Николай Марков – Думские речи. Войны темных сил (страница 33)
«Циркулярным письмом, от имени Его Святейшества преподать Епархиальным Архиереям для руководства в потребных случаях нижеследующие указания:
“Пункт 1 (пропускаем). Пункт 2. В случае, если епархия вследствие передвижения фронта, изменения государственной границы и т. п. окажется вне всякого общения с Высшим Церковным Управлением или само Высшее Церковное Управление во главе со Святейшим Патрирахом почему-либо прекратит свою деятельность, епархиальный Архиерей немедленно входит в сношение с Архиереями соседних епархий на предмет организации высшей инстанции церковной власти для нескольких епархий, находящихся в одинаковых условиях (в виде ли Временного Высшего Церковного Правительства или Митрополичьего округа, или еще иначе).
Пункт 3. Попечение об организации Высшей Церковной Власти для целой группы, оказавшихся в положении, указанном в пункте 2, епархий составляет непременный долг старейшего в означенной группе по сану Архиерея.
Пункт 4 (опускается). Пункт 5. В случае, если положение вещей, указанное в пунктах 2 и 4, примет характер длительный или даже постоянный, в особенности при невозможности для Архиерея пользоваться содействием органов епархиального управления, наиболее целесообразной (в смысле утверждения церковного порядка) мерой представляется разделение епархии на несколько местных епархий, для чего епархиальный Архиерей:
а) предоставляет преосвященным своим викариям, пользующимся ныне, согласно Наказу, правами полусамостоятельных, все права епархиальных Архиереев с организацией при них управления применительно к местным условиям и возможностям;
б) учреждает по соборному суждению с прочими Архиереями епархии по возможности во всех значительных городах своей епархии новые архиерейские кафедры с правами полусамостоятельных и самостоятельных.
Пункты 6, 7, 8 и 9 (опускаются). Пункт 10. Все принятые на местах согласно настоящим указаниям мероприятия впоследствии в случае восстановления центральной Церковной Власти должны быть представлены на утверждение последней”».
Это важнейшее постановление московской Высшей Церковной Власти было издано в то время, когда Святейший Патриарх и все органы Высшего Церковного Управления пользовались свободой и действовали в законном составе и порядке. Постановление это проникновенно предусматривало наступление времен гонения и истребления, когда ряд церковных областей окажутся фактически разъединенными с Высшей Церковной Властью в Москве и когда сама эта Власть будет вовсе уничтожена. Постановление это вполне подобно распоряжению завещательному, даваемому на случай возможной кончины завещателя. И если в делах устроения церковного допустимо ссылаться на «заветы святейшего Патриарха», то эти заветы с особой силой и определенностью выражены именно в этом Постановлении 1920 года.
Противники соборного послушания стараются либо вовсе скрыть от верующих сам факт издания этого московского Постановления 1920 года за № 362, либо пытаются извратить его смысл, либо указывают на якобы неприменимость этого Постановления к Зарубежным Церквам. Постановление обращено-де к епархиальным архиереям в России, а не к заграничным. Это последнее возражение, помимо его логической несостоятельности, отпадает уже потому, что в п. 2 Постановления как раз предусмотрен случай разобщения с Москвой из-за «изменения государственных границ», – значит, случай нахождения архиерея за границей государства. Суть Постановления № 362 отнюдь не в том, где именно и по какой причине окажутся верующие люди и епископы в разобщении с церковным центром, а в том, что если они утратят возможность общения с Высшей Церковной Властью в Москве, то на обязанности оставшихся в разобщении архиереев возлагается немедленная организация временной Высшей Церковной Власти, которая на все время разобщения должна заменять Высшую Церковную Власть в Москве. Постановление № 362 требует от архиереев создания настоящей, хотя и временной Высшей Церковной Власти, а не какого-то межеумочного института, которому епископы могли бы подчиняться или не подчиняться по своему усмотрению.
Наконец, московское Постановление № 362 указало на необходимость для оторванных от центра областей превращать викариаты в епархии и всячески умножать число самостоятельных епархий, а никак не соединять все существующие епархии, миссии и викариаты в одну хаотическую массу под неограниченной властью одного митрополита.
