Николай Морхов – Полиаспектная антропология (страница 17)

Кроме того, важно отметить, что сама его (современного естественно-научного метадискурса) претензия на абсолютную и тотальную универсальность и безальтернативность, с точки зрения некоторых мыслителей и отдельных философских школ, является весьма сомнительным, небесспорным, дискуссионным, неочевидным и проблематичным эпистемологическим аспектом. Так, крупнейшие современные интеллектуалы и антропологи Ф. Дескола, Э. Кон и Э. Вивейруш де Кастру в своих программных и фундаментальных сциентистских произведениях постулируют такой теоретический концепт, как "мультинатурализм". Смысловое содержание последнего (концепта) заключается в том, что всевозможные самые разнообразные автономные и суверенные самобытные общества, народы и цивилизации не только интерпретируют и осмысляют окружающую феноменальную (и/или материальную) реальность, постулируемую метанарративом западноевропейского позитивистского естествознания эпохи Модерна (и "Ультра-постмодерна"/Постмодерна) в качестве одной-единственной и безальтернативной универсальной экспозиции многоуровневой и многомерной структуры мироустройства, посредством своих уникальных мировоззренческих идей и представлений, что, в свою очередь, обозначается ментальной дефиницией "мультикультурализм", но и обладают собственным оригинальным гилетическим космосом. Соответственно, согласно их (антропологов) точки зрения, интеллектуальное понятие "мультинатурализм" полностью и необратимо элиминирует всеобщность и безальтернативность атомистической и материалистической современной естественно-научной картины мироздания, продуцируя, при этом, бесчисленное множество тех или иных гетерогенных специфических моделей субстанциальной действительности. Таким образом, если доводить данное ментальное миропредставление (т. е. "мультинатурализм") до его логического терминального предела, симультанно осмысляя и экзегетируя последнее совместно с дискурсивными практиками "мультикультурализма", то можно постулировать, что разнородные обособленные и независимые уникальные социумы, культуры и цивилизации обладают своими собственными самобытными и оригинальными эстетическими, этическими, аксиологическими, антропологическими, космологическими, гносеологическими, эпистемологическими, онтологическими и метафизическими взглядами, нормативами, установками, доктринами и императивами.

Между тем, после вышеизложенных критических замечаний, спродуцированных в отношении метанарратива "ультра-постмодернистского" (и/или модернистского) позитивистского естествознания, необходимо перейти к герменевтическому анализу и рассмотрению обозначенной ранее такой теоретической дефиниции, как "тернаризм". Так, выше уже подчеркивалось, что данный сциентистский конструкт декларирует о трех базовых компонентах, таких как "информация", "энергия" и "материя" (или "вещество"), являющихся фундаментальными столпами, инициирующими, формирующими и конституирующими многомерные, многоуровневые и поливалентные структуры феноменального мироустройства. Следовательно, последние (структуры), согласно интеллектуальной эпистеме "тернаризма", выкристализовываются исключительно лишь посредством этих трех ключевых модусов. Таким образом, с ее (эпистемы) точки зрения, именно "информация", "энергия" и "материя" выступают в качестве специфических основополагающих субстратов, репрезентирующих собой экзогенные и эндогенные эссенциальные свойства и предикаты гилетической реальности. Кроме того, ультрасовременный естественно-научный метанарратив утверждает, что интериорное пространство последней состоит на "68,3 %" из "темной энергии" и на "26,8 %" из "темной материи". То есть, данное теоретическое представление дифференцирует "энергию" и "материю" на "темную" и "не-темную" субстанции, сигнифицируя, тем самым, их амбивалентную и дихотомическую семантическую природу. Естественно, данный сциентистский взгляд, иллюстрирующий дуальное смысловое значение первого и второго субстратов, может учитываться в дальнейшем при более нюансированном, подробном, скрупулезном и детальном рассмотрении и анализе проблематики теории "тернаризма" в других самых разнообразных текстах. Поскольку сами разнородные оппозиции, а также развертывающиеся — в том или ином виде — различные взаимоотношения между ними всегда предоставляют весьма интересный, обширный и содержательный эпистемологический материал для инициирования самых разнообразных интеллектуальных актов и гносеологических реализаций. Тем не мение в рамках настоящего текстуального и дискурсивного развертывания дефиниции "темная энергия" и "темная материя", обозначающие определенные физические феномены, в настоящее время пока еще не в полном объеме изученные и исследованные ультрасовременной наукой, не играют — по целому комплексу тех или иных гетерогенных причин — никакого особого важного и принципиального семантического значения. И поэтому в последующих излагаемых ниже ментальных сентенциях и аффирмациях основное внимание будет акцентироваться исключительно лишь на таких сциентистских понятиях, как "материя", "энергия" и "информация", а не на их непосредственных антитезах и самых разнообразных абстрактных и/или реальных дублях.

