Николай Новиков – Ты обязательно выживешь. Том 1 (страница 12)

«Ыа-а-а-а!», — я чуть не сорвал все волосы с задницы, — «Какое всё вкусное-то, сцуко!»

Уроды! Нет, конечно, спасибо за такой подгон, но… уроды! Как выбрать-то⁈ Я всё хочу!

Остаточный Заряд классно сочетается с Магической Пулей. Мёртвая Хватка — с приёмом Хэнка. А Слепое Пятно… да вообще тоже круто!

— Пу-пу-пу… — серьёзно задумался я.

Ладно, давайте логически. Приём Хэнка я и так быстро исполняю — на гоблинах особенно. Я полагаю Хватка лучше всего синергирует с другими приёмами, где надо руки там ломать, сальтухи крутить и подсечки ставить. Думаю, ей можно пренебречь.

Остаточный заряд — гарантированное усиление следующего выстрела Пули. Круто!

Слепое пятно — гарантированное преимущество в бою с двумя и более врагами… чего я допускать не собираюсь. Ведь весь план с лагерем-то в обратном и состоит — остаться с хобгоблином один на один!

С учётом, что после победы над ним я сразу на выход…

То логичнее всего взять не две фиолетовых, а синюю Особенность — «Остаточный Заряд».

В итоге я тыкаю именно на эту иконку, и синий шарик влетает в грудь, оседая во мне до конца забега. Выдох. Кайф. Чистый заслуженный дофамин!

«И в итоге…», — хищно улыбаюсь, — «Два этапа подготовки сделано».

Да. Ведь я дозорных не только ради дозорных убивал — я и себя усиливал. А это ой как важно!

— Молодец, свинтус, — чешу поросёнка за ухом, — Морковки нет, но вы держитесь.

Он довольно хрюкнул от похвалы, и мы пошли дальше. Впрочем, никого не нашли — в лагерь вели две тропинки, и на каждой было ровно по одному дозорному.

Дальше — сам лагерь. Дальше только…

— Хрюк? — неожиданно бурчит Бенджамин.

Мы были на пути к лагерю, когда это произошло. Не сказать, что я расслабился, но шёл уже куда увереннее, ибо знал… а точнее, был уверен, что враги будут ждать только в лагере.

Но сначала поросёнок, а затем уже и я заметили неладное.

А после… да, после уже и увидели.

— Эй… эй! Это я! — сказал женский голос.

Я дёрнулся, перехватил нож — и остановился.

Из кустов выбралась…невеста.

— Я это! Из комнаты серой! — сказала она громко, а потом едва не ахнула, прикрывая рот ладонью, будто испугалась собственного голоса, — Ну, невеста!

— Да… я тебя помню, — медленно опускаю нож, — Честно, уже думал, ты померла. Рад, что ошибся.

Она вздрагивает, будто я её ударил, и опускает взгляд, почему-то ничего не отвечая. Пальцы нервно мнут край платья.

Я смотрю на неё внимательнее. Высокая, метр семьдесят пять, не меньше. Чулки на длинных красивых ногах уже давно были порваны, а платье обрезано выше колен, видимо для удобства передвижения. Лиф разорван в нескольких местах — видны пулевые дырки. Голубые глаза огромные, испуганные. Светлые волосы растрепались, выбились из причёски и падают на плечи. Губы полные, чуть припухшие, будто плакала недавно.

Красивая. Реально красивая. Спортивная, но без перегиба фигура — грудь налитая, талия тонкая, бёдра широкие. В моём вкусе. Пускай мне и нравятся, скажем так… кхм, постарше. Но эта… эта тоже очень ничего.

Может попытаться с ней подружиться? Очевидно, потому что она понравилась, но и потому… не знаю, спас уже один раз, так хотя бы до выхода доведу — иначе будет жаль потраченных усилий. А там авось чего и склеится. Может навыки хорошие выпали? Всякое бывает.

— Что ты тут забыла? — спрашиваю я, не отводя взгляда, — Ты где катану просрала? Точнее, как?

Она поморщилась.

— Я… её… ну там так получилось, в деревне было…

— И без оружия пошла сюда? Одна? С деревни, которая прямо у выхода?

— Ну… я… я испугалась… и…

И тут моё любование красотой прекращается. Очень быстро. Что-то холодное прошло по затылку.

Одна. Без оружия. В лесу у гоблинского лагеря…

Я не отвожу взгляд от неё, но краем зрения начинаю читать всё вокруг — кусты слева, просвет между деревьями справа, тени за её спиной. Бенджамин стоял тихо, и пятачок его не двигался — свин тоже напрягся.

— Я тут недавно, я просто шла, и… — продолжала она.

— Погоди, — говорю я спокойно, — Я здесь весь периметр прочесал. Дозорных снял. Тебя не было.

— Я с другой стороны, там тропинка… — машет она куда-то в сторону.

— Нет там тропинки.

Она моргнула. Открыла рот.

— Я… ну, может не тропинка, просто через кусты, я…

— Когда ты здесь появилась?

Пауза. Чуть длиннее, чем нужна для честного ответа.

— Недавно. Я шла за вами, просто испугалась подойти раньше, потому что вы… вы убивали, и я…

— За мной? С самого начала?

— Ну… да.

— Сквозь лес? Одна? Без оружия? Если да, то как ты обошла гоблинов по периметру? Если обошла, то почему дала о себе знать именно сейчас?

Она потупила взгляд. Пальцы у бедра сжались, разжались, снова сжались — мелкий жест, машинальный, и почти не заметный.

Почти.

В горле у меня стало сухо.

Я не двигался. Не оглядывался — только водил глазами по сторонам, медленно, не привлекая внимания. Тень за правым деревом? Нет. Куст слева? Ветка не колышется. Птицы замолчали — раньше кричали, теперь тихо.

Где они? Сколько их⁈ Твою мать!

— Где твоя группа? — продолжаю давить, — Китаец? Остальные?

— Они… мы разделились… — невеста поджимает губы, — Они… ушли… а я…

Она врёт. Плохо врёт. Очень плохо.

Но хуже всего то, что она это знает.

Я вижу, как она сглатывает. Как пальцы дрожат на краю платья. Как глаза бегают, не находя точки опоры!

— Сколько вас? — спрашиваю я тихо.

Она вздрагивает. Открывает рот. Закрывает. Снова открывает. Я смотрел на её лицо, но она усиленно избегала взгляда.

Кажется, она на грани — смесь страха, стыда и сожаления заставили задрожать её губы.

— Эй. Невеста. Посмотри на меня! — чуть повысил я голос.

От этого она дёрнулась и наконец подняла голубые глаза. Свои прекрасные влажные глаза.

И без капли злости и кровожадности я посмотрел прямо в них — ловя её прямой взгляд.

— Я спас тебя от насильника. Намеренно. Именно тебя, — прошептал я, — У тебя… ещё есть шанс отплатить. Ты лучше этого, Невеста.