Николай Малунов – Ошибка Улья (страница 39)

Словно специально, но вояка ни на секунду не отпускал от себя девчонку, то рассказывая ей что–то, то явно заигрывая, то, придумывая откровенно бесполезные задания. Курт понимал, что эти двое могут легко бежать от них ночью или во время боя, подставив институтских, потому старался держать девочку неявным заложником. Напарникам так и не удалось даже на минуту выдернуть ее, а она словно не понимала их намеков, целиком и полностью поддавшись чарам Курта.

Леший тяжело вздохнул. Надо же, ввязались в историю. Если бы не Анжелика, он бы лично свернул шеи обоим соглядатаям и продолжил выполнение своего плана без них. Очень уж он сомневался, что отыскав нужный артефакт, Институт сдержит слово. Скорее всего, военного приставили к снайперу и сержанту для того, чтобы по выполнению задания просто–напросто убрать их… Веры в то, что Институт сдержит слово — не было, а потому нужно избавиться от вояки как можно скорее, а уж с ученым они потом разберутся. Снайпер знает множество способов как заставить этого трусливого человечка рассказать все, что им будет нужно, включая информацию, касающуюся их отправки домой.

— Как там у тебя? — раздался в наушнике голос великана.

Леший моргнул, отлипнув от прицела винтовки.

— Хреново, — коротко ответил он и пояснил: — Весь север в огне, вижу несколько сбитых вертушек, элитников с десяток насчитал. Завтра нужно уходить правее, к окраинам города. Там вроде бы бои не такие, фронт прямо здесь проходит, авось прошмыгнем… Одна армия это не две, попроще будет, а то может и договоримся даже, объясним воякам местным о раскладах… Анжелка там как, все еще с этим?

— С этим, — досадливо проговорил сержант, прислушавшись к разговору в соседней комнате. — Сказками кормит…

— А ты как? Укол–то пора делать?

— Да мне уже умник сделал… Еще сутки протяну, пока не выйдем из города. Перезагрузка бы не бахнула, вот чего боюсь…

— Да, с нашим–то везением… — отозвался Леший, покусывая губу, — я тоже… Если начнется, мы же даже выбраться не успеем отсюда. Придется прорываться с боем…

— Тьфу, тьфу, тьфу, — поплевал великан в микрофон, медленно осматривая окрестности в сгустившихся сумерках.

Встроенный в шлем тепловизор и прибор ночного видения справлялся на отлично, и широкое панорамное стекло–забрало исправно подкрашивало нужные участки города в более светлые тона. После того, как Ландскнехт выторговал свой шлем и броню с тел своих предыдущих копий, он стал чувствовать себя намного увереннее. Все же бегать в наполовину разорванных лохмотьях после боя с крабом–переростком совсем не то же самое, что иметь полный комплект защиты. И вот сейчас, рассматривая практически полный мрак под окнами через приборы дополненной реальности, великан чувствовал себя намного комфортнее и уютнее.

— Привет, — раздался девичий голос почти над самым ухом сержанта.

Активные наушники и камера заднего вида, встроенные в шлем, уже давно показали владелицу голоса. Она кралась на цыпочках, думая, что великан ее не видит, вероятно, хотела напугать, подшутив, но гигант даже не вздрогнул.

— Эй, — притворно насупилась девушка, опускаясь рядом. — Не испугался что ли?

Она поерзала, пристраиваясь рядом на расстеленном одеяле. Кнехт обернулся, кинул взгляд в коридор. Пусто. Отличный шанс.

— Слушай, — быстро начал он, — нам нужно скинуть с хвоста этих двоих, но мы не можем тебя бросить, а этот хрен вечно вьется возле тебя. Ты заметила? — девушка печально кивнула и пожала плечиками. — Держись завтра рядом с нами, на всякий случай…

В коридоре появился Курт, сделав вид, что пришел поинтересоваться дежурством. Он попросил девушку вернуться к профессору, якобы тому стало плохо и нужно присмотреть за ним, пока «большие дяди» разговаривают.

— Как там? — начал Курт, аккуратно выглядывая в разбитое окно.

— Тихо, — отозвалась огромная тень с пола.

— Вы это, — начал военный, отстранившись в глубь комнаты. — Давайте–ка без фокусов…

— Слышь, — зарычал великан, приподнимаясь, — это ты девчонкой не закрывайся, слабую точку нашел, думаешь? Заложника взял…

Бывший начальник охраны поморщился.

— Какой заложник? — развел он руками, — просто ей со мной интересно, вот и все…

— Ну–ну, интересно… — буркнул великан, усаживаясь по–турецки, перегородив своей могучей спиной коридор. — Ее–то не впутывай в это дело! Она ж сопливая еще, а ты ей нас шантажируешь, не делай дураков–то, мы ж видим, как ты вокруг нее вьешься, не дай бог на шаг отлучится…

— Ну, тогда и вы из нас не делайте, — парировал Курт, зло оскалившись. — Скинуть нас надумали, поди, или завалить по тихой?.. Вы нам не доверяете, мы вам…

— Ну, уж извиняйте, — ткнул пальцем великан в бывшего начальника охраны, — это вы по нам стрелять начали вместо того, чтобы просто поговорить, так что это ваш косяк, понимаешь? — Курт зло скрежетнул зубами. — Куда теперь этот артефакт–то вообще нести, если найдем? Тю–тю вашего филиала…

