Николай Курдюмов – Умный сад на новый лад. 15 лет успешной практики (страница 11)
Сохранить сортовое садоводство можно, только выполняя роль среды — постоянно возрождая, точнее — создавая сорта в изменившихся условиях. Это и предложил Мичурин: регулярно скрещивать сорта с местными формами, сеять семена и отбирать гибриды, лучшие по качествам. И разводить их строго на определённых подвоях. Этим и занимается население сотни лет. Этим могли бы, по замыслу Мичурина, заниматься сортоотборочные станции в каждом почвенно–климатическом районе. Сотни станций. Страна–сад! Наверное, утопия. Но как жаль, что она не осуществилась!
Сейчас маточные[28] деревья выведенных сортов растут только в научных учреждениях — в НИИ плодоводства и на опытных станциях. Сорт вышел «в люди», прославился — теперь он размножается десятками питомников, в основном частных. И у каждого — свои почвы, подвои, свои порядки и трудности…
… Ага, мы с вами дошли до добросовестного питомника. Тут окулируют десятки сортов. И вносят свою долю беспорядка! Не потому, что кто–то ленив или нечист на руку. Тут пытаются справиться с тем, что уже дала селекция. А справиться непросто.
Ещё в конце XIX века Гоше был весьма озабочен увеличением количества сортов и модой возводить помологию в ранг основы плодоводства. Он видел: число сортов растет до бесконечности, они изменчивы в зависимости от местности и агротехники. Составлять классификации всего этого — дело, в общем, бесполезное для конечного результата: изобилия фруктов в садах. Достаточно указать качество сорта (десертный, столовый, на переработку) и сроки созревания — писал Гоше, разумея под этим, что внимания заслуживает буквально пара десятков сортов каждой культуры. Он сам держал питомники и предупреждал: видите каталог с десятками и сотнями сортов — смело отказывайтесь, каким бы он красивым ни был. Почему?..
За два–три года в питомнике делаются десятки операций для получения товарного саженца. Если в работе два десятка сортов, они запоминаются, и путаницы не бывает. Если же их под сотню, да ещё появляются новые, рабочие не в состоянии запомнить их все, и ошибки неизбежны — достаточно перепутать местами пачки с этикетками, утерять какие–то бирки и т. д. И вот через год–два выясняется: кто–то привил сюда непонятные черенки. Но привил мастерски — плохих работников не держим! Что же, впадать в убыток? Не позволительно. Остаётся вывезти на ярмарку и продать в розницу. Плоды будут только через пять лет, все деревья в разных садах, и всегда можно сослаться на «нетипичную реакцию сорта на условия». И это — педантичная Германия позапрошлого века! О теперешней России говорить будем?..
Поэтому серьезные хозяева, желая заложить сад, покупали (и покупают!) саженцы примерно так.
Наведя все мыслимые справки, опросив садоводов и выбрав, наконец, сорта, хозяин сам приезжает в питомник в конце лета и выбирает маточные деревья, с которых будут взяты глазки для окулировки[29]. Затем приезжает и контролирует прививку: с хороших ли веток срезаны черенки, да хороши ли подвои, да хорош ли прививщик. Отмечает свои ряды личными метками. Потом интересуется агротехникой и состоянием саженцев. Через год делает выбраковку, убеждается, что сформирована хорошая корневая система, и только после этого платит деньги и выкапывает. Опять же, руководя лично.
Учтём вышесказанное и вернёмся к нашим «сортовым деревьям» наших дач. Наблюдал чуть не каждый день: больше половины — вообще не то, что покупал, ещё четверть — вроде и то, но что–то плоды какие–то не такие, вот у деда сад был — другое дело… Что тут сказать? Сами виноваты. Не имеем своих верных каналов посадочного материала — чего же хотим?! Впереди — глава о том, как нельзя ходить за саженцами на рынок.
А пока предлагаю более умный и храбрый путь обзаводиться надёжными саженцами. Свидетельствую: разбросаны по дачам интересные деревья и кустарники. Как драгоценные камни, редко, но встречаются удивительно обильные или необычно вкусные разновидности, которых на рынке не купишь. Нам, дачникам, совершенно не важно, как называется сорт, и сорт ли это вообще. Для нас есть два значимых названия: «нравится» и «не нравится». Важно, чтобы оно у нас было! И это — решаемая проблема. Практически всю весну и лето большинство культур можно прививать, укоренять черенками[30] и отводками[31], пересаживать отпрыски[32]. У некоторых культур можно создать корни прямо на ветке. Кстати, корнесобствен- ность[33] — главная гарантия сохранения признаков сорта.
Черенки всё же укореняются
Зри в корень!
