на самого здорового телохранителя. Синяя рифлёная кожа, рога, кулаки как моя голова! Смотрит на меня как на таракана. И имеет право — реально же раздавит.
Тут, увы, в Городе, снова нужна удача — желательно бы сюда попасть будучи сильной и крутой расой.
Да впрочем…
— На, лови аптечку.
И я кидаю в него Бенджамина.
Маленький пятнистый комок влетел здоровяку прямо в лицо, инстинктивно цапнул его за нос крошечными копытами…
И УВЕЛИЧИЛСЯ НАХЕР В РАЗМЕРАХ!
— Уи-и-и!
БАХ! Двести килограмм свиньи обрушились сверху на громилу! Он не удерживается, падает, и свинья заваливается сверху, приземляясь копытами прямо на глазницы! Трещит череп, хлыщет кровь, а мозг превращается в кашу!
Все смотрели на это секунду. Секунду просто молча охеревали.
И ровно столько мне было и нужно.
Кинжал вышел из штанин раньше, чем ближайший враг успел дёрнуться. Кручу в обратный хват и не глядя провожу два удара: живот, и он согнулся — шея, и он обвалился!
Скафандр попятился, облако внутри резко почернело и сжалось в угол шлема. Наёмники застыли — кто смотрел на два тела, кто на Бенджамина, кто на меня.
А потом сорвались.
Ближайший, чешуйчатый, широкий, с дубинкой, налетел первым! Я ухожу в сторону, и дубинка свистит мимо уха. Но тут же подбегает кошкоподобное существо с длинными когтями, замахивается… но в эту же секунду Бенджамин с рёвом подбивает его под задницу, откидывая к стене, и резко встаёт между нами, начиная яростно черпать землю копытом!
Чешуйчатый бьёт снова. На этот раз очень быстро, чем вынуждает вскинуть кинжал для блока. Блямц! И клинок вылетает из моих рук — я оказался слабеньким на фоне иной расы.
Хорошо.
У меня ведь ещё катана во второй руке.
Бах! Пробиваю навершием ему прямо в носяру словно трость! Короткий вскрик, он зажимает лицо ладонью, и снова даёт мне столь нужный миг.
Верёвки падают с оружия — я делаю шаг. Враг убирает руку от носа — я прокручиваюсь на месте. Враг замахивается — и катана уже вошла в его живот.
Остриё входит в его живот с сопротивлением, но я рывком веду поперёк, от края до края!
— Ыа! — невольно вырывается вскрик напряжения.
И слышится мокрый тяжёлый звук. Чешуйчатый смотрит вниз с таким видом, будто не понимает, что видит… а потом машинально хватает свои внутренности, делает шаг и падает на них же сверху.
Три тела… три трупа… кровь на моих руках…
Как же колотится сердце. Как же тяжело дышать! Но при этом… несмотря на всё…
«Какой же я живой», — я медленно выдыхаю, ощущая адреналин опасности
Земля была безопасной. Тренировки, режим, мамины лекции, правильное питание. Всё размеренно, всё под контролем. Хорошая жизнь! Правда хорошая. Но сейчас… пережив Посмертие… вкусив этот вкус, ощутив кровь, опасность, адреналин до звона в ушах…
Я понимаю, как же всё там скучно.
Я встряхиваю катану, кровь летит на камень, и перевожу взгляд на троицу у стены. Бенджамин теснит их, но устал — бока ходят ходуном, дышит тяжело. Всё же, свободно менять массу и размер с котёнка на двести килограмм — требует усилий. Его наверняка прибьют.
Поэтому либо сейчас всё решать, либо бежать.
Я оборачиваюсь. Скафандр стоит в двух метрах всё так же за прилавком, но теперь в вытянутых руках у него гудящее, готовое к бою энергокопьё.
— Ох! Стой, стой! — невинно хлопаю глазками, очень резко суя руку в карман, — Я же не сделал ничего плохого!
Зря он не стрельнул, хех.
Ведь я достаю гранату, сжимаю запускающий механизм и большим пальцем выдёргиваю чеку.
— У-у-упс! — снова хлопаю ресничками, — Получается, все умрём! Как жаль…
И в этот момент даже вертухаи за спиной остановились, перестав переть на свинью. Видимо, земные гранаты тут известны.
Что-ж, мне же лучше.
И пока Скафандр не понимает, что делать, и за какие грехи я появился в его жизни, я решаю брать быка за рога.
— Так… сто тридцать на каждого, говоришь? — я кручу гранату в руке, — Давай сойдёмся на том, что я оставляю трёх твоих сотрудников в живых — итого триста девяносто оболов. Соглашайся, это крайне выгодно!
Облако внутри шлема почернело окончательно, сжалось, замерцало.
— Ты… что… творишь! — шипит скафандр, и вокруг начало пахнуть озоном, — Ты понимаешь, что я не один⁈ Ты понимаешь, на что себя подписываешь? Моя смерть — это только начало того кошмара, что начнётся в твоей жизни! — говорил он высокопарно.
— Ох… п-проблемы? — я распахнул глаза и похлопал ресничками, — Ты… ты обещаешь мне ещё больше жертв⁈ ДАВАЙ! Кто твой союзник? Имена, Скафандр, имена!
— Ты… ты просто поехавший! Ты в своём уме⁈ Что у тебя в башке⁈
— Ты сам не захотел слушать невинного человека, которого подставили. Это ТЫ начал, — пожимаю плечами, — А я предлагал варианты!
Троица у стены не двигается. Бенджамин тоже замер, переводя взгляд с них на меня.
Я поднимаю гранату чуть выше.