Николай Муханов – Мир приключений, 1924 № 01 (страница 22)

Первым говорил Лустало:

— Действием моего прибора сила тяжести приобретает любое направление (!). Груз, лежащий на поверхности, испытывает влияние силы тяжести, притягивающей его к земле. Я меняю направление этой силы и сна, по желанию, поднимает груз вверх или передвигает в сторону (!!). Прибором можно поднять из шахты вагонетку, заставить висеть в воздухе грузовик и, сидя в комнате, переставлять предметы не касаясь их — (!!!).

Водворилась тишина. Затем посыпался ряд вопросов:

— Может ли прибор отодвинуть в сторону крепостной вал или перебросить на другое место дивизию пехоты с артиллерией? — спросил первым представитель военной лиги.

— Тихоокеанский пароход — в центр материка? — перебил директор «Ллойда».

— Консерватора двинуть вперед? — выкрикнул либеральный политический деятель.

— К сожалению, по техническим условиям века, прибор способен оперировать с грузами, не превышающими пяти тонн, — ответил Лустало.

Гопкинс молчал… следовало выслушать второго претендента.

— Мое изобретение, — начал Добрышин, — касается усовершенствования радио-волн…

На лицах присутствовавших отразилось разочарование.

— Благодаря аппарату, — продолжал Добрышин, радио-волны из невидимых и неосязаемых приобретают конкретную форму… Можно создать из них в пространстве или на земле любое сооружение, рельеф… Подобие пирамиды Хеопса, кряж Кордильер, запруду на Амазонке, крышу, предохраняющую плантации от града, пологий каток с уклоном на сотни миль, по которому, без затраты энергии, спускать транспорты грузов, обвернутых в изолированную обмотку. (!!!).

Произошел невероятный шум. Если бы разорвалась бомба 42-сантиметровой гаубицы, то и тогда эффект не получился бы более потрясающим. Ничего нельзя было понять. Все пришли в исступление. Колокольчик председателя оказался бессильным, пришлось прибегнуть к тулумбасам.

Добрышин получал премию в миллиард долларов!

Гопкинс получал право эксплоатации!

Никто не заметил, когда бледный Лустало покинул собрание.

Глава VI

Время идет

События развертывались с кружащей сверхдействительностью. Гопкинс занял господствующее положение в промышленности всего мира. Его конкурренты потерпели ряд грандиозных крахов. Но секретарю Брауну не стало от того легче, и хотя, путем усилий, он сохранил продолжительность поцелуя невесты до полутора минут — у него не всегда они оказывались. Профессор Лустало исчез бесследно.

Глава VII

Заоблачная экспроприация

Аэроплан, совершающий рейсы Москва — Берлин — Лондон, и везший, кроме пассажиров, несколько пудов фунтов стерлингов, был задержан в пути. Моторы работали, автоматические счетчики указывали должное число оборотов, альтиметр — высоту в три тысячи метров, и, тем не менее, аэроплан не двигался, как бы повиснув в воздухе. Затем последовало нечто невероятное… Стекло каюты, где лежали тюки со стерлингами, вырвалось с треском из рамы, а тюки, вылетев в образовавшуюся брешь, и пройдя по горизонтальному направлению метров триста, скрылись в компактном облаке. После того аэроплан двинулся вперед и благополучно снизился у аэровокзала в Берлине. Могло возникнуть подозрение, что тюки умышленно выбросили в пути, но состав пассажиров-очевидцев совершенно исключал возможность лжи с целью преступления.

Между тем в денежном обращении Америки появились фунты с номерами пропавших серий. Кроме того, подгулявший Париж видел над головой сероватую сигару, скользившую с востока на запад. В достоверности наблюдения веселящихся до рассвета парижан следовало усомниться, но то же самое утверждал сам шеф полиции, веселившийся до утра по обязанности Возникла версия о воздушном пирате.

Правительства объявили воздух в осадном положении. Вскоре одно за другим начали поступать радио о заоблачных грабежах и необъяснимых подъемах ценностей с земли на небо. Последнее взволновало даже Ватикан. Далее так продолжаться не могло! Ни одного убийства, ни одного насилия над личностью, но ценности, банкноты преимущественно, порхали в небо, как ласточки. Пользуясь этим, злостные кассиры стали симулировать исчезновение вверенных сумм. Было решено созвать в Риме международный конгресс сыщиков. Его святейшество благословил открытие конгресса. Повсюду установили строжайший надзор и слежку.

Глава VIII

Без руля и без ветрил

В океане затерялась группа скал. Белые, как лунь, буруны стерегут к ним доступ. Скалы необитаемы, однако в действительности там есть люди Внутренность одного массива — оборудованное помещение. Здесь все, что может дать культура в смысле комфорта. В кабинете — три человека. На них эластичные, точно у водолазов костюмы и обувь с мягкими, толстыми подошвами. Руки в перчатках, а на головах шлемы.

— Готово? — спросил один.

— Есть, капитан, — ответили два других.

