Николай Колосов – Воспоминания комиссара-танкиста (страница 27)
Макет «Беспощадного» установили на пьедестале в Центральном доме литераторов, и я, когда там бываю, прохожу мимо него с нескрываемым волнением.
Последний штрих к истории этого необычного танка. Нам очень хотелось, чтобы о патриотическом поступке прославленных деятелей литературы и искусства стало широко известно, чтобы об этом написали в газетах. Мы подготовили материал, однако начальник Главного политуправления А.С. Щербаков запретил эту публикацию.
– Нельзя сейчас об этом сообщать, не время! – сказал он Н.И. Бирюкову с искренним сожалением. – Михалков и Кукрыниксы отдали на строительство танка недавно полученные Сталинские премии. Вот и поднимут наши враги и недоброжелатели шум, что все тут специально подстроено: одной рукой деньги даем, другой – забираем… Ничего, потом обязательно напишем!
Что же, было во время войны немало такого, о чем рассказали лишь годы спустя. И не всегда это относилось именно к военным секретам.
Доброму примеру вскоре последовали другие лауреаты – замечательные писатели А.Н. Толстой[57], назвавший свою «покупку» весьма многозначительно – «Иван Грозный»; А.Е. Корнейчук, автор пьесы «Фронт», которая печаталась в центральных газетах в самые трудные дни лета 1942-го, прошла по сценам многих театров страны, удивляя зрителей прямотой и остротой поставленных вопросов. Его танк был назван «За Радяньску Украіну». Тогда, к слову, и созрела у нас идея: чтобы отметить, отблагодарить людей, отдавших свои сбережения на строительство танков, мы решили подарить им макет боевых машин. На Сормовском заводе были изготовлены два макета Т-34 довольно внушительных размеров. Мне поручили вручить их писателям в торжественной обстановке – перед тем как они передадут свои танки боевым частям в Московском АБТ-центре.
Алексею Николаевичу привезли макет прямо на квартиру. Явившись в назначенный час, мы застали у него такую интересную компанию: кроме самого писателя с супругой, здесь были посол СССР в Великобритании И.М. Майский, адвокат Н.В. Комодов, известный по процессу так называемого «антисоветского правотроцкистского блока». Впоследствии уже, на последующих процессах, проводимых Военной коллегией Верховного Суда СССР, обходились без адвокатов.
Моей дамой оказалась прелестная Рина Зеленая[58].
Макет, внесенный моим улыбающимся адъютантом Васей Коротаевым, произвел чарующее впечатление. Все, вероятно, ожидали увидеть миниатюрную модельку, а тут… Общество было очень довольно, и мне с трудом удалось покинуть дружеское застолье, тем более что завтра следовало ехать на передачу самого танка.
Менее торжественно, но не менее тепло прошло вручение макета танка «За Радяньску Украіну». Нас пригласили в Дом правительства, где жил Александр Евдокимович Корнейчук. В то время он был заместителем наркома иностранных дел, только что вернулся из Ирана. Макет очень понравился, особенно – жене писателя, тоже известному литератору, Ванде Львовне Василевской.
– Знаете, – доверительно говорит она, – я только что внесла деньги на строительство самолета. Но никакого отклика нет. А вы, танкисты, оказались так внимательны…
По молодости мы не могли чуть-чуть не позлословить.
– Что ж, теперь вы сами видите, – серьезно ответил я, – что свои сбережения лучше всего вручать в надежные танкистские руки. Мы не витаем в облаках, не забываем тех, кто нам помогает.
Потом, при первом удобном случае, я подсказал авиаторам, что им надо бы внимательнее относиться к тем, кто остается на земле…
Колосов Андрей Ефремович (рабочий-большевик, расстрелян колчаковцами в 1919 г.)
Колосова Агапия Дмитриевна (умерла от тифа в 1915 г. в возрасте 35 лет)
Николай, 11 месяцев 14 дней, брат Леонид, 4 года 6 месяцев. 24 января 1910 г.
Николай, 3 года, Леонид, 6 лет. Курган, 28 февраля 1912 г.
Среди пионеров г. Петропавловска. 1925 г.
Футбольная команда. 1928 г.
Конференция крестьянского райкома ВЛКСМ Кокчетавского района, Казахской АССР. 1929 г.
Комсомольский актив обкома ВЛКСМ. Петропавловск, Казахской АССР, 1930 г.
Заведующий массово-экономическим отделом обкома ВЛКСМ. Петропавловск Казахской АССР, 1930 г.
Студент Сибирского автодорожного института. Омск, 1930 г.
Практические занятия студентов автодорожного института. 1930 г.
Шахматный турнир на первенство 8-й роты Саратовской бронетанковой школы. 1931 г.
В бригаде Малиновского. Наро-Фоминск Московской обл., июнь 1932 г.
Диплом об окончании Военной Академии. 1939 г.
Военный комиссар Управления формирования и укомплектования автобронетанковых войск РККА. 1941 г.
