Николай Коростелев – Гнев Неба (страница 31)

Сюда заглядывали неженатые офицеры невысоких рангов и лавочники всех мастей. Проститутки этой категории жили лучше и дольше, но конец, за редким исключением, был тот же.

С частными борделями было иначе. Во-первых, они были официально запрещены, поэтому маскировались под различные парикмахерские и массажные салоны. Цены были выше, но качество услуг и обстановка отличались от государственных борделей, как небо и земля. Сюда «ныряли» солидные и состоятельные чиновники всех мастей и рангов.

Попасть в частный бордель вместо государственного для девушек было невероятной удачей. Оплата была достойной, и при рачительных тратах можно было заработать на безбедную старость. Некоторые даже выкупались у хозяйки. Этому способствовали две существенных премиальных выплаты, которые получала каждая сотрудница частного салона.

Первая премия выплачивалась за потерю девственности. Девушку тщательно проверяли, готовили и следили, чтобы, не дай бог, она где-то по глупости или по нелепой случайности не лишилась невинности.

Когда хозяйка считала, что девушка уже достаточно обучена и подготовлена, она выставляла её девственность на аукцион.

Это был целый церемониал. Кандидатка ходила именинницей, наряженная и раскрашенная, как фантик. В течение недели обладательницы «красной розы», как деликатно называли девственность, встречали гостей салона, флиртовали с ними, угощали напитками и демонстрировали всё, чему обучались в салоне: беседе, шуткам, танцам, игре на музыкальных инструментах; всё, кроме интимных отношений.

Претендент на покупку «красной розы» присылал хозяйке борделя небольшую, красиво оформленную коробочку, в которой лежала бумажка с написанной цифрой. В конце недели проходила процедура сравнения предложений, и девушка отдавалась победителю. А уже на следующий день она считалась полноправной сотрудницей салона и приступала к тому, ради чего её несколько лет кормили и обучали. Надо сказать, что приличная часть этих денег вручалась самой обладательнице «вожделенного цветка» и становилась стартовой суммой для накопления личного капитала.

Второй премией был выкуп из салона. Если кто-то желал выкупить девушку из борделя, он уплачивал хозяйке приличную компенсацию, так вот часть этих денег также шла девушке. Но объективно таких случаев было немного.

К четвёртой категории, высшей в иерархии оказания пикантных услуг, относились салоны типа того, что содержала мадам Шо. В них готовили девушек для элиты. Девушек в таких салонах называли Нюй-Куй, что дословно означало «женщина-куколка». Но мадам Шо предпочитала называть своих воспитанниц на греческий лад – гетерами.

Такие салоны были престижны и популярны, а девушки часто выкупались любовниками, получали пожизненное содержание, имели собственные дома и выезд. Молодые офицеры дрались за них на дуэли. Блудницы даже могли выйти замуж, но тень профессии преследовала их всю жизнь, отражаясь на родных и близких.

Несмотря на терпимость к проституции, в стране процветал культ «зелёной шляпы». Если замужняя дама была уличена в неверности, её наказывали. Ей предписывалось пожизненно носить на талии зелёный пояс, а на голове накидку или повязку зелёного цвета. Но более позорным бременем это оборачивалось для пострадавшего супруга. Муж такой жены обязан был носить шляпу зелёного цвета. Отсюда в Китае появилась поговорка «надеть на мужа зелёную шляпу» или «подарить мужу зелёную шляпу», что было синонимом европейскому выражение «наставить рога».

Маленькой Лянь повезло, она попала в салон мадам Шо, где получила всё, чтобы стать той, кем она была сейчас. В таких салонах дети взрослеют рано.

Через это прошла и Малышка Лянь. Вращаясь в кругу взрослых коллег «по цеху», она быстро нахваталась циничного отношения к жизни и твёрдо решила для себя стать лучшей гетерой салона мадам Шо. Взрослые девушки над ней подсмеивались, но делились всеми секретами мастерства.

В двенадцать у неё появился постоянный клиент, чем она очень гордилась. Чиновник Сяо, богатый извращенец, зачастил к малышке, выкатывая хозяйке приличную плату. Уже давно он не испытывал к взрослым девушкам влечения, а все попытки испытать с ними оргазм оканчивались неудачей.

Пресыщенному деньгами и чинопочитанием, ему хотелось давно утраченных ощущений. Мадам Шо предложила ему пообщаться с маленькими девочками. Трогать «красную розу» категорически запрещалось, а самовозбуждаться – пожалуйста.

«К тому же, – считала мадам Шо, – девочкам необходимо оттачивать полученные уроки обольщения на практике, а небольшие шалости господина Сяо им пойдут на пользу – пусть привыкают».

