Николай Грошев – Новый Вектор 3. Белая Волна (страница 16)
Весь день он болтался, без какой-либо серьёзной цели. События минувшего дня, психологически не отпускали – нет-нет, да и мелькнёт перед глазами собственный труп, разбросанный сразу по десятку различных направлений. Картинка совсем не из приятных. Так-то, ничего особенного – изувеченные останки. Он бы такое в живую увидел, мимо прошёл и второй раз не посмотрел бы, да и забыл бы через пару минут. Впрочем, как любой другой сталкер. Но то, что эти останки его, сильно меняет дело. До дрожи в коленях и полной прострации организма.
Когда начало отпускать, всерьёз задумался уже не конкретно этому по факту. Возник вопрос, почему его так сильно беспокоит собственная смерть сейчас, если ещё в полдень, он без особых сомнений шагнул в аномалию, прекрасно понимая, чем рискует? Чего вдруг сейчас, а не в тот момент, когда он затеял игру в орла и решку, с самой смертью? Ничего путного не придумал. Вопрос остался без ответа. По крайней мере, без полного ответа. Возникла мыслишка, в какой-то степени объяснявшая странность его реакции. Возможно, факт пережитого, осознание ситуации в полной мере, понимание, что он действительно сильно рисковал, отрезвило организм, подстегнув химические процессы в нём, обеспечивающие работу инстинкта самосохранения.
В принципе, это объясняло его гиперактивную реакцию на вероятность помереть.
И раз так, продлится сие недолго. Однако он был уверен, что суицидальные наклонности его больше не коснутся. Вот знал это и всё. А как, почему, с чего вдруг, себе объяснить не мог.
А такой прикол, просто химией организма не объяснишь. Дело в том, что любой процесс в организме, подстёгнутый чем-либо, будь то выброс адреналина, производство дополнительных лейкоцитов или понос, вечным быть не может. Организм просто истощит сам себя и склеит ласты в рекордно короткие сроки. Именно поэтому подобные процессы, возникают редко, исключительно, если в этом есть насущная потребность и никак иначе вопрос нельзя решить. Любым живым организмом рулит ДНК, а эта штука довольно последовательна и даже, в какой-то степени, умна – можно сравнить с работой искусственного интеллекта, ограниченного строгими рамками немногочисленных правил. Каждое усиление какого-то процесса, это трата массы ресурсов, а этого ДНК не любит. Если есть хоть какая-то возможность затратить меньше, организм запустить именно этот процесс. И только в безвыходной ситуации, происходит выброс ресурсов на ветер и тогда случаются замечательные случаи, навроде тех, когда хрупкая девушка, вдруг обретает мощь Халка, переворачивает разбившуюся машину и спасает своё дитя. А потом падает без чувств, либо впадает в прострацию, совершенно истощённая. В его случае, спустя почти неделю после смерти Оли, видимо, как раз после приключения с аномалией, наступил такой момент, когда не было иной возможности сохранить жизнь. Возможно, если бы не этот странный ужас и навязчивое видение собственного изорванного тела, он бы вошёл в аномалию ещё раз. Или два.
Но эффект краткосрочен, просто химический процесс в организме. Он не сможет вечно поддерживать в нём страх смерти.
И всё равно не отпускает сильное ощущение, что больше он на тот свет не захочет.
Что-то случилось в сознании? Сдвинулись, как говорится, ролики, уехав далеко за шарики? Не хотелось бы. Он ведь и так того…, в смысле, что умный очень.
Засыпая той ночью, в маленьком лесочке, Велес, кажется, нашёл ответ. Личность претерпела какие-то новые изменения, крошечные, подобные изящному надрезу выполненному нейрохирургом, работающим с мозгом своего пациента. Он сам вряд ли ощутит разницу, но его психомодель поведения, слегка изменится. Скорее всего, форсаж, вызванный организмом, с целью усиления активности инстинктов выживания, привёл к незначительным повреждениям нейронов мозга. Плюс попытки забыть, стереть из памяти лица и имена своих погибших друзей. Всё вместе, повлияло на мыслительный процесс не только сознательной части, но и подсознательной. Психология не занимается этим вопросом в должной мере, она работает преимущественно с фантазиями, допущениями и разного рода прогрессирующим идиотизмом признанных авторитетов Психологии. А ножки-то у любой психомодели, растут непосредственно из мозга. Химия мозга, его повреждения, спонтанные или искусственно вызванные аномалии, повреждения субстрата, всё это влияет на мышление и работу всех отделов мозга. Слишком уж люди заигрались в богов и прочий мистицизм. Никак не хочут они понимать, что если двинуть шпалой по балде, добрый и трепетно чувствующий сантехник Вася, как из больницы выпишется, вполне может помочиться на памятник ветеранам, набить лицевую часть жене, нахамить соседям и в конце дня скинуться с крыши – потому что надоело всё. Или захотелось вдруг. Психика человека – совокупность рабочих процессов его мозга. Повреждён нейрон, погибла память, исчезли какие-то группы нейронов, замедлявшие обмен данными, случилось что-то в том же духе и всё, личность начинает претерпевать изменения.