Н.А. Колосов, заместитель начальника Главного управления формирования и боевой подготовки БТ и МВ КА, принимает танковую колонну «Революционная Монголия», созданную на средства монгольского народа. 1942 г.
Сформированные бригады отправляются на фронт
Писатель А.Н. Толстой передает танк «Грозный», построенный на его средства. 1943 г.
Колонна танков, созданных на средства деятелей культуры и искусства. 1942 г.
На фронте. Н.А. Колосов и танкисты сформированных бригад. 1944 г.
Танковая колонна «Давид Сасунский», построенная советскими и зарубежными армянами. 1942 г.
В действующей армии. Начальник политотдела 8-го гвардейского танкового корпуса, 1944 г.
В Восточной Пруссии
Комиссар Николай Колосов с гвардии рядовой Евгенией Колосовой. 1945 г.
У памятника кайзеру Вильгельму. Берлин, Германия, 1945 г.
Командный состав 8-го гвардейского танкового корпуса. Штеттин, Пруссия, 1945 г. (ныне Щецин, Польша)
Боевой путь 8-го гвардейского танкового краснознаменного корпуса
После награждения в Кремле
После освобождения Польши. 1945 г.
Взносов, поступавших на создание танковых формирований, было множество. Так, советские и зарубежные армяне построили большую танковую колонну, которую нарекли «Давид Сасунский». Ее передача проходила уже в Тульских танковых военных лагерях. Осуществить ее поручили мне – по каким-то причинам никаких гостей не было.
Зато на передачу колонны «Дмитрий Донской» гости приехали, да еще какие! Это внушительное формирование было создано на средства Русской православной церкви, и передавать его прибыли представители Московской патриархии. Честно говоря, опасений в канун этого дня было у меня немало. Во-первых, мне самому раньше не приходилось общаться с деятелями церкви, а во-вторых, было несколько боязно и за наших бойцов. Среди них немало оказалось молодежи, родившейся и выросшей при советской власти. О религии они имели смутное представление; священнослужитель был для них кем-то из «бывшего мира», пережитком каким-то, что ли… Вот я и боялся: вдруг кто из наших ребят захочет задать «каверзный вопрос» о существовании «потусторонних сил», о чем-либо «подискутировать» со «взаправдашним попом»? Это бы всех поставило в неудобное положение.
На счастье, все получилось как нельзя лучше. Представитель Московской патриархии выступал как заправский пропагандист.
– Громите немцев, фашистов до победного конца! – призывал он танкистов величественным басом. – Гоните эту нечисть с нашей священной земли! Будьте достойны ратной славы отцов и дедов!
Русская православная церковь всегда была патриотической организацией, ее представитель, естественно, понимал, что следует говорить воинам, не сегодня завтра идущим на смертный бой с ненавистным захватчиком, осквернителем Русской земли…
Во избежание инцидентов я все время находился рядом с высоким гостем. Он на танк – и я поднимался на броню. Он разговаривал с солдатами – я стоял рядом. Но опасения оказались излишни: наши ребята проявили высокую сознательность, так что передача танков, проводившаяся в танковых военных лагерях, прошла вполне успешно.
Боевые машины, построенные на средства церкви, за счет тех ценностей, что издавна хранились в храмах, на пожертвования верующих, вошли в состав многих частей и соединений, отличившихся в сражениях под Курском, на Украине, в Белоруссии. В составе колонны было танков на несколько полнокровных бригад. Всего же к исходу 1944 года Русская православная церковь внесла в фонд обороны 150 миллионов рублей.
И еще об одном даре мне хочется рассказать. Это – колонна «Революционная Монголия», созданная на средства братского монгольского народа. Правительство МНР не только приобрело танки для бригады, но и взяло ее на полное свое содержание и обеспечение боеприпасами, горючим – всем необходимым, вплоть до обмундирования и питания личного состава на весь период войны. Конечно, боевые машины для этой колонны мы подбирали особенно тщательно – ремонт их тоже должен был производиться за счет Монголии, а значит, машины наши получали определенную международную оценку.
Принять участие в торжественной церемонии приехали в Московский АБТ-центр маршал Х. Чойбалсан[59] и Ю. Цеденбал[60]. Стоя на броне танка, маршал по-русски обратился к воинам с призывом разгромить общего врага – германский фашизм. Танковая колонна «Революционная Монголия» вошла в состав 6-го корпуса генерала А.Л. Гетмана, героя Московской битвы. Вскоре этот корпус стал 2-м гвардейским.
Можно еще немало рассказывать о танковых колоннах и «персональных» танках, которые советские люди дарили своим мужьям, сыновьям, а то и просто – неизвестным для них защитникам Родины. Иногда «покупали» танки и для себя.
Одна из улиц Смоленска носит ныне имя Марии Васильевны Октябрьской. Жена погибшего полкового комиссара, она добровольно ушла на фронт, стала механиком-водителем танка «Боевая подруга», построенного на ее личные сбережения. Старший сержант Октябрьская погибла в марте 1944-го. Ей посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.