Тогда тот, кого называли капитаном открыл дверь в галлерею, напоминающую трубу. Там лежала металлическая сигара, диаметром в шесть футов. Все трое вошли в нее через люк и затем, точно мина, сигара выскользнула через противоположный конец галлереи. Пропеллер отсутствовал. Не было даже признаков рулей. Под углом к поверхности океана она устремилась в пространство. Без мотора, единственно при помощи измененного направления силы тяжести! Заходящее солнце едва уловило на округлой боковой части надпись «Паллада».

Глава IX

Лустало появляется вновь

Лустало неожиданно появился в Париже. Он подал прошение об отставке. По поводу своего изобретения — отмалчивался. Теперь то уезжал, то возвращался опять. Все решили, что он продолжает работу вне Парижа, наезжая сюда только развлечься. Но Лустало одинаково бывал и в Лондоне, и в Токио, и в Капштадте.

Глава X

Кольца удава концентрически сжимаются

Лондонский сыщик Джаксон получил мандат на поимку воздушных пиратов. Мандат давал широчайшие полномочия по Европе. Аналогичные мандаты были выданы на Америку, Африку, Азию и Австралию.

По прошествии некоторого времени, сидя дома и покуривая трубочку, Джаксон размышлял:

— Грабежи носят сверхъестественна i характер, но чудеса в наш век заменяет техника, следовательно — суть в ней. Посмотрим, чем мы располагаем…

Ночь напролет просидел Джаксон, изучая научный материал.

— Несомненно, что все выдающиеся изобретения были представлены на конкурсе Гопкинса… Там бросаются фигуры Добрышина и Лустало… только они владеют изумительными тайнами.

Затем Джаксон послал шифрованные телеграммы в Париж и Нью-Йорк. Ответы не замедлили притти. Заключив нечто определенное из полученных сведений, Джаксон с первым же поездом выехал из Лондона.

Лустало опять в Париже… На третьи сутки, насвистывая песенку, он вернулся поздно домой и заснул. Крепкому сну помогла бутылка «Помери», или… странный запах, будто исходивший из подушки. Последнего он не заметил. Темно… Но вот, как блуждающий огонек, то вспыхивая, то заглухая, бесшумно перепрыгивает светлая точка. Любопытный глаз потайного фонарика заглядывает всюду… особенно в карманную записную книжку спящего. Кто-то невидимый подробно копирует листочки книжки и кладет ее обратно. Снова темно… Лустало мирно спит.

Низко склонясь над письменным столом сидит человек. У него в руках маленькие листочки. Это известный эксперт по раскрытию таинственных шифров и знаков.

В кабинет вошел некто и молча предъявил карточку. Прочтя, — начальник тайной полиции любезно предложил посетителю сесть.

— К вашим услугам…

— О, иёс, мне нужен план Парижа и окрестностей.

Получив план, посетитель тщательно поставил на нем крестик и, указывая, произнес с английским акцентом.

— Я очень прошу завтра с вечера незаметно оцепить пункт вашими лучшими силами. Около двенадцати ночи туда направится человек, по всей вероятности, с коричневым саквояжем Когда пройдет в оцепление — оно должно начать бесшумно сжиматься вокруг него. Соблюдайте осторожность — в центре кольца будут воз душные пираты.

Лустало проснулся с тяжелой головой. Весь день молодой профессор не мог избавиться от неприятного состояния. Около одиннадцати вечера, с ручным саквояжем, он вышел. Почти одновременно, из кафе напротив, появился человек с велосипедом и пинчером. Человек указал собаке на Листало и та последовала за ним. На углу Лустало сел в такси. Пинчер выжидательно уставился на хозяина Автомобиль тронулся… через пять секунд подкатил второй, шофер которого до того копался в машине. Человек, велосипед и пинчер поместили в него, и второй автомобиль отправился за первым. На улицах было оживленно и ничто не вызывало подозрения. Спустя четверть часа, Лустало покинул такси и, пройдя пешком, нанял виакр к укреплениям. Второй автомобиль застопорил в отдалении Пинчер выскочил и, повиливая обрубком хвостика, побежал между задними колесами фиакра, незамеченный седоком. Его хозяин пересел на велосипед. В окраинной части города становилось безлюдно и. из-за скудного освещения, темно.

За линией укреплений — пустырь. D середине пустыря — кустарник и полянка — это пункт, отмеченный на плане. Без минуты двенадцать пустырь пересек силует человека с саквояжем и скрылся в кустарнике. Секунду спустя пробежала собака. Абсолютно темно… Но глаза нескольких десятков лучших агентов видели то, что следовало. Как кошки заскользили тени. Они кольцом, точно удав, сжали кустарник. Под Натиском осторожно зашуршали ветки. Ближе… и ближе… вот и полянка. Люди почти плечо к плечу… Раздается лай… С браунингами все кидаются вперед… Вспыхивают ослепительные лучи электричества… В центре пинчер и… больше никого… Никого!