Николай Марков – Думские речи. Войны темных сил (страница 21)
Евреи желают разгромить Россию; и вот только те, кто прислушивается к этой еврейской печати, они особенно желали войны в середине января 1913 г., и они теперь скрежещут зубами, что эта война ускользнула отчасти благодаря правильным дипломатическим ходам нашего министра иностранных дел. Министра хвалят европейцы, что с моей точки зрения очень дурно, но я отношусь с одобрением к его отдельным мероприятиям и считаю, что это не европейская политика, а хорошая русская политика.
Марков-2-й (Курская губ.). Господа члены Государственной Думы. Мы только что с упоением выслушали голоса, патриотические голоса народностей, населяющих Россию; мы не слышали только представителей одного народа, это именно русского народа, и в этом нет ничего удивительного, ибо когда война в России, то, конечно, объяснять свое поведение русскому народу не приходится, и не для этого вышел я, чтобы быть представителем русского народа, – все вы являетесь его представителями. (Голоса: «Браво!») Я вышел для того, чтобы рассказать вам, как в одном из городов России, в Курске, часть русского народа провожала свою армию, ту часть армии, которая находится в Курске. Было более 20 000 людей, среди которых, я думаю, не было ни одного, который не отправил бы в армию или брата, или сына, или мужа; было много женщин; они шли проводить полки, идущие на войну, они шли проводить тех своих родных по духу и по крови, которые, быть может, никогда не вернутся и сложат свои головы на защиту дорогого отечества. Я был среди них несколько часов: народ благословлял войска иконами, и я не слышал ни одного слова, ни одного упрека по поводу того, зачем война. Весь народ как один, и я оттеняю: среди них было много фабричных слесарей железной дороги, всех тех, кого именуют пролетариатом, и ни один голос не возвышался против войны, ни один голос не упрекал никого: зачем война; все говорили только об одном, все думали только об одном: Господи, пусть будет победа! Только о победе думает русский народ на всем пространстве великой матушки-России, это единственная мысль, которая занимает в это время, и никакие мысли, никакие торги, никакие условия не ставятся народом своей великой армии и своему могущественному флоту. Весь народ ждет и молится о победе. Молится о даровании победы православному русскому воинству – только.
Вот, господа, ввиду этого, если мы – представители русского народа в его полной совокупности, то мне кажется, что мы исполним крик нашей души, мы исполним свой святой долг, если обратимся к высшим представителям нашей доблестной русской армии, нашего доблестного русского флота – к военному и морскому министрам – и попросим их передать войскам и флоту те чувства, которые мы все здесь разделяем. Я, господа, здесь провозглашаю «Ура!» нашему великому войску и «Ура!» нашему флоту! (Справа, в центре и слева рукоплескания; члены Государственной Думы стоя приветствуют продолжительными и бурными рукоплесканиями военного министра Сухомлинова и морского министра Григоровича1; крики «Ура!»).
Марков 2-й (Курская губ.). Господа члены Государственной Думы. Высокое посещение Государем Императором этого зала побуждает нас, правых, относиться к нашим занятиям особенно серьезно, в особенности памятуя ту ответственность, которую, как Его императорское Величество напомнил нам, мы должны нести перед Царем и Родиной. Это чувство, которое мы, верноподданные, несомненно, испытываем, побуждает меня обратиться к вам с попыткой примирения. (Движение на отдельных местах.) К сожалению, бывший член правой фракции, бывший член национальной фракции, достопочтенный Василий Витальевич Шульгин1, двукратно выходивший из этих двух фракций, постепенно переходя все ближе и ближе к левым, не нашел лучшего времени для того, чтобы обвинить своих бывших товарищей в том, что они ремесленники распри, и распри для них – печальная необходимость. Не буду полемизировать с нашим бывшим товарищем.
Только напомню вам, что во времена II Думы с этой самой кафедры достоуважаемый Василий Витальевич Шульгин нежным тоном спрашивал нынешних своих единомышленников: «Господа, нет ли у вас в карманах бомбы?» (Смех; голос справа: «Правильно»; голос слева: «Он исправился, а вы неисправимы».) Наш бывший товарищ, очевидно, ближе ознакомился с вами, господа, и убедился, что ваши карманы если и набиты, то не бомбами. (Голоса справа: «А-а-а…»; слева смех.) Отныне этот былой ярый антисемит Василий Витальевич Шульгин возлежит на лоне г. Фридмана и г. Бомаша. (Смех.) Не для упреков я это говорю нашему бывшему товарищу. Нет, господа, я настроен высоко, я не желаю спускаться до мелких распрей. (Смех, шум.)
Председательствующий. Покорнейше прошу не шуметь.