Вероятно, с ним произошло нечто подобное. Желание присоединиться к Оле, осталось, от него вряд ли удастся избавиться, как минимум так скоро. А вот страх смерти, усилился. Тяга к жизни, осталась прежней, он лишь чаще стал вспоминать, зачем пошёл к Первому Сталкеру.
Вечную молодость не просят те, кто в принципе когда-либо планирует умереть.
Велес вновь вспомнил, что намеревался жить вечно, естественно, даже не думая отказываться от приятных моментов жизни – от риска, приключений, прелюбодеяний и пьянства…, блин, от последнего как-то автоматически пришлось отказаться. Побочный, так сказать, эффект. За то он знает, как сей процесс можно заменить, его новыми возможностями.
Совсем отказаться от риска, никак нельзя – зачем тогда жить? Ведь скучно станет.
Занялся рассвет, в Зоне наступил новый день.
-Доброе утро Зона! – Воскликнул Велес радостно, обращаясь к небесам. Сконфуженно кашлянул, вышел из лесу, снова вверх посмотрел. Во, теперь небо ничто не заслоняет. Вновь вскинул руки, радостно улыбнулся и…, и опустил их. – Момент потерян. – Проворчал он, слегка расстроено. Эйфория пробуждения, уже успела исчезнуть. Виной тому слух. Конкретнее – звуки, наполнявшие воздух Зоны. А если ещё точнее, то их отсутствие. Давненько он не встречал, настолько полной тишины. Ни птички какой, ни хрюшки, ни даже хищников рыка…
-Ррррр!!! – Сказал кто-то за холмом.
Во, всё-таки хищники остались. Не успел повернуться к источнику звука, как ветер принёс новый запах. Вполне ожидаемый. Так что, когда на холм выбрался внушительных размеров Чёрный пёс, он нисколько не удивился.
-Я не съедобный. – На всякий случай предупредил Велес. Пёс неуверенно заворчал, принюхался и, пригнув голову к земле, потрусил прямым курсом к его персоне – на слово, видимо, не поверил.
Что тут поделаешь? Пришлось снова искриться, вульгарно кидаться молниями, в общем, ужас какой-то – места-то варварские, дикие. Совершенно никто не понимает нормальной человеческой речи! Пока молнией в одно место не врежешь, никакой культуры быта!
Чёрный пёс покинул нового знакомого, истошно визжа и прижимая пушистый хвостик, к активно дымившемуся месту, в районе кормы своего клыкастого организма.
-А я тебя предупреждал. – Напутствовал его сталкер…, Велес вдруг нахмурился и отвернулся от холмов. Сталкер? Кажется, сейчас он больше Хозяин Зоны, чем когда-либо. Как минимум, назвать его сталкером, теперь будет не совсем верно. Хотя…, Велес взял курс на место, известное среди местного людского сообщества как Янтарь. Там, особенно сейчас, после столь мощного Выброса, могут быть артефакты. Почему бы не глянуть? Поищет, парочку найдёт обязательно, а там и определится, сталкер он или вовсе даже близко не похоже.
Как-то задумался по пути. Аномалии вновь чувствуются почти на автопилоте – он снова мог себе позволить глубокую задумчивость, на пути сквозь опасный мир Зоны. Так что по сему поводу не переживал нисколько. Захотелось задуматься – взял и задумался, перестал всё на свете замечать, погрузился в собственный внутренний мир, узрел основы бытия и синий туман бесконечности…, ать. Запнулся как неудачно. Хорошо хоть снег сейчас под ногами, а не земля твёрдая. Поднялся, отряхнулся, сказал «ой!», но матерно, и дальше пошёл. Ну а что переживать из-за таких пустяков?
Шёл медленно, так что к вечеру до Янтаря не добрался. Сейчас он двигался гораздо быстрее сталкеров, но лишь по той причине, что ему не приходилось плутать в лабиринтах аномалий и часто останавливаться, сканируя местность взглядом и прочими органами чувств. Сама же по себе скорость его движения не превышала обычной скорости медленно идущего человека. Разве что передохнуть он ни разу не остановился – не уставал он так быстро как другие люди.
Вечер встретил в чистом поле. Двигаться перестал, не дожидаясь темноты – сегодня был очень красивый закат. Горизонт окрасился в яркие красные тона, с кремовыми переливами. Картинка, достойная запечатления кистью какого-нибудь именитого художника. Почему-то, не смог он пройти мимо такой красоты. Смотрел, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом и буйство небесных красок, не погасло, растворившись в тёмной синеве, вечернего неба.