Николай Мерперт – Мерперт Н.Я. Из прошлого: далекого и близкого. Мемуары археолога (страница 46)
С советской стороны в экспедиции приняли участие, наряду с автором этих строк, Т.Н. Мишина, сменившая меня в последние годы работ как один из руководителей, В.И. Балабина, Л.И. Авилова, В.С. Титов. С болгарской стороны начальником экспедиции был известный специалист по болгарской праистории Румен Катинчаров, его постоянным заместителем — Величка Мацанова, многие десятилетия руководитель праисторического отдела Пазарджикского музея — маленькая женщина, отличавшаяся огромной энергией и работоспособностью, открытая и неизменно благожелательная, создавшая один из лучших в стране праисторических отделов и непрестанно его пополнявшая и совершенствовавшая. Ему она отдавала (вплоть до преклонных лет, но уверен, что отдает и сейчас) все свои силы. Мы приезжали, два месяца копали и уезжали, она работала круглогодично — или на телле или в хранилище.
То же должен сказать о Р. Катинчарове. С Руменом были мы ближайшими друзьями с первых дней Эзеро (1961 год) до его столь неожиданной кончины. Поразительно красивый, жизнерадостный и веселый человек, бесконечно добрый, влюбленный в искусство, сколько же он сделал для болгарской археологии, да и науки вообще! Брался за все самое трудное: помню археологический музей с его ремонтом, Центральный музей с его созданием, крупнейшие экспедиции с их руководством. И душа любой компании, и для каждого — доброе слово, ободрение, помощь. Осиротела болгарская археология, воистину осиротела! А тогда поднялись мы на телль втроем — Величка, Румен и я. Посмотрели на долину с несравненной ее красотой, на Родопы, на Среднегорье... И казалось, так будет вечно. Тогда хотелось повторить слова Фауста: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»
Телль эллипсовидной формы, располагался на высокой — четырехметровой — террасе старого русла реки Тополницы. Высота его 12 м над окружающим полем, а очертания деформированы сооруженным здесь каналом. Длина с востока на запад — 130 м, сохранившаяся ширина с юга на север — 110 м. Раскоп единой площадью охватил значительную часть восточной половины телля — в целом 2000 кв.м, в среднем на глубину 7 м, а на специально углубленных стратиграфических участках — 9 м. Материк пока не достигнут. Культурный слой превышает 10 м (настоящие цифры действительны для периода работ, раскопки Юнаците продолжает другой (болгаро-греческий) состав).
Стратиграфия поселения ныне такова. В римское время на вершине холма специально выравнена площадка (отсюда название «плоский холм») для создания небольшой крепости, одной из станций на «Траяновом пути», ведущем из Сингидунума в Византиум. Ныне все, что сохранилось от крепости — фрагменты римской керамики, кровельная черепица II-IV вв. и два концентрических кольца траншей основания оборонительной стены. При выравнивании поверхности, нарушенной траншеями и прочими строительными объектами, римляне частично разрушили, частично повредили верхние уровни.
XXIV. Египет 1961-1962 гг.
Древности Египта увлекали русских, начиная с XIX века. Однако еще раньше отдельные россияне побывали в Египте. Их поразили таинственные памятники египетской культуры, сложнейшей идеологии, сложнейших представлений, по сути дел, обо всех направлениях жизни, и не только в период Древнего Египта. Причем, надо сказать, что русские бывали в Египте, описания отдельных египетских чудес появлялись уже в русской литературе, но вот раскопки и представления материального характера о Египте в России сильно запоздали. Хорошо известно, что для Франции — это конец XVIII века, это знаменитая наполеоновская авантюра со зданиями Египетской Академии, где, в общем, все смешалось: во-первых, интереснейшие открытия и начинания, инициированные — не люблю я этого человека — Наполеоном; во-вторых, то, что подтверждает мою к нему нелюбовь. С одной стороны Академия, с другой стороны, устанавливается самая крупнокалиберная пушка чуть ли не во всей французской армии, стаскивается на цитадель Каира и в определенный час стреляет куда-нибудь... В какой она попадет дом, в каких она попадет людей об этом никто не думал. И вместе с тем, у экспедиции Наполеона, включавшей людей самых разных профессий, там было более четырехсот человек, в основном были, прежде всего, фиксаторы — художники, главным образом. Очень многие памятники египетской древности, которые с помощью самого Наполеона перестали существовать, были великолепно зафиксированы этими художниками, и сейчас их рисунки являются уже единственным свидетельством их существования.
Так вот, с русскими было труднее, потому что долгое время мы рассматривали, изучали на месте эти древности. Но сами раскопки не вели. И даже такой великолепный египтолог, как Лев Голенищев, уже в XX веке, русский, который более 20 лет заведовал кафедрой египтологии в Каирском университете, раскопки вел, но только один месяц. И затем был длительный перерыв, конец которого и был ознаменован экспедицией 1961-1963 гг. Видимо, это было определенным импульсом для дальнейших экспедиций. Сейчас их уже две отдельных, сотрудничающих с голландской и французской экспедициями.
Сейчас египтология, в том числе практическая, археологическая египтология входит в тот цикл основных наук, занимающийся древнейшими цивилизациями, который использует и результаты собственных работ, и иными глазами смотрит на работы, проведенные в течение XIX и начала XX века и так далее.