Может быть, для многих это окажется новостью: очень у многих культур с марта по сентябрь без особых проблем укореняются и одревесневшие, а в мае–июле и зеленые, растущие черенки. Черенкуются даже хвойные. Теоретически, укоренить можно любое растение, имеющее камбий — слой «скользких» клеток между корой и древесиной, который и делится, создавая и то и другое. Такая укореняемость естественна: растения приспособлены к разным катаклизмам. Это очень хорошо чувствовали старые мастера — они умели укоренять и оживлять буквально всё.
А мы, в сотый раз читая про черенкование, по весне опять бежим на рынок! Две трети дачников уверены: укоренять почти невозможно и слишком хлопотно; ещё треть согласна с ними, потому что пробовали — не вышло. Остаются немногие, умеющие укоренить смородину или виноград, но и они, как правило, не пытаются укоренять деревья. Почему? Потому что описываемые способы часто или невыполнимы (тепличка с туманообразующей установкой!), или ненадежны и хлопотны («опрыскивать 4-5 раз в день, а через две недели — два раза в день»…). Сколько черенков сгубил и я, пытаясь укоренять их, как попало! И всякий раз они гибли из–за недосмотра: загнили, засохли, от перегрева сгорели. Стоп. Значит, нужна технология, исключающая риск, требующая минимума вмешательства. Конечно, она нашлась. Мой вариант, скорее всего, и не самый лучший.
Наш милый камбий
Камбий — строительный слой — охватывает чулком всё растение, от ствола до кончиков веток. Это то скользкое и прозрачное, что обнажается, если снять кору. Из совершенно одинаковых вначале клеток возникает внутрь — древесина, наружу — кора, и потом всё разнообразие органов. Это он создаёт наплывы коры и затягивает раны. Мазок клеток камбия помещали под кору другого дерева, и вырастал побег — получалась прививка. В зависимости от внешних условий камбий может вылепить из себя и ростовую почку, и корешки. Так же универсален камбий на корнях многих растений: легко может сотворить почечку. Многие культуры «прорастают» корневыми черенками.
Что заставляет камбий давать корешки? Влажное тепло в темноте. На батарее отопления черенок просто высохнет. В воде или очень мокрой почве — сгниёт, задохнувшись. Но на шкафу, в пакете, в сыроватых опилках или тряпочке, камбий начинает трудиться с таким энтузиазмом, что уже через неделю из срезов видны белые бугорки каллуса — рыхлой первичной ткани, заполняющей ранки. Тут и образуются корешки. Работу камбия можно усилить стимуляторами. Их сейчас много: корневин, радифарм, ауксины, гиббереллин и их препараты. А в Мичуринском агроуниверситете укореняют самые неукореняемые хвойники с помощью гидроксикоричной кислоты. Возможно, и она скоро появится в продаже.
Наша задача — заставить камбий создать корешки. Известны три условия их появления. 1.
Теперь каждый из вас, слегка сосредоточившись, сможет придумать укоренитель, где всё это учтено. Однако есть разница, одревесневший черенок или зелёный, растущий.
Пробуем укоренить одревесневшие черенки
Отрезанный стебель бамбука
Не пустит корней…
Воткну удилище в берег!
Одревесневшие черенки — это концы прироста[34], который уже вызрел осенью или ещё не тронулся в рост весной. Их и режут с ноября до марта. Лучшее время — поздняя осень: запас питания в тканях максимальный. Более мощные черенки — на южной стороне крон, где больше света. Самые укореняемые — на ветках средней силы (обычно — среднего яруса).
Хранятся они, как и овощи, в земле, в погребе или в холодильнике, в пакетах с опилками, и даже в пакетах без опилок. Лучшая температура сна -0… -49°C. Следите, чтобы не срезать больной или вымерзший черенок: у первого древесина желтоватая или коричневатая, у второго — стеклянистая, быстро темнеет. Здоровая древесина беловато–зеленоватая, упругая.
Черенки могут быть разной длины: от одной почки до десятка. Удобнее работать с черенками в 3-5 почек. Верхние две, в крайнем случае — одна, должны быть целыми. Поэтому над верхней почкой оставляют 1-3 см и делают прямой срез. Его подправляют, когда черенок уже растёт. А снизу режут косо под почкой: с косого среза выйдет больше корешков, а возле почки есть утолщение — запас питания.
Можно увеличить массу корешков, процарапав основание черенка острой вилкой или сделав пару прорезов ножом. Ранки начнут быстро зарастать каллусом, и из них по всей длине полезут корни (рис. 3). На нижней половине черенка почки можно выщипнуть: появившийся «побежек» в почве все равно не жилец, а силы на него будут потрачены.