Николай Грошев – Эксперимент ч.2 (страница 61)

Тело гиганта рвёт в куски залпами из половины всех наличных стволов. Пулемёт срезает ему полголовы, выстрел дробовика вырывает сустав правой руки. Огромная конечность падает наземь, с глухим стуком. Но гигант не падает, не умирает – он и так мёртв. И не факт, что лишившись головы, он всё же упадёт. По-разному бывает с теми, кто давно мёртв.

-Ноги! – Яростно кричит капитан, но голос его глух – шлем заглушает его. Они не слышат. За спиной никто не смотрит, все развернулись и стреляют в гиганта. Построение медленно отходит, опорожняя обоймы. Капитан глухо шипит проклятья и поднимает своё оружие, ранее висевшее на плече – шестизарядный револьверный гранатомёт.

-Назад! – Ревёт его напарник, сам отскакивая в сторону. На нём нет шлема, его голос слышен прекрасно. Капитан вжимает курок. Граната врезается в колено монстра. Взрыв разносит ногу гиганта в клочья. Громадная туша кренится, пытаясь удержаться на одной ноге – капитан переводит прицел, новый залп! Взрыв бросает гиганта на спину. Дым рассеивается, и солдаты видят неприятную картину – пожилой лежит на спине, широко раскинув руки. Осколок кости гиганта, врезался ему в глаз и утонул в его мозгу, не спас металлизированный плащ…

-Сука! – Шипит капитан, видя смерть своего солдата – но нет вины и сожаления. Если бы он не выстрелил, гигант раздавил бы его. Гигант виновен в смерти солдата, гигант, не он.

Солдаты отошли, но капитан бросается вперёд. Гигант ревёт, пытаясь встать. Одна его рука бьёт оземь так, что осыпается глина с откоса, встать он не может, но он всё ещё очень опасен. Даже так, с одной конечностью, он способен, в одно движение, раздавить человека в лепёшку.

Капитан запрыгивает на грудь монстра, его ноги продавливают плоть – чёрная кровь, какая к чёрту кровь? Гнилая жижа течёт из плоти. Капитан направляет гранатомёт в лицо монстра.

-Прощай сука! – Шипит он и вжимает курок.

В огне взрыва исчезает капитан. Но тут же, не стих ещё гром, вылетает его тело из огня и дыма, в руках зажато оружие, ноги месят воздух, как будто он пытается идти. Сила взрыва бросает его об дерево, трещит древесина, падает ствол, едва не накрыв одного из солдат.

Наступает тишина, и люди подходят к своему капитану, неподвижно замершему у сломанного дерева. Голова свесилась на грудь. Гранатомёт в руках. Вся броня в горящей, источающей удушливый дым слизи. Много царапин от осколков...

-Погиб? – Спрашивает кто-то. Люди неуверенно пожимают плечами. Один шагнул к капитану.

Из бронированного шлема слышится хриплый голос.

-Хера лысого…, - слышно глухой кашель, он поднимает голову. – Я бессмертный бля!

-Живой. – Говорит кто-то, появляются улыбки на лицах.

Капитан поднимается, с трудом, но всё же поднимается на ноги. Гранатомёт использует как трость, вот он встаёт - покачнувшись, тряхнул головой. Поворачивается бронированный шлем. Стекло прорезей для глаз, ловит солнечные блики.

-Ну и чё мы встали? Он знает, что мы здесь. Времени у нас больше нет.

Солдаты немедленно разворачиваются дугой – получен приказ. И снова они двигаются к пещере. Перед ней дыра в земле и куча горящей