— Филиал потому и называется филиалом, что это не сам Институт. Да, мы потеряли здешнюю базу, но вокруг еще много подобных. Добудем информацию, доберемся до ближайшей, передадим туда данные и получишь свою вакцину, — немного подумав, проговорил вояка, сложив руки на груди. — У нас есть прокачанные ксеры, сделают…

Великан хищно улыбнулся, когда вояка резко замолчал, явно сболтнув лишнего. Отлично, ксер! Великан ликовал. Он совсем забыл об этих уникальных людях, имеющих дар Улья клонировать вещи. Принцип работы ему рассказывал Кабан: берем пулю в одну руку и получаем из второй копию, если вкратце… Большинство ксеров способны воссоздавать лишь неорганические, неживые объекты, но прокачанные, по его словам, умели создавать копии сложных вещей, например, редкие и дорогие лекарства… Сил на подобное уходит конечно больше, да и настолько прокачанный дар имел маленький процент ксеров, но отыскать такого иммунного, при большом желании и имея достаточно споранов, гороха или жемчуга за плечами, было возможно.

Курт резко отлип от стены и, зло толкнув плечом великана, который при этом ощутил чувствительный удар, словно его грузовиком подвинули, вышел из комнаты.

— Слышал, — улыбаясь, спросил великан пустоту.

— Слышал, — отозвалась тишина в наушнике голосом Лешего. — Не все так плохо, оказывается, дружище!

Он вернулся с крыши через час. Группа наспех перекусила разогретыми консервами.

— Как дежурить будем? — спросил Курт, вымазывая свою банку сухой галетой.

— По одному, — предложил Леший. — Я первый, Кнехт вторым, потом ты?

— На собачью вахту меня ставишь? — оскалившись, улыбнулся военный.

Леший пожал плечами.

— Ты первый, потом я, потом сержант, — прикинув в голове расклад, предложил Курт, рассудив, что в таком порядке ему будет проще следить за напарниками и заметить их уход, если все же они решат сбежать. И, заодно, не давая им времени пообщаться наедине, разбив смены.

— Как хочешь, — пробасил великан, медленно скребущий лезвием огромного тесака по точильному камню.

Анжелика, поминутно протирая глаза и неистово зевая, уселась рядом с великаном, ежась от холода. Он приобнял ее за плечи, пытаясь согреть. Леший вынул из своего рюкзака флисовое одеяло, протянул девушке. Та с благодарностью кивнула и набросила его на плечи, уткнулась в плечо гиганту, усевшись ему на ногу.

Кнехт поерзал, усаживаясь поудобнее, вытянуться в полный рост в комнате он не мог. Анжелика перетекла к нему на грудь и засопела, обняв огромное тело, окутанная жаром, исходящим от него.

Леший проверил оружие и ушел на кухню занимать позицию. Разложившись на стареньком матрасе, он принялся осматривать окрестности в прицел, включив на нем режим тепловизора. Город засыпал, убаюканный свистящим в выбитых окнах и разорванных стенах домов ветром. Он стонал, разрушаясь, постепенно умирая. Взрывы и стрельба становились все реже, но не затихли окончательно. Солнце скрылось за горизонтом и на небе появились огромные звезды и плывущие среди них галактики и планеты. Таких огромных Леший не видел никогда, даже в фантастических фильмах. Он наблюдал за медленно двигавшимися по небосклону тремя крупными планетам, одна из которых была очень похожа на Сатурн, имея огромный пояс. Снайпер смотрел на звезды и вспоминал свой дом. Сейчас, получив наконец–то небольшой передых, оставшись наедине со своими мыслями, он вспоминал родных и близких. Вспомнил о детях, оставленных на острове в анклаве, которых он, как единственный более–менее близкий человек, должен был защищать и охранять, и в груди его защемило. Он попытался вспомнить лицо дочки, которую обрел перед тем, как попал сюда, но память, противная, мерзкая девка, не хотела рисовать его. Он помнил жесты, какие–то картинки из прошлого, но самого лица вспомнить не мог. Как не пытался, но он не мог нарисовать образ дочери, вместо него он видел лицо вредной и настойчивой Анжелики, за что Леший только больше начинал ненавидеть себя… Он тихо выругался, прогоняя мысли и поплотнее прижав приклад к плечу, прилип глазом к наглазнику оптического прицела.

Дежурство прошло штатно. Несколько раз под окнами пробегали какие–то огромные твари, но каждый раз, не задерживаясь, ни на секунду, они уходили куда–то по своим делам. Леший растолкал Курта и, завернувшись в спальник, улегся спать. Кнехт не спал, аккуратно ворочаясь в неудобной позе, стараясь не разбудить девушку, которая забавно распласталась на его груди, свесив руки и ноги. Леший улыбнулся напарнику, сделав жест, протянув руки, махнув пальцами, беззвучно шевеля губами «Давай ее мне?». Кнехт вымученно скривился. Вместе они аккуратно уложили Анжелику на пол, подстелив под нее спальник великана, и тот наконец–то, смачно потянувшись, хрустнув всем телом, скрутился на полу калачиком, подложив руку под голову, и заснул.