Марков 2-й. Ежели Василий Витальевич Шульгин до того ошибался в своих нынешних единомышленниках, что думал, что их карманы набиты бомбами, то, быть может, он также ошибается и в своих бывших единомышленниках, думая, что распри составляют их ремесло. Быть может, однажды он откажется от этого своего заявления и как теперь возлегает в лоне Бомаша, так и впоследствии когда-нибудь возляжет снова в лоно наше. (Смех.) Член Государственной Думы, если не ошибаюсь, Чхеидзе Николай Степанович (голоса слева: «Семенович»), Николай Семенович призывал левую сторону не смеяться в столь серьезное время. Правда, «Новое Время» вместо слова «левая» напечатало «правая», но это уже легкий тур газетного искусства. Чхеидзе правду сказал, господа, смеяться т еперь не в р ем я, и не смеш и т ь вас вы шел я на э т у ка фед ру. С б о-лью в сердце отвечаю своему бывшему товарищу Шульгину, а не со смехом. Господа, та ответственность, к которой нас призывал Государь Император, ответственность Государственной Думы перед Царем требует, чтобы в это историческое время мы вели себя не так, как некоторые из вас собираются. Не время теперь затевать внутреннюю войну. (Голос слева: «Верно!») Эта историческая минута призывает повелительно и правых, и левых, кроме, конечно, товарищей немецких социалистов, к тому, чтобы мы не ослабляли внутренней мощи русского государства. (Голос слева: «Правильно»; Милюков: «Скажите это Правительству».)
Здесь раздавались упреки, много основательных упреков нашему Правительству: почему Россия не была готова в той степени, в которой это необходимо было для отпора Германии. Но если вы, господа, увлекаясь нерасположением к неприятному вам составу Правительства, будете вести эту борьбу дальше, то вы впадете в страшную историческую ошибку. Прошу вас эту ошибку не делать. Если вы думаете, что победить Германию можно тем, что будут каждую неделю менять русских министров, то, господа, вы ужасно ошибаетесь. Я должен напомнить то, что уже говорил в прошлом июле: как ни плохо была подготовлена Россия, несмотря на Мясоедова2, который, слава Богу, висит на веревке, несмотря на Сухомлинова, чьей головы требовал наш товарищ Половцев3, несмотря на все это, Россия оказалась к войне более готовой, нежели Англия и Франция, нежели те государства, в которых не было ни Мясоедова, не было ни Сухомлинова, где не было ни ненавистного господам левым реакционного Правительства, а были: во Франции – министры-социалисты, в Англии – парламентарные ответственные министры. (Голоса слева: «Это не соответствует действительности».) Это, господа, факт, которого не перейдешь. (Голоса слева: «А флот английский?»)
Именно русские войска спасли в начале войны Францию и Англию от полного уничтожения и разгрома, от взятия Парижа, от всего этого спасли союзников русские войска, вторгнувшиеся в Восточную Пруссию. Это факт, не подлежащий сомнению, и если вам это не нравится, то все же это факт. Ответственные министерства Франции, Англии и Бельгии не могли сделать даже того, что сделало русское Правительство. Все это лишний раз подтверждает, что дело не в ответственности или безответственности министров перед парламентом, дело не в том или в другом государственном строе, а в чем-то ином. Если вы хотите действительно добиться победы над Германией, то перестаньте говорить о посторонних вещах.
После войны мы с вами будем спорить, будем добиваться того или другого государственного устройства, но в настоящую минуту, очевидно, к делу это не относится, ибо различные государственные устройства Франции, Англии, Бельгии и Турции ничему не помогли. (Слева смех и голоса: «Турция?»)… О Турции я напомнил, взглянув на депутата Родичева. (Смех) Я вам должен сказать, что если перестанете смеяться и будете с надлежащим вниманием (голоса слева: «Бросьте шутовство!») выслушивать мои вовсе не смешные мысли, то вы придете к следующему заключению: вся беда в том, что Европа, кроме Германии, пошла по неверному пути уже давно, уже давно европейская интеллигенция начала воспитывать свое юношество, своих детей в идеях антимилитаризма, в идеях ненависти и презрения к войне, в идее неуважения к воинскому духу, к воинскому званию.
И вот результаты этого многолетнего масонского воспитания мы и пожинаем теперь. Германцы заметили свой народ в воинском духе, в идее поклонения и жертвоприношения государственности всего сущего: “Deutschland uber alles”4. Вот на чем воспитана возмутительная зверская Германия нашего времени. А мы собирали в Гааге лиги мира, мы даже в думском зале заседали в международных лигах мира. Обратите внимание на воспитание народа. Обратите внимание, что делается даже теперь у нас, обратите внимание на то, что до сих пор эта антимилитаристская система процветает в наших школах. Если вы это не измените, если будете продолжать развращать нашу молодежь идеями ненависти к войне, вы никогда не получите победы, победа может быть только тогда, когда народ воспитан в воинском духе, в преклонении перед воинами, а не в том пренебрежении, с которым вы в мирное время относились к военному человеку и к военным делам. (Рукоплескания справа; голос слева: «Лидер германцев».)