Николай Макаров – Скелет собаки в человеческом гробу (страница 2)

Жалкое зрелище. Успокаивает одно, обычно люди, вроде нашего Вадика достаточно безобидны, в силу своего алкоголизма. Его организм рушится, тело ослабевает, ничего серьезного он не способен сделать, разве что он развалится посреди дороги, тем самым, мешая проезжающим автомобилям. Единственное, что тебя тревожит, смотря на таких «сломанных» людей, это страх того, что однажды ты посмотришь на себя в зеркало и обнаружишь, что ты стал таким же, как и они. Я достал пачку Marlboro, что хранилась в моем кармане уже третий день, и которую я пообещал себе достать лишь в том случае, когда станет совсем хреново. Ровно три дня назад, мне пришла в голову идея бросить курить, помимо зависимости от таблеток, наличие еще одной, меня начало смущать. Вообще, передо мной стоял выбор, бросить таблетки или курить, и мне понадобилось несколько минут, чтобы решить этот вопрос. Без таблеток я не смогу спать, а без сна я не смогу жить, все было на поверхности. Как вы поняли, я продержался три дня, не сказать, что это было легко, но и весьма не трудно. Сигареты служили для меня неким перерывом, в основном для снятия стресса или чтобы перезагрузить мозги. Зачем я достал сигарету и закурил ее? У меня был стресс. Я медленно выдыхал дымообразный яд из своих легких, и наслаждался каждой затяжкой, каждая из которых сокращала мое существование в этом прекрасном мире. По сути, сейчас я выкурил 5 минут своей жизни, 5 бессмысленных, пустых, бесполезных минут своей жизни. Если посчитать, в день я выкуриваю по полпачки, а значит, каждый день я сокращаю свою жизнь на 50 минут. Странно об этом думать, особенно в процессе курения сигареты, но забавно то, что я все равно продолжаю курить. Я сделал этот выбор осознанно, осознанно убиваю себя, медленно, но верно. Чувствую себя нерешительным самоубийцей, который вместо того, чтобы сигануть с крыши, выбрал одновременно самый верный и самый медленный способ убить себя. Мол, пока не точно уверен в своих желаниях, не определился подыхать мне или посмотреть, что будет дальше в моей жизни, поэтому выбрал вариант, при котором и то, и то осуществится.

Докурив, я кинул бычок в пепельницу полной воды и как можно быстрее добежал до своей машины, дабы сильно не промокнуть. Усевшись в свою металлическую крепость от проливного дождя, я еще пару минут молча сидел и всматривался в лобовое стекло, и на то как обрушиваются на капот гипнотизирующие капли непрекращающегося ни на минуту ливня. В один момент я закрыл глаза, и устало выдохнув, облокотил голову на подголовник, мои веки стали тяжелеть, да так, будто каждое из них начало весить по килограмму. Я зажмурился, побил себя по щекам и попытался расслабиться, не помогло. Меня клонило в сон, жесткое старое сиденье моей клячи, стало казаться самым мягким и удобным местом во всей гребаной вселенной. Я и не заметил, как мой разум и мое тело стало погружаться в успокаивающий и беспечный мир красочных сновидений. В мою голову уже закрадывалась мысль о том, чтобы позвонить начальнику и сказать, что мне нездоровится, дабы отправится домой и плюхнуться в кровать, проспав целый день. Как вдруг, всю идиллию нарушил резкий и громкий стук по стеклу. Мои глаза с трудом разлепились и от неожиданности стали осматривать приборную панель, не знаю зачем. Наверное, так организм приходил в себя. Стук продолжался. Наконец, поняв, что происходит, я открыл окно. Господи, снаружи, промокший до нитки, явно с дикого похмелья, стоял Вадик.

– Здарова, сосед.

– Ага, привет, – лениво и невнятно пробормотал я.

– Слушай, выручай, я тут, к себе одну дамочку пригласил на ночь, потратив все свои сбережения на романтический ужин, там вино, все дела, ну ты понимаешь, утром проснулись с ней, а денег нет, представляешь, я пытался свои заначки пошарить, вообще ниче не нашел, а ей на работу нужно…

– Знаешь, мне тоже нужно на работу, так что, давай ближе к сути, – перебил его я, не желая слушать эту увлекательную предысторию.

– Ладно, понял, в общем, мог бы ты мне одолжить денег на такси, чтобы я ее отправил на работу?

– На такси? Сколько?

– Ну, не знаю, рублей двести, должно хватить.

– А когда вернешь?

– Верну на днях, ты же меня знаешь, – звучало крайне неубедительно.

– Да, знаю, поэтому и спрашиваю.

– Да ладно тебе, так, одолжишь или нет? – Ему на ногах то было трудно стоять, а его прокуренный хриплый голос дрожал, так же, как и его челюсти, то ли от холода, то ли из-за того, что он весь промок, то ли из-за жуткого похмелья, а скорее из-за всего сразу.

– Так и быть, держи.

– Спасибо, выручил, сосед, я все отдам, клянусь!

– Иди уже, с богом.

