Николай Марчук – Курьер (страница 9)

Дубровский понял, что стоящие перед ним ворота принадлежат какому-то закрытому объекту, возможно, это воинская часть, секретный оборонный завод или вообще колония.

Но уходить было уже поздно, кто его знает, чем это все обернется. Лучше всего дождаться загадочного собеседника и объясниться с ним.

Ждать долго не пришлось, через несколько минут над головой несколько раз лязгнуло металлом, и в надворотной вышке открылась окно, прикрытое до этого стальной заслонкой.

– Ну, привет, чудик! – собеседник был немного старше Дубровского, он, широко улыбаясь, направил на Владимира камеру мобильного телефона. – Давай расскажи, кого надо вызвать сюда?

Говорившим оказался молодой мужчина лет тридцати пяти, на голове у него была черная шапочка, именуемая в девяностые пидоркой. Черты лица правильные, гладко выбрит, да и все зубы на месте. Значит, перед ним не уголовный элемент, да и настроен говоривший вроде не враждебно, скорее всего, его что-то очень развеселило. То, что его насмешили слова Дубровского, это понятно, но почему? Что такого смешного сказал Владимир? То, что он вызовет прокуратуру? И что? Что в этом такого?

– Дружище, я понимаю, что тебя что-то насмешило, вот только не могу вкурить, что именно. Объясни, пожалуйста, будь другом, – как можно вежливее попросил Дубровский.

В свое время Владимир прошел несколько тренингов и семинаров на тему конфликтов, и эти знания пригождались не раз и не два. Порой вовремя произнесенное вежливое слово или обращение меняло в корне ход деловых переговоров.

– Блин! Парняга, ты же сам про прокуратуру заикнулся, – ответил собеседник, чем на самом деле ничего не объяснил.

– И что?

– Как что? Нет же у нас прокуратуры!

– Ну, здесь нет, значит, там есть, – равнодушно пожал плечами Дубровский.

– Где там? – не унимался собеседник.

– В другом городе, – пояснил Дубровский, совершенно не понимая, почему говоривший с ним парень так довольно улыбается. – Я, конечно, не знаю, есть ли прокуратура в Новой Москве, но в Екатеринбурге точно есть, и в Реже есть, – вспомнил Владимир еще один город, который он проехал после столицы Урала.

– Где Ёбург с твоим Режем и где мы? – зычно заржал собеседник. – Вот умора!

– Слушай, мужик, в чем юмор-то, поясни? – совершенно растерялся Дубровский. – Что тебя так развеселило?

– Как что? Ты собрался ехать в Екатеринбург, чтобы подать заявление в тамошнюю прокуратуру! А то, что и Ёбург и Реж остались в старом мире, ты, наверное, забыл?

– В каком еще старом мире? – похолодел Владимир, отчетливо понимая, что перед ним сумасшедший.

Психов Дубровский боялся еще с детства. Был у них во дворе умалишенный дядька лет сорока, который вел себя как малолетний ребенок, так же игрался в песочнице и таскал за собой игрушечную машинку на веревочке, вот только силища в нем была настоящая мужицкая. Как-то при Владимире этот дворовой дурачок, смеясь и пуская слюни, наступил ногой на котенка и раздавил его в кровавую лепешку.

За сегодняшний день это уже второй псих, первым неадекватом был продавец оружейного магазина.

«Что-то многовато психов за один день», – подумал Владимир, оглядываясь по сторонам и прикидывая, как бы половчее сбежать от этих злополучных ворот.

– Эй, подожди, ты чего обиделся? – простодушно крикнул собеседник, видя, что Дубровский собирается уходить. – Ну согласись, что смешно слышать про Ёбург в этом мире.

– Да в каком в этом мире?! – не выдержал и вспылил Владимир. – В каком?! Заколебали! Весь день херня какая-то творится!

– Стой! Стой! – закричал собеседник. – Ты что, не в курсе, что находишься не на Земле?! Подожди, не уходи, я сейчас спущусь к тебе, и мы поговорим. Не уходи! Ща я тебе такое скажу, ты просто офигеешь!

Дубровский отошел на несколько метров от ворот и на всякий случай внимательно огляделся по сторонам, прикидывая, откуда может исходить опасность.

– Привет, как тебя зовут? – послышалось от ворот.

Владимир обернулся и встретился взглядом с вышедшим к нему парнем. Невысокого роста, крепкого телосложения, одежда вся какая-то расхристанная: вытертая куртка-брезентуха с оторванным нагрудным карманом, скатанная черная шапочка на макушке и веселые чертики иронии в глазах.

– Владимир, – представился Дубровский, протягивая руку для рукопожатия.

– Андрей, – отозвался собеседник. Рукопожатие было твердым и крепким.

– И что у нас не так с этим миром? – спросил Дубровский, выделяя голосом последнее слово.

– Все не так! – ответил Андрей, копаясь в памяти своего телефона. – Вот, погляди! – он протянул Дубровскому свой смартфон.

