Николай Марчук – Курьер (страница 8)
Скорее всего, вся эта требуха была дешевой китайской фигней, не выдержавшей бы первого дождя, но сейчас Дубровский был бы рад даже самому простенькому столовому ножу за пятьдесят рублей.
В общем, самый лучший нож для выживания – это тот, который оказался у вас при себе в тот момент, когда вы решили выживать!
Блин! Даже захудалого браслета из паракорда нет! Ну что за несчастье такое?! А больше всего обидно за то, что не купил пистолет, когда была такая возможность. Был бы при себе ствол, возможно, удалось бы отбиться от бандитов. Их ведь было всего двое. А так лишился денег, да еще и в лесу теперь блукать придется неизвестно сколько в надежде выйти к дороге и по ней вернуться в Сосновск.
Владимир пошел в том направление, откуда ему казалось, что он прибежал. Попробовал отыскать следы своего скорого бегства, но следопыт из него был, как из дерьма пуля, то есть никакой. Следов не было!
Ладно, делать нечего, придется идти, куда глаза глядят. Владимир так и сделал, пошел в ту сторону, где заросли кустарника были не такие густые.
Эх, вот был бы он героем какого-нибудь фантастического романа, то его автор обязательно бы озаботился сделать своего героя обладателем каких-нибудь полезных в лесу навыков. К примеру, ориентирование на местности. Типа по мху на пне или по длине веток на елке. Хотя что ему даст осознание того, что север – вон в той стороне, а юг, соответственно, в противоположной? Ну и что? А солнце всходит на востоке, а садится на западе. Толку-то! Сосновск в какой стороне? На юге? Севере? Или западе? Это же надо было, еще будучи в городе, по положению солнца на небосклоне засечь, в какой стороне находится Сосновск, а потом, когда ломился очертя голову через лес, успеть определить, в какой стороне дорога осталась.
«Ладно, повезет, выйду как-нибудь к дороге», – подумал Дубровский.
Ноги в ботинках неприятно чавкали сырыми носками, значит, во время бегства Владимир умудрился где-то еще и ноги замочить.
О! А это идея!
Надо искать ручей или большую лужу! Владимир сообразил, как ему лучше найти собственные следы, он заложил большой круг, потом еще один, и еще, уходя от того места, где находился, по большой спирали. Так он точно не пройдет мимо водной преграды, которую пересекал во время своего бегства.
Небольшой и тонкий, как лента гимнастки, ручей Владимир обнаружил минут через сорок активных поисков. Еще полчаса хождения вдоль русла ручья, и Дубровский нашел след от своего ботинка, впечатанный в мягкой земле близ ручья.
Ну, а дальше дело пошло быстрее и веселее. По своим следам Владимир довольно быстро вышел к дороге. Лес особой густотой похвастаться не мог, было много открытого пространства: поляны и просеки, которые чередовались с зарослями кустарника и одиноко стоящими исполинскими соснами. Под ногами сновала мелкая лесная живность: змеи, ежи и всякие неопределенного вида грызуны. Дубровский был коренным городским жителем, он родился и вырос в мегаполисе, даже срочную службу в вооруженных силах провел там же, воинская часть располагалась в центре одного из городов средней полосы России. В последнее время Владимир частенько выезжал на охоту, но там, честно говоря, общение с природой сводилось к минимуму. Еще бы, если охота в компании с «нужными людьми» чаще всего превращалась в состязание по понтам: егеря загодя подготавливали охотничьи угодья и все обустраивали таким образом, чтобы охотники возвращались домой с трофеями. Немаловажную роль играла амуниция и снаряжение, здесь не было места простеньким ИЖам, ТОЗам и прочим «Сайгам», нет, здесь приветствовали исключительно итальянцев, американцев и немцев: Beretta, Remington, Benelli, Bettinsoli и прочие Hämmerli. Свое ружье Дубровский купил исключительно из тех соображений, что хороший понт – дороже денег. Beretta UltraLight обошлась в двести пятьдесят тысяч рублей, помимо ружья, чтобы все смотрелось аутентично, пришлось купить еще и охотничий костюм, патронташ и множество «мелочей» той же торговой марки. Помимо всего этого, надо было оплатить годовой абонемент на посещение закрытых охотничьих угодий «для своих». В итоге покатушки на охоту обошлись в стоимость новенькой корейской машины среднего ценового сегмента.
«Эх, сюда бы сейчас все это богатство!» – в очередной раз укусил свой локоть Владимир, оглядывая разорванные о ветки рукава куртки.
Около часа он лежал в придорожных кустах, вслушиваясь в тишину. За все это время по дороге никто не проехал. С одной стороны, это было хорошо, значит, бандиты уже укатили, а с другой стороны, плохо, что данная транспортная магистраль не пользуется популярностью у местных. Было бы проще поймать попутку и доехать до Сосновска.
