Николай Марчук – Курьер (страница 50)
– Эх, знатная все-таки ты птица, раз ради тебя Волков разрешил вскрыть нашу группу, – двигаясь сзади и прикрывая товарища, произнесло «чучело» пониже ростом. – Ну, оно и к лучшему, хоть домой вернемся, а то задолбало уже это московское гостеприимство.
Дубровский ничего не ответил, лишь в очередной раз вскрикнул от боли в переломанной ноге и уже дежурно, как по привычке, потерял сознание.
Эпилог
Говорят, нельзя войти дважды в одну и ту же воду. Говорят, но вы не верьте, вполне даже можно, почему бы и нет, тем более если вода, к примеру, налита в тазик. Хотя нет, там вроде говорили про реку. Точно, нельзя войти дважды в одну и ту же реку, ведь каждый раз это будет новая вода, которую принесет течение. Или опять что-то не так, река ведь осталась та же, это вода новая, а река та же.
Так все-таки можно войти дважды куда-то или нет?!
Владимир Дубровский, наверное, мог, по крайней мере в мир Закрытого сектора он возвращался не раз и не два. За тот год, что прошел с тех пор, когда он впервые попал в Закрытый сектор, Дубровский пересекал границу между мирами трижды. Вот и сейчас, стоя перед круглой, выплавленной в скальном массиве каменной площадкой, он совершенно спокойно ждал скачка в пространстве и времени, чтобы вернуться домой… в Закрытый сектор!
Перенос прошёл привычно и буднично: собаки выли, младенцы визжали, остальные кривились от резкого и быстро проходящего приступа головокружения и головной боли.
Владимир обладал способностью перемещаться между мирами самостоятельно, без всяких порталов, но прибегал к этому крайне редко, только в случае острой необходимости, как, к примеру, три месяца назад, когда пришлось срочно рвать когти из Женевы, тогда он прыгнул в Мертвый мир, а оттуда уже в окрестности Сиротинска. Но такие скачки Дубровский не любил, уж очень плохо они влияли на здоровье, он тогда две недели лежал пластом, вставая с постели только для того, что сходить по нужде и выпить отвар трав.
Нынешняя командировка выглядела легкой прогулкой и воспринималась как легкие каникулы. Подумаешь, надо сгонять в российскую глубинку, в некий городок N и привести в негодность содержимое двух товарных вагонов. Дел на трое суток и пару бутылок водки, которые он споил местному диспетчеру, нарочно перепутавшему очередность погрузки вагонов. Просто и незамысловато, как и любит непосредственный командир Дубровского – капитан первого ранга Евгений Павлович Волков.
– Как съездил? – спросил Роман Чернов, встречавший Дубровского на той стороне.
– Нормально, – пожал плечами Владимир. – Держи, подарок тебе! – Дубровский протянул другу большую красивую книгу с цветными иллюстрациями редких и экзотических животных.
Садясь в машину, Дубровский периферийным зрением отметил, что Равиль и Косой двигаются в толпе переселенцев в новый мир, делая вид, что они не знакомы друг другу и уж тем более не осуществляют его силовое прикрытие.
Жить в этом мире Дубровскому понравилось, здесь многое пришлось по вкусу. Простые правила, простая жизнь. Владимира периодически отправляли в командировки в старый мир, где он выполнял различные, специфические поручения. В свободное от командировок время Дубровский с товарищами гонял по местным лесам в поисках провалившейся в этот мир нечисти, которую тут же пускали в расход. Ну, а когда совсем нечего было делать, Дубровский писал книги. Ну, книги – это громко сказано, пока осилил написание только одного произведения, которое назвал – «Курьер». Где почти правдиво описал свои приключения, которые с ним произошли, когда он попал в мир Закрытого сектора. Кое-что, конечно, приукрасил, не без этого, но в целом получилась почти документальная повесть. В планах было следующее произведение – «Охотник за нечистью», но когда он его напишет, Дубровский еще не знал. А так в целом все было у него хорошо. Всё нормально, всё как надо! Владимир Дубровский вернулся домой, к друзьям. Здесь его всегда ждут, и здесь его дом!