Николай Минский – Одной звезды я повторяю имя… (страница 24)

               Брошка лежала – звезда, Вечно открытая сумочка Без замка, И, так бесконечно мягка, В прошивках красная думочка… ………………………………………………                Зал… Я нежное что-то сказал                Стали прощаться, Возле часов у стенки… Губы не смели разжаться,                Склеены… Оба мы были рассеянны, Оба такие холодные,                Мы… Пальцы ее в черной митенке                Тоже холодные… «Ну, прощай до зимы, Только не той, и не другой И не еще – после другой…                Я ж, дорогой,                Ведь не свободная…»                – «Знаю, что ты – в застенке…»                После она Плакала тихо у стенки И стала бумажно-бледна… Кончить бы злую игру…                Что ж бы еще? Губы хотели любить горячо,                А на ветру Лишь улыбались тоскливо… Что-то в них было застыло,                Даже мертво… Господи, я и не знал, до чего                Она некрасива… Ну, слава Богу, пускают садиться… Мокрым платком осушая лицо, Мне отдала она это кольцо… Слиплись еще раз холодные лица,                Как в забытьи, —                               И                Поезд еще стоял —                                             Я убежал…                Но этого быть не может,                              Это – подлог… День или год, и уж дожит, Иль, не дожив, изнемог…                         Этого быть не может…

Canzone[4]

Если б вдруг ожила небылица, На окно я поставлю свечу, Приходи… Мы не будем делиться, Всё отдать тебе счастье хочу! Ты придешь и на голос печали, Потому что светла и нежна, Потому что тебя обещали Мне когда-то сирень и луна. Но… бывают такие минуты, Когда страшно и пусто в груди… Я тяжел – и немой и согнутый… Я хочу быть один… уходи!

Дымы

В белом поле был пепельный бал, Тени были там нежно-желанны, Упоительный танец сливал,