Но ничего, до Сосновска было не больше десятка километров, значит, за пару-тройку часов быстрым шагом можно дойти.
Пока лежал в кустах, несколько раз включал приемник, надеялся, что получится принять сигнал от передатчика, спрятанного среди пачек с деньгами.
Выходить на дорогу не хотелось, Дубровский очень сильно боялся, что его могут заметить те двое на «Патриоте».
«Может, дождаться ночи? – подумал Владимир. – Нет, нельзя. Хрен его знает, что за живность обитает в этих местах. Вдруг здесь есть волки или медведи?»
Собравшись с духом, Владимир выбрался на дорогу и побежал в сторону Сосновска. Пробежав метров пятьсот, ушел с дороги и побрел по лесу, переводя и восстанавливая дыхание. Отдышавшись, вновь выбрался на дорогу и опять побежал. Все-таки бегать по утрам по обустроенным дорожкам небольшого парка и ломиться через лес очертя голову в неудобной обуви и тесной одежде – это разные вещи.
Чередуя бег по дороге и ходьбу по лесу, Владимир через два часа добрался до окраины Сосновска. В голове надсадно звонил набат: надо вернуть деньги! Надо вернуть деньги!
Пока Дубровский бежал, он тщательно продумал план своих дальнейших действий. Первым делом надо найти отделение полиции и договориться с кем-то из местных правоохранителей, только сделать это надо как можно аккуратней, чтобы не привлекать излишнего внимания. Подыскать пару оперов или пэпээсников, отдать им всю наличность, чтобы помогли найти угнанный «Форд».
Город окружал высокий, трехметровый забор, поверх которого шла спираль «егозы». Через равные промежутки по ту сторону забора возвышались высокие мачты, увешанные прожекторами, камерами наблюдения, непонятными датчиками и сигнализаторами.
Последние километры Владимир двигался не по дороге, а через лесные заросли. К тем воротам, через которые он выезжал из городка, подходить не хотелось. Логично было предположить, что кто-то из охранников на КПП был в сговоре с угонщиками.
Двигаясь вдоль забора, Владимир осознал, что все происходящее вокруг более чем странно. К примеру, вот этот забор. Ну к чему он здесь? Это ведь обычный провинциальный городок. Или не обычный? Тогда что в нем такого экстраординарного? Закрытый военный городок? Секретная зона? Нет, система охраны вроде и есть, а вроде её и нет. Дубровского внутрь пропустили без особо досмотра, выпустили тоже без особых проблем. При этом город окружает забор, который больше характерен для учреждений ФСИН.
Метров через пятьсот от основного КПП было еще одно, к нему вела хорошо наезженная грунтовка. Собственно говоря, по ней Владимир все это время и шел, прекрасно понимая, что она должна куда-то вести.
Запасной КПП был намного меньше основного, всего лишь двухстворчатые серые ворота и отдельно стоящая калитка. Над воротами возвышалась массивная бетонная вышка, напоминающая своими очертаниями надворотный форт-бастион.
Подойдя к воротам, Дубровский замер в недоумении. Что делать дальше? Кричать и звать охрану? Кнопки вызова или звонка здесь не было. Странно! Владимир почему-то был уверен, что здесь окажутся люди и машины.
– Эй! Есть кто живой?! – громко закричал Владимир. – Люди!!!
В ответ гробовая тишина, лишь треск и шелест работающих по ту сторону механизмов.
– Эй! Откройте! – Дубровский несколько раз стукнул кулаком в металл ворот.
– Чё орешь? – раздался сверху недовольный мужской голос.
– Впустите внутрь, – запрокинув голову вверх и не увидев собеседника, попросил Владимир.
– Зачем? – искренне удивился собеседник. – Тут служебная проходная. Не положено впускать посторонних. Иди к основной проходной.
– Не могу. Меня обокрали. А можете вызвать наряд полиции, пусть они сюда приедут и меня заберут, – попросил Дубровский.
– Чего? – еще больше удивился невидимка. – Тебя же снаружи обокрали, правильно? Так с какого перепугу с этим будут разбираться местные полицаи?
– А кто? Территория за городом относится к зоне ответственности другого отделения? – догадался Владимир.
– Парень, ты чего, вмазанный? Накурился? – судя по интонациям, невидимка начал злиться. – Вали отсюда, а то сейчас пристрелю!
– Да вы что, с ума сошли, что ли?! – теперь уже разозлился Дубровский. – Вызовите полицейских, что это за разговоры такие. Если это служебная территория, то вызовите наряд, пусть они со мной и разбираются. Или мне написать заявление в прокуратуру? – пригрозил Владимир.
– Куда?! В прокуратуру?! Ха-ха-ха! – заржал во все глотку невидимый собеседник. – Бля, парень, в натуре, откуда ты такой взялся?! Ща, подожди, не уходи, я спущусь, побазарим за прокуратуру!