Поводом для организации нашей экспедиции явилось решение о строительстве высотной Ассуанской плотины. Когда Советский Союз принял решение участвовать в создании Ассуанской ГЭС, то естественно посыпались вопросы: а как быть с теми памятниками египетской культуры, которые достаточно обильны и лишь в незначительной степени исследованы в южных пределах Египта? Прежде всего, имелся в виду замечательный храм Абу-Симбел, а если говорить точнее, то Абу-Симблы — их два. Два храма рядом друг с другом, которые высечены в скалах на исторической и культурной границе между собственно Египтом и той более южной территорией, которая из рук в руки переходила от Египта к Нубии, к нынешнему Судану и обратно. Крайне интересные и до последнего времени мало исследованные территории. Для Египетского государства, начиная с дофараоновского периода, это были куда как значительные территории. Территории, отмеченные золотыми рудниками и тем потрясающим гранитом, которым были облицованы пирамиды, в том числе пирамиды Гизы. И древесина, и, наконец, транспортное значение этой части Нила — это ключ к центральной Африке. Характерно, что в тронных воззваниях почти каждый фараон указывал в своих планах, а далее в своих достижениях завоевание Нубии. Каждый из них завоевывал ее на веки вечные до тех пор, пока при 25-ой династии нубийцы не завоевали Египет. Здесь же подъем Нила от Ассуна, где планировалось строительство высотной плотины с нашей помощью, и на многие сотни километров к югу, простирались земли, не скажу, чтобы вовсе не исследованные... Были уже в начале XX века проведены американскими археологами очень фундаментальные разведки и раскопаны отдельные памятники, которые тогда уже дали представления о крайне интересных гибридных памятниках, где соприкасались культура Египта и многообразие культур, уже тяготеющих к Центральной Африке. Но дальше был важный вопрос сохранности египетских памятников... И среди них Абу-Симбел, равного которому нет в мировой культуре. Высеченный в прибрежных скалах Нила, Абу-Симбел уходил в глубь скалы на несколько десятков метров. Интересно, что при его описании ты встречаешься каждый раз с различными цифрами. Высеченный не менее, чем на 40 м. Памятник из ряда залов... Укажу здесь на проблему — высеченный при каком освещении? Только искусственном! Лишь ближайшие к двери участки — там высокая дверь — очень скупо освещены солнцем. Я имел счастье почти сутки быть в Абу-Симбеле, тогда находившемся на своем истинном месте. Это чудо из чудес! И внешнее обрамление, обрамление входа, в котором гигантские статуи главного строителя Рамзеса II достигают более 20 м в высоту, и чего там только нет! И вереница священных птиц, и череда военных трофеев, в том числе людских, где очень четко отличаются представители разных рас. Это ведущие к входу обрамленные хорошо обработанным камнем справа и слева, открытые сверху коридоры, где ты отличаешь нубийца от ассирийца, ассирийца от еврея, поэтому целый ряд наук имеет здесь такую поразительную силу доказательств: и многообразие население, и одежда, и оружие, чего только нет здесь... и священные птицы наверху. И, наконец, залы. Второй зал — самый большой. Колонный зал с двумя рядами колонн. Рамзес был человек скромный, поэтому все колонны имели его форму. Древнейшая, по-моему, в мире фресковая живопись, совершенно поразительная, вплоть до предвосхищения кино, потому что колесницы повторяются одна за другой, но так, что ноги лошади видишь словно в движении. Как известно из арабских источников, Египет — это культура химии, поэтому поразительные красители, пережившие 3,5 тысячелетия, совершенно не потеряли своей свежести. С точки зрения информативности тоже не знаю памятника, равного ему. Рядом Абу-Симбел царицы, любимой жены Рамзеса. Абу-Симбел переводится как «абу» — это отец, что очевидно, а «симбел» — есть целый ряд чтений, здесь основная заслуга принадлежит германской науке, таким ученым-колоссам, как Курт Зете и Адольф Эрман. Так что чтений здесь много, и имена Богов, и символика — все это сводится, опять-таки к увеличению и без того поразительной информативности Абу-Симбела. Перейдем ко второму Абу-Симбелу, принадлежавшему царице Нефертари. Здесь не буду вдаваться в подробности, но, как мне показалось, при всем беспримерном величии Абу-Симбела Рамзеса, художник, ставивший второй Абу-Симбел, талантливее... По моему субъективному мнению, это такая символика мужской силы и женского начала, на мой взгляд, даже не так много работ, где именно вот этот уже дар небес должным образом подчеркнут. Короче говоря, сколько не строй Ассуанских плотин, ущерб истории человеческого искусства, мысли и даже техники, в сотни раз превосходил бы достижения современной электротехники и строительства электростанций, работающих на силе воды, поэтому многие страны категорически отказались в этом участвовать, и тогда решающую роль сыграл Советский Союз. Была создана специальная комиссия, которая должна была решить судьбу сокровищ египетской культуры, оказавшихся в зоне затопления, в том числе и Абу-Симбела. Кроме того, подлежали переносу те сооружения и храмы, прежде всего, которые должны были быть залиты нильскими водами, поднятыми Ассуанской плотиной. Комиссия по Абу-Симбелу возглавлялась тогда японским императором, вице-председателем был профессиональный археолог — шведский король...