Владимир взял телефон в руки и недоуменно посмотрел на экран. Короткий ролик на несколько десятков секунд: Андрей кормит через прутья решетки большого вольера мохнатого слона… или мамонта? Хотя откуда здесь взяться мамонтам? Значит, слона! А может, вообще это все компьютерная графика и густая, темно-рыжая шерсть дорисована уже потом.

– И что? – не понял Дубровский.

– Как что? Ты что, не видишь? Это же мамонт. Мамонт! В этом мире они существуют, а в старом вымерли тысячи лет назад. Как тебе такое доказательство, что ты в новом мире?

– Дружище, послушай, ты о чем? Какой новый мир? Это прикол какой-то? Или что? А насчет видео, так оно ничего не доказывает, к примеру, месяц назад я ходил в кинотеатр на «Мир юрского периода – 6». И что? Там тоже динозавров показывали.

– А как ты сюда вообще попал? – хитро прищурившись, спросил Андрей.

– На машине, которую у меня потом угнали, а меня чуть было не пристрелили.

– Через усиленные блокпосты проезжал?

– Да.

– Такая круглая площадка, на которой собрали машины и людей, а потом электрический разряд и разрешили проезд дальше, была? И здоровенные горы на горизонте, которых до тех пор не было, видел? Сотовая связь пропала? А?! Было?

Дубровский открыл было рот, чтобы возразить, но на ум ничего не приходило, так и простоял с открытым ртом несколько мгновений.

– Во-о-от! – собеседник Владимира торжествующе поднял палец вверх. – А теперь добавь к этому остальные странности. Например, высокую стену у меня за спиной видишь? А теперь ответь, где ты еще в России видел, чтобы целый город обносили стеной? Или взять свободное ношение короткоствольного огнестрельного оружия. Заметил или нет, что здесь люди свободно носят пистолеты? – с этими словами он хлопнул себя по бедру, на котором только сейчас Дубровский заметил кобуру.

– Стоп! – Владимир, наконец, взял себя в руки и смог трезво и критично мыслить. – А при чем здесь иной мир? Просто есть некая закрытая или просто удаленная территория, на которой обычное законодательство работает несколько иначе. Возможно, здесь у вас нашествие диких медведей или волков, вот и приходится огораживать населенные пункты высокими заборами, и по той же, кстати, причине многие носят огнестрельное оружие.

– Дикие медведи?! Ёпта! Аха-ха! – Андрей громко засмеялся, потом не удержался и даже согнулся в поясе, продолжая ржать, как конь. – Володя, ну ты дал! Ржу не могу!!!

Владимир смотрел на смеющегося парня и дико сатанел. Он злился, очень злился! Дубровский не понимал, что происходит вокруг. Конечно, логически можно объяснить многое, очень многое. Черт, да если захотеть, с помощью длинной математической формулы можно доказать, что дважды два будет пять, а не четыре! Можно объяснить сбои в сотовой связи, можно объяснить высокие заборы, можно даже ношение пистолетов объяснить, к примеру, приняв их за элемент национального костюма, но как объяснить высоченные горы, которые возвышались непреодолимыми небоскребами на горизонте?

Как?

Как объяснить эти чертовы, мать их за ногу, проклятые горы, которых здесь не должно было быть?! Как?!

Видимо, в мимике Дубровского произошли некие изменения, которые заставили Андрея перестать смеяться и перейти на серьезный тон.

– У меня смена заканчивается, давай заскочим в одно место, поужинаем, и я тебе все расскажу. Деньги у тебя есть?

Дубровский залез в карман, вытащил оттуда пятитысячную банкноту и протянул её собеседнику.

– Хватит?

– Более чем. Бухнем заодно! Тебе сейчас выпить не помешает, да и мне не помешает, а то смена была тяжелая, да еще и моя благоверная весь мозг вынесла вчера вечером, все никак не может успокоиться, что мне в этом месяце премия не светит. Ладно, ты постой здесь, я сейчас быренько сдамся, и прокатимся в одно местечко, – Андрей кивнул и скрылся за воротами.

Другой мир!!!

Другой мир!!!

Дубровский подошел к стене, привалился к ней спиной и сел на корточки. Ноги стали как ватные и совершенно не слушались.

Какого фига?! Что за дела? Другой, мать его так, мир! Друго-о-о-ой!!!

Вопросы роились в голове как разъяренные пчелы, чей улей сбили в ветки и теперь он валялся на земле. Поверить в то, что сейчас Владимир находится в другом измерении, было очень сложно, да попросту невозможно. Как в такое можно поверить? Другой мир! Тут же должно быть все иначе. Как-то… как-то все по-другому, что ли. А здесь все обыденно и прозаично, как в забытом богом Мухосранске средней полосы России или на Южном Урале.

Ну вот есть этот самый другой мир, и что? Что нам это дает? Вернее, зачем сюда сбежали Скворцовы? Здесь у них надежное укрытие от оперативников ФСБ? Интересно, как это может быть, если сам Дубровский проник в этот мир и даже не заметил факта перехода. Тогда что?