Николай Хрипков – Поэмы (страница 20)

Снова домовой за печкой.

Шерстка гладкая, как шелк.

Бьется радостно сердечко.

До чего же хорошо!

Спит весь день. Как ночь настанет

(Тихо. Люди лягут спать),

Домовой проснется, встанет

И отправится гулять.

На столе хозяйка чашку

Оставляет каждый раз.

Иль похлебку, или кашку,

Ломоть хлеба, терпкий квас.

Подкрепившись же, Темнила

Молча избу обойдет.

Иль щипнет, иль спрячет шило –

Пусть старик его найдет.

Выйдет и не скрипнет дверью

(Как никак все ж домовой!),

Встанет, смотрит на деревню,

Дышит свежестью ночной.

Лишь бы было тихо-мирно,

Лишь бы не было войны!

Да была скотина жирной!

Да хозяева смирны!

Обойдет овин и ригу.

Спит корова, спит овца.

Если нет, притащит мигом

Для лошадки он сенца.

На качелях покачаться.

Вот захватывает дух!

Только гуси раскричатся.

Все услышат. Вот уж слух!

Надо встретиться с другими.

Посидеть, потолковать.

Ведь общаясь с домовыми,

Столько можно разузнать.

Подойдет, заглянет в будку.

Дрыхнет пес сторожевой…

Прокричал петух побудку.

Что ж… пора и на покой!

СКАЗ О ФОМЕ-БОГОМАЗЕ

Как-то выбрался Темнила

Из-за печки в поздний час

И застыл в недоуменье:

Почему горит лучина?

Пригляделся он, прищурясь,

Так как что-то плоховато

Стал в последний год он видеть.

Пред лучиною склонившись,

Видит он, сидит Фома.

Сын хозяйский, отрок юный,

Лет пятнадцати, не больше.

Он к юнцу подкрался тихо.

И стараясь не дышать,

Заглянул через плечо.

Что ж Фома такое деет –

Домовой понять не может.

Пред Фомой доска большая,

А на той доске чудесный

Нарисован чей-то лик.

Муж прекрасный, с тонким носом,

Шелковистыми власами,

С бородой, в одежде темной,

А вокруг его главы нимб златой

Горит, как солнце.