Наряду с этим, если рассматривать данные три инстанции, генерирующие согласно спекулятивной позиции "тернаризма" не только сами гетерогенные структуры мироздания, но и все вещи, процессы, феномены, события, объекты, матрицы и т. д., принадлежащие к их интериорному ареалу, с точки зрения трансцендентальных теорий "преформации" и "эпигенеза", то можно будет сформулировать следующие концептуальные выводы и заключения. Так, ранее уже отмечалось, что первая терминологическая эпистема является первостепенным и доминантным мировоззренческим представлением в генетике, тогда как вторая — в эмбриологии и физиологии. Следовательно, можно констатировать, что понятие "информация" непосредственно относится к семантическому полю концепции "преформация", тогда как ментальный конструкт "эпигенез" полностью интегрирует дефиницию "материя" в свое собственное смысловое пространство. При этом, важно подчеркнуть, что как первое, так и второе спекулятивное представление никоим образом не отождествляется с данными компонентами сциентистской теории "тернаризма", а всего лишь репрезентирует их в качестве одного из многих своих экстериорных и интериорных эпистемологических атрибутов. То есть, понятие "информация" является одним из бесчисленного множества семантических аспектов, относящихся к герменевтическому инструментальному аппарату концепции "преформация", тогда как термин "материя" — к дефиниции "эпигенез". Таким образом, семантическая корреляция и когерентность данных оппозиционных друг другу интеллектуальных взглядов с определенными терминологическими конструктами позитивистской эпистемы "тернаризма" иллюстрирует абсолютно естественную и органичную нонконтрадикторную и непротиворечивую трансцендентальную экспозиционную парадигму. Последняя, в определенном смысле, весьма корректно и легитимно свидетельствует о некоторой синонимичности концепций "преформация" и "эпигенез" с понятиями "информация" и "материя" соответственно. Безусловно, в данном случае, необходимо предельно адекватно, строго и точно осознавать основополагающее и непреодолимое различие между такими теоретическими терминами, как синонимичность и тождественность.

Одновременно с этим, важно подчеркнуть, что все вышеперечисленные ментальные концепты, такие как "информация", "материя", "энергия", "преформация" и "эпигенез" необходимо апперцепировать и экзегетировать посредством смысловой матрицы именно современного естественно-научного метадискурса. Поскольку все иные их интеллектуальные интерпретации могут самым кардинальным образом трансформировать и модифицировать семантическое содержание последних. Хотя, конечно, их смысловое значение не является в рамках данного герменевтического исследования абсолютной аксиоматической данностью и может, в определенной степени, откланяться от своего строгого и точного ультрамодернистского сциентистского эквивалента. Тем не менее, сохранение их хотя бы минимального семантического соответствия конвенциональным парадигмальным установкам и нормативам современного позитивистского тезауруса позволит полностью освободиться от тех или иных сложных и неразрешимых вопросов, связанных с инициированием корректной и полноценной верификации их дефиниционного семантического содержания. Так как окончательная утрата ими (концептами) своего подлинного естественно-научного смыслового значения автоматически и мгновенно может привести к ликвидации всех ментальных сентенций и аффирмаций, непосредственно касающихся их (концептов) специфической дескрипции, осуществленной и осуществляемой в рамках настоящего текстуального сегмента. То есть, кристально ясно, что рассмотрение и экзегетирование самых разнообразных предметов, вещей, процессов, инстанций, матриц, знаков и т. д., а также существующих между ними различных взаимосвязей и корреляций, не обладающих никакими имманентными и трансцендентными семантическими измерениями вообще, представляет собой весьма абсурдное и нонсенсуальное дискурсивное развертывание. Конечно, в культурно-темпоральном и парадигмальном контексте "Гипер-постмодерна" (или Постмодерна) можно осуществлять всевозможные — даже самые бессмысленные и делирические — теоретические и практические реализации. И тем не менее, несмотря на этот хронологический эпистемологический тренд, не препятствующий инициированию бесчисленного множества гетерогенных рациональных и иррациональных, сознательных и бессознательных дискурсивных практик и нарративов (и/или метанарративов), сама традиционная антропологическая ментальная эссенциальная природа предпочитает находится в ареале не нонсенсуального и абсурдного, а интеллектуального и осмысленного экзистирования. Поэтому, любой рассудочный субъект, в силу своих неизменных экстериорных и интериорных ноэтических, онтологических и пневматических свойств и характеристик, всегда будет подвергать радикальной и бескомпромиссной тотальной негации и аннигиляции все откровенно бессодержательные и бессмысленные риторические, текстуальные и иные разнородные вербальные экспликации. Кроме того, основополагающей телеологией данного трансцендентального анализа является не выяснение подлинной аутентичной этимологии и изначального семантического значения перечисленных ранее терминологических модусов (таких как "материя", "энергия", "информация" и т. д.), а рассмотрение и экзегетирование посредством различных концептуальных взглядов и гносеологических методологий тех или иных потенциальных и актуальных гетерогенных органичных взаимоотношений не только между ними (модусами), но и между последними (модусами) и другими теоретическими моделями. Таким образом, с одной стороны, необходимо — в той или иной степени — всегда сохранять совершенно конкретное конвенциональное и/или иное смысловое содержание присущее каким-либо спекулятивным дефинициям, поскольку обратное положение вещей может — как уже отмечалось выше — спровоцировать тотальный и необратимый эпистемологический коллапс. А с другой — следует продолжить реализацию герменевтического исследования обозначенной выше проблематики, непосредственно связанной с теми или иными ментальными актами, продуцирующимися при помощи различных интеллектуальных взглядов и подходов в отношении сигнифицированных ранее естественно-научных понятий и концептов.