Николай Кокурин – Чернодырье (страница 18)
К Богу нет пути иного.
Все за мной, я нашёл выход,
Кажется, я нашёл выход
Конец Истории
Конец истории и литературы,
И математики тоже конец.
На новый уровень уходим культуры
И с нами семь миллиардов друзей.
Семь миллиардов друзей.
Всего лишь клетки мы, где скован Всевышний —
Пора открыть их и дать волю Ему.
Время пришло всем раскрепоститься
И стать единым целым по одному,
Выходим по одному.
Хватит грязи, хватит ерунды и говна
В уши лить, глаза мозолить!
Неужели не надоело нам, а?!
Конец верёвочки, сколько б ни вилась,
Какие б взятки ни совала в рукав,
Чего б ни обещала, чего б ни сулила
Время вернулось, повернуло назад,
Назад открыло глаза
Иди, смотри – Бог танцует в оковах,
В какие б заперт ни был Он кандалы.
Семь миллиардов это, в общем, не много.
Сто миллиардов для Него это пшик,
Едва Им слышимый пшик.
Евдокия Петровна
Вот и маме 90 лет.
Жить осталось неизвестно сколько.
Жизнь прожить – в ушко игольное пролезть,
Так же увлекательно и просто.
Без десятка сотня. Шутка ли?!
И сплошные горести и скорби.
Раскулаченного дочь. Похоронить
Лет восьми пришлось отца родного.
Видя свои платьица на тех,
Раскулачивали кто соседских детях,
Танцевала рядом с гробом во дворе
И весёленькое в шоке что–то пела.
По баракам и чужим углам
Младшая из выживших ребёнок,
Шестая из восьми сама мала
Нянчила племянников с пелёнок.
А в войну, четырнадцати лет,
Баржи разгружала с едкой солью.
Но подруги это как узнал отец,
Что в дзержинской был директор школе
В школьную столовую привёл
И назначил в ней официантом.
Разносила, убирала со столов,
Мыла пол за школьниками так же.
У самой три класса было лишь —
Брат не дал учиться в своё время,
Как узнал, что в школе атеизм
Насаждают, посвящая в пионеры.
Несмотря на это ты смогла