Сяо ездил к малышке Лянь каждую неделю. В четырнадцать пришёл и её аукцион. Добавив деньги за «красную розу» к полученным от Сяо, она задумалась. Собранная сумма позволяла ей выкупиться у мадам Шо хоть сегодня. Но что дальше? Куда ей, четырнадцатилетней девчонке, идти? Возвращаться к отцу? Ни за что! А если не домой, то куда? На улицу? А что она там будет делать? Как зарабатывать на жизнь? Поэтому она не только осталась в салоне, но и стала самой востребованной гетерой.

Деятельная натура, достигшая поставленной цели, нуждалась в новой мечте.

А где её взять? И тогда она решила заняться самообразованием. Для начала наняла себе учителя по оккультным делам. Ей иногда казалось, что у неё есть дар, вот это она и решила проверить.

Скопленные деньги и свободный график работы, который она выбрала себе, позволяли уделять учёбе достаточно времени. Подружки не одобряли её блажь и насмехались. Мадам Шо, напротив, поощряла:

– Почему нет? Лянь зарабатывает за месяц в полтора раза больше любой из девушек. Чего мешать?

Нашёлся и учитель – старый уличный фокусник, он же маг, он же предсказатель, он же прорицатель. На деле этот ушлый дедушка оказался обычным мошенником, обладающим способностями гипноза, чем и пользовался, чтобы заговорить жертве зубы и обобрать её до неприличия. Кроме того, он просто фонтанировал идеями – от поиска затерянных кладов до постройки летающего корабля.

Но Лянь умела слушать, а главное, вычленять полезную информацию из огромного потока словесного излияния и совершенно диких идей деда.

Суть, которую она уловила из общения со старым мошенником, заключалась в том, что прорицательство – обычное надувательство, главное, правильно выбрать жертву и грамотно обставить ситуацию. Другими словами, предсказание нужно готовить, а ещё важнее, нужно гарантировать его исполнение.

– Тогда люди к тебе потянутся! – философски вещал старый мошенник и рассказал одну старую, немного смешную, но, как оказалось позже, судьбоносную историю…

Глава 34

Дело было лет двадцать назад. Тогда ещё не очень старый, но голодный фокусник-предсказатель появился в очередном городке.

Он умышленно выбирал большие густонаселённые города, вокруг которых вставали на постой бесчисленные лодочники, носильщики, землекопы, бегуны – другими словами, люди тяжёлого, унылого труда. Как правило, они были до предела суеверны и по любому поводу обращались к своим кумирам.

В Китае пантеон кумиров был огромен, так что хватало на всех. Жрецы кумирен обычно тоже были выходцами из этих мест и образованием от своих прихожан особо не отличались.

Так вот, однажды Фэн – так звали ушлого фокусника – набрёл на территорию, где обитал недружелюбный коллега из местных. Ещё на входе в этот городок Фэн расспросил прохожих, есть ли в нём предсказатели и фокусники. Ему сказали, что такой есть, но уж больно дорого берёт. На вопрос, где он живёт, ему показали дом. Информация была важной, потому что от мест обитания конкурентов нужно держаться подальше.

Небогатырское телосложение Фэна и небоевитый нрав выработали в нём несколько жизненных правил, которых он неукоснительно придерживался.

Одно из главных правил – не лезть под руку конкуренту, у которого есть силовой аргумент в виде какого-нибудь тупорылого, но физически сильного помощника. Это не означало, что он не связывался с таким людьми, нет. Просто для таких случаев у него была припасена особая тактика, она называлась «Как и рыбку съесть, и палкой по рёбрам не схлопотать».

Здесь оказался именно такой случай. Он выбрал для своих целей небольшую площадь, расположенную подальше от дома конкурента, и «открыл лавочку» – так он называл первый день знакомства с местностью. Это было небольшое уличное представление фокусника-самоучки. Народ, не избалованный развлечениями, потянулся посмотреть на ловкого и весёлого бродячего артиста.

А Фэну было что показать. Особенно ему удавалось вынимать мелкие монетки из разных частей тела зевак. Добытую из уха очередного восторженного зрителя монетку он тут же втирал ему в лоб, чтобы вытащить её уже у другого человека из толпы. Потом он глотал пару ножей, выдувал изо рта пламя, жонглировал камешками и смешил народ простенькими шутками. В заключение – ходил на руках по кругу, удерживая босой ногой шляпу, в которую довольные зрители бросали мелкие монетки.

Сразу после представления Фэн потрусил искать нужный храм. По счастливой случайности он оказался недалеко, это была кумирня Лао-цзы, Духа Огня. Надо откровенно сказать, что не все кумирни часто посещались.

Люди обычно обращались к покровителю своей профессии, поэтому в храме Духа Огня было тихо и пусто.