Но как же согласовать все это с позднейшим московским Указом 22 апреля 1922 г., который мы решили признавать за подлинный? Согласовывать акты, изданные для совершенно разных случаев в предвидении противоположных обстоятельств, вообще невозможно и недопустимо. Указ 22 апреля 1922 г. подразумевал – увы, вполне ошибочно, будто еще возможно непосредственно управлять Зарубежьем из Москвы, будто еще есть надежда на продление свободной деятельности Святейшего Патриарха и Высших Церковных Органов, будто еще существует та нормальная церковная обстановка, когда действуют обычные нормы, обычный порядок церковного управления. При таком нормальном порядке, какое бы назначение ни получил Митрополит Евлогий, он все же оставался бы Епископом, непосредственно и в действительности подчиненным Высшей Церковной Власти в Москве, реально оттуда контролируемым, дающим в Москву законные отчеты и т. д. При нормальном порядке митрополит Евлогий был бы в положении любого епархиального Архиерея, будь то в Туле или Самаре.
Постановление же № 362 относилось к наступлению чрезвычайного, ненормального времени, когда прерывается общение епархий с Москвой, когда сама Высшая Церковная Власть либо скрывается, либо погибает, когда необходимо эту отсутствующую власть заменить на месте новою временною властью. Для такого чрезвычайного времени не только Указ 22 апреля 1922 г. не годился, но вообще уже никакие указы из Москвы не могли действовать, ибо действовать было некому – за отсутствием в Москве законных органов Высшей Церковной Власти. Непосредственное управление Зарубежной Церковью из Москвы прекратилось с 23 апреля 1922 г., когда Высшая Церковная Власть в Москве была разгромлена, а Святейший Тихон оказался в заточении. С этого дня зарубежные епископы должны были признать себя и свои паствы очутившимися в положении, предусмотренном московским Постановлением 20 ноября 1920 г., и немедленно организовать временное Высшее Церковное Управление за границей.
Эта организация, согласно п. 3 Постановления, лежала на обязанности старейшего по сану Архиерея зарубежной группы. Таковым, бесспорно, был Митрополит Киевский и Галицкий Антоний, старейший по хиротонисанию во Епископы и постоянный член Московского Священного Синода. Исполняя возложенный на него московским Постановлением «первейший долг», Митрополит Антоний созвал всех зарубежных архиереев и соборно учредил осенью 1922 г. Высшую Церковную Власть за границей в лице Временного Архиерейского Синода за границей.
Приводим выдержку из первого Указа вновь образованного Архиерейского Синода в Карловцах:
«‹…› 3) Ввиду нарушения деятельности Высшей Всероссийской Церковной Власти (в Москве) и в целях сохранения правопреемства Высшей Церковной Власти, на основании постановления Святейшего Патриарха Всероссийского и Священного при нем Синода, в Соединенном Присутствии Высшего Церковного Совета от 20 ноября 1920 г., о преподании правил касательно организации Высшей Церковной Власти в случае нарушения или прекращения деятельности Святейшего Патриарха и Высших Церковных Органов образовать временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви за границей с обязательным участием Митрополита Евлогия, каковому Синоду передать все права и полномочия Русского Церковного Управления за границей. ‹…›
7) Об образовании Временного Архиерейского Синода довести до сведения Святейшего Патриарха Тихона и всех Глав Автокефальных Церквей, а также Российских Посланников.
31 авг‹уста› (13 сент‹ября›) 1922 г… № 1. Сербия. Сремски Карловцы.
За Председательствующего Синода
Митрополит Евлогий.
Секр‹етарь› Махароблидзе».
Какой же объем церковной власти законно принадлежит заграничному Архиерейскому Синоду? Ответ мы получаем из текста только что приведенного документа № 1, подписанного Митрополитом Евлогием: «В целях правопреемства Высшей Церковной Власти… образовать Временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви за границей… каковому Синоду передать все права и полномочия Русского Церковного Управления за границей». Как видим, этим учреждением было создано то временное Высшее Церковное Правительство, о котором указывалось в п. 2 Московского Постановления от 20 ноября 1920 г. Таким образом, Заграничный Архиерейский Синод явился преемником упраздненного Высшего Церковного Управления за границей и законным заместителем (для заграницы) Высшего Управления в Москве. Этим исчерпывающе разрешается вопрос об объеме власти сего учреждения.
Совершенно очевидно, что Архиерейский Собор за границей, учредивший заграничный Архиерейский Синод, имеет полное право назначать, сменять и увольнять заграничных епископов, запрещать их в служении, судить их (при наличии двенадцати епископов), образовывать и делить епархии, вообще производить действия, свойственные Высшей Церковной Власти.