– Еще раз спасибо! – С этими словами, он побежал к своей очередной «возлюбленной», я, молча, кивнул ему в след и закрыл окно.

Я снова устало выдохнул и случайно мой взгляд попал на зеркало заднего вида. Мне стало интересно, что там за дамочка такая, как выразился Вадик. Обернувшись к заднему лобовому стеклу, дабы получше разглядеть эту даму, я увидел растрепанную, неряшливо одетую, в старом рваном пальто, на десять раз переклеенных ботинках, судя по толстому свисающему слою клея на подошве, размазанной помаде, и такими мешками под глазами, что в них можно было уместить все ее женское барахло, которое являлось содержимым ее бледно-розовой промокшей сумки. Выражение ее лица, не выглядело счастливым, скорее зажатым, будто сзади нее кто-то стоял, и прижимал дуло пистолета к ее спине, а ее взгляд был таким, беспомощным, кричащим, словно она хотела побыстрее сбежать отсюда и забыть эту ночь навсегда. Хотя, может, ночка у них и в правду не задалась. Успокаивает одно, синяков на ее лице не было, значит Вадик не дебоширил, или он бил ее в живот, по ляжкам, спине, и под старым пальто, скрывается полное гематомами тело. Не знаю, разбираться мне не хотелось, тем более никаких особых фактов указывающих на избиение не было, да и лишний раз наводить шуму тоже не стоило.

Я протер глаза, собрался с мыслями, и запустив двигатель поехал на работу. Денек будет тот еще, моя интуиция подсказывала, что рабочее время будет растекаться по часам, словно плавленое желе на тарелке, стоящей в жаркий день под палящим солнцем. Каждые 5 минут, я буду глядеть на стрелки часов, в надежде, что прошло около получаса, и расстраиваться, увидев, что это не так. Каждые 20 минут я буду подходить к куллеру, наливать себе бесплатной воды в эти маленькие пластиковые стаканчики и пить из них, как можно дольше, чтобы меньше работать, при этом оглядывая все рабочее пространство таким взглядом, будто сейчас меня вырвет потоком ненависти к этому месту и всем, кто там находится, и я заблюю там всех и вся, от пола до потолка и мы все вместе захлебнемся в этой жиже злости и ненависти. А по возвращению домой, я приму свои таблетки и отправлюсь покорять мир сновидений, как это обычно и бывает.

По дороге на работу, я пытался выжать максимум из этой поездки, слушая утренние эфиры по радио и наслаждаясь отсутствием большого количества людей на улицах, и возможностью покопаться в своей голове, в поисках оправданий тому, почему я до сих пор не уволился к чертовой матери. К какому выводу я пришел, за все это время? Ну, людям тяжело выходить из зоны комфорта, это, прежде всего стресс, это как начинать все с чистого листа, не каждый на такое решится. Нас привлекает стабильность, спокойствие, мысль о том, что мы знаем о завтрашнем дне, какой он будет, что нам придется делать, и даже ничего не нужно планировать, это уже сделали за нас, жизнь по расписанию, вот, что нам нужно. Или мы так внушили себе, из-за страха того, что нам придется засыпать с мыслью о неизвестности завтрашнего дня, из-за того, что тебе не нужно никого слушать, ты будешь сам по себе, и от этого нам страшно. Мы не боимся потерять свободу, мы боимся ее обрести.

Вот, здравствуй, то место, куда я прихожу 5 дней в неделю, для того, чтобы увидеть тех, кого я так люблю и считаю своими друзьями, наконец, получить похвалу от своего многоуважаемого мною начальника, и провести этот замечательный день, общаясь с теми, кого я не знаю, но все равно улыбаясь во все свои 27 зубов, буду рад с ними поговорить и помочь сделать правильный выбор.

– Привет, Эд, – это наш администратор Ольга, всегда улыбчивая, делающая вид, что ей все равно на ее лишний вес, ровно три года назад развелась с мужем, после чего начавшая злоупотреблять алкоголем, из-за чего не раз получала выговор от нашего начальника, потерявшая надежду найти нового мужика, женщина в возрасте.

Она всегда меня приветствует одной и той же фразой, вот уже на протяжении пяти лет, и смотрит так, словно я Иисус, спустившийся с небес, способный по щелчку пальцев, скинуть с нее пару десятков лишних килограмм. И, если честно, к ней у меня особо нет никаких чувств, не положительных, не отрицательных, мне даже ее немного жаль, она бедная женщина, попавшая под грубый и неожиданный удар судьбы, который расколол ее как фисташку, превратив все ее страхи в реальность, что ж, от такого, и я сошел бы с ума.

Я неспешно проходил сквозь забитые, разным канцелярским хламом, столы моих коллег, в надежде, что никто из них не обратит на меня внимания, и не станем допытывать своим пустым и никому не нужным бредом. Как оказалось, мне почти удалось обойти всех, с кем я работал, и, подумав уже с облегчением выдохнуть, я услышал мерзкий, слегка надменный, и вальяжный голос Эдика. Твою мать, какого хрена ему нужно?