Николай Красильников – Месть Дианы де Монсоро (страница 6)

«Вернуться – значит снова окунуться в пучину дворцовых интриг, – думала она. – Но остаться здесь – похоронить все мечты, превратиться в тень самой себя».

Реми вошёл в комнату неслышно, как всегда. Он подошёл к Диане и мягко положил руку ей на плечо:

– Диана, – его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась тревога, – Мы не можем вечно прятаться. Предложение короля – наш шанс на искупление. Мы сможем не только помочь людям, но и защитить тебя от преследования.

Диана повернулась к нему, и в её взгляде смешались отчаяние и надежда:

– А если это ловушка, Реми? Если король просто хочет заманить нас в свои сети?

– Возможно, – кивнул Реми. – Но иногда нужно рискнуть, чтобы обрести свободу. Мы не можем позволить страху диктовать нам условия.

Граф дю Бушаж, молча наблюдавший за разговором у камина, резко встал:

– Вы оба ослеплены надеждой! – его голос прозвучал жёстко. – Король не прощает предателей. Это ловушка, я чувствую это каждой клеточкой души. Но… – он запнулся, и его голос смягчился, – возможно, это единственный способ обеспечить безопасность Диане.

В комнате повисло тяжёлое молчание. Каждый из них понимал: от принятого решения зависит не только их судьба, но и судьбы многих невинных людей.

После долгих часов споров и размышлений было принято решение согласиться на предложение короля. Реми должен был вернуться первым, чтобы подготовить почву для остальных. Диана и дю Бушаж должны были следовать за ним через месяц.

– Я буду ждать вас, – сказал Реми, обнимая Диану на прощание. – И сделаю всё, чтобы дорога была безопаснее.

– Будь осторожен, – прошептала Диана, сжимая его руку. – Я не переживу, если с тобой что‑то случится.

Реми улыбнулся:

– Со мной всё будет хорошо. Я вернусь за вами. Обещаю.

Но судьба внесла свои коррективы. Герцог Анжуйский, узнав о возвращении лекаря, потребовал его немедленного прибытия во дворец. Он подозревал, что Реми причастен к его загадочной болезни, которая уже несколько месяцев подтачивала силы аристократа, и хотел использовать его знания в своих целях – возможно, чтобы выведать секреты целебных снадобий или даже заставить работать на себя, создавая яды против политических врагов.

– Этот лекарь слишком много знает, – процедил герцог, сжимая подлокотники кресла. Его бледное лицо исказила гримаса раздражения. – Если он действительно обладает теми знаниями, о которых ходят слухи, он станет либо моим верным слугой, либо… – герцог сделал многозначительную паузу, – исчезнет навсегда.

В Париже Реми столкнулся с новыми опасностями. Следователь, приставленный герцогом, не доверял ему и установил слежку. Каждый шаг лекаря был под контролем, каждая встреча записывалась. Реми чувствовал себя загнанным зверем: тени в переулках казались стражниками, а случайные взгляды прохожих – доносчиками.

Однажды вечером, сидя в своей скромной комнате, Реми записал в дневнике:

«Я словно мышь в лабиринте, где каждый поворот ведёт в тупик. Герцог Анжуйский – хищник, который наслаждается игрой с жертвой. Но я не сдамся. Ради Дианы, ради всех, кто верит в нас, я найду выход. Даже если придётся идти по краю пропасти».

Тем временем Диана и граф готовились к отъезду. Они знали: дорога будет опасной, но другого выхода не было.

– Вы уверены, что готовы к этому? – спросил дю Бушаж, проверяя снаряжение. – Путь будет тяжёлым, а герцог не остановится ни перед чем, чтобы нас остановить.

– У нас нет выбора, – ответила Диана, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Мы не можем бросить Реми одного в этом змеином гнезде. Он рискует жизнью ради нас.

Перед отъездом дю Бушаж признался Диане в своих чувствах. Они сидели у костра в последний вечер перед путешествием. Ветер шелестел листьями, а огонь отбрасывал причудливые тени на их лица.

– Диана, – начал граф, глядя в огонь, – я молчал слишком долго. Все эти годы я любил вас. Любил, даже когда вы не замечали меня, даже когда ваше сердце принадлежало другому. Герцог Анжуйский… он опасен. Он не простит нам бегства. Но рядом со мной вы будете в безопасности – насколько это вообще возможно в нашем мире.

Диана подняла глаза, удивлённая и тронутая:

– Граф…

– Позвольте мне быть рядом с вами, – продолжил он. – Не как защитник или советник, а как человек, который готов отдать жизнь за вас. Я видел, как герцог смотрит на вас – в его взгляде не только властность, но и страсть. Он захочет вас заполучить, и тогда…

Он не договорил, но Диана поняла. Герцог Анжуйский был известен своими капризами и жестокостью к тем, кто ему перечил.

– Спасибо, – тихо сказала она, кладя руку на его ладонь. – Спасибо, что были рядом все эти годы. Я ценю вашу преданность.

В ночь перед отъездом произошло то, чего все боялись. Королевский гонец принёс весть – герцог Анжуйский раскрыл заговор. Он узнал о связи между беглецами и начал готовить ловушку. В послании, переданном через гонца, прямо говорилось: «Беглянка и её сообщники будут найдены. Милосердие не предусмотрено».

– Времени больше нет, – сказал дю Бушаж, срывая со стены карту. Его лицо было бледным, но решительным. – Мы должны уходить сейчас. Герцог не станет ждать.

– Но как? – спросила Диана, чувствуя, как страх сжимает сердце. – Они будут ждать нас на всех дорогах. Он владеет половиной провинции – его люди повсюду.

– Есть путь через горы, – ответил граф. – Он опасен, ведёт через заброшенные тропы и ущелья, где даже волки не ходят. Но это наш единственный шанс. Если мы проберёмся через перевал, то сможем выйти к старой дороге, ведущей в Бургундию. Там у меня есть друзья.

Теперь у них не было выбора. Диана и граф должны были действовать немедленно. Их путь лежал через горы и леса, а за спиной уже слышался топот королевских всадников – герцог послал погоню.

Пока они пробирались через тёмный лес, Диана думала о том, как быстро изменилась её жизнь. Ещё недавно она считала себя жертвой обстоятельств, а теперь должна была стать воином, борющимся за свою свободу. В ушах эхом звучали слова герцога, сказанные ей при последней встрече: «Вы принадлежите мне, Диана. Куда бы вы ни бежали, я вас найду».

– Мы справимся, – прошептал дю Бушаж, словно читая её мысли. Он шёл впереди, освещая дорогу фонарём. – Мы сильнее, чем кажется. И пока мы вместе, у нас есть шанс.

Диана кивнула, сжимая рукоять кинжала. Она знала: впереди их ждут новые испытания. Но теперь она была готова к ним. Готова бороться не только за свою свободу, но и за тех, кто доверился ей.

Париж снова звал их, но теперь это был зов опасности. И каждый из них понимал – их судьба зависит от того, смогут ли они перехитрить своих врагов в этой последней игре. Игра, начатая герцогом Анжуйским, только начиналась, и ставки в ней были выше, чем когда‑либо.

Глава 9. Погоня

Диана и граф дю Бушаж мчались сквозь ночной лес. Их лошади были измотаны, но останавливаться означало верную гибель. За спиной слышался топот преследователей – он становился всё ближе, будто сама тьма гнала врагов вперёд.

– Держитесь крепче, мадемуазель! – крикнул граф, не оборачиваясь. Его голос, хоть и приглушённый ветром, звучал твёрдо. – Впереди река!

Диана кивнула, хотя граф не мог этого видеть. Она вцепилась в поводья так, что побелели костяшки пальцев. Сердце билось в груди, словно пойманная птица.

Впереди показалась река. Граф знал это место – здесь был старый брод, известный лишь местным жителям. Рискнув, он направил коня в воду, увлекая за собой Диану.

Лошади ступили в реку, и ледяная вода плеснула Диане в лицо. Она вздрогнула, но не ослабила хватку. Вода доходила до брюха лошадей, течение пыталось сбить их с ног, но животные, повинуясь воле всадников, упорно продвигались вперёд.

Преследователи не решились последовать за ними. Королевский отряд остановился на берегу, не зная, куда делись беглецы. Но их командир был опытным охотником – он отправил разведчиков искать обходные пути.

– Они не отстанут, – пробормотал граф, когда они выбрались на другой берег. – Нужно найти укрытие и передохнуть хотя бы на час.

– А если они найдут нас? – голос Дианы дрожал, но она старалась говорить спокойно.

– Тогда будем сражаться, – коротко ответил граф. – Но сначала – укрытие.

Они двинулись вглубь леса. Через полчаса граф остановился возле полуразрушенной мельницы. Крыша местами обвалилась, стены покрылись плющом, но внутри ещё сохранялась какая‑то мрачная крепость.

– Здесь мы сможем перевести дух, – сказал граф, помогая Диане спешиться. – И обдумать дальнейшие действия.

Внутри мельницы пахло сыростью и старым деревом. Граф разжёг небольшой костёр в углу, отгородившись от окна обломком доски. Диана села на кучу соломы, пытаясь унять дрожь.

– Спасибо, – тихо сказала она. – Вы рискуете жизнью ради меня.

Граф пожал плечами:

– Я дал слово вашему отцу защищать вас. И я сдержу его, чего бы это ни стоило.

Он достал флягу и протянул ей:

– Пейте. Вам нужно восстановить силы.

Диана сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу.

– Что теперь? – спросила она. – Куда нам идти?

– К границе, – ответил граф. – У меня есть тайные тропы, о которых не знают даже люди герцога. Но путь будет трудным.

В это время в Париже Реми, друг Дианы и графа, пытался помочь своим друзьям. Он метался по своей небольшой комнате, сжимая в руках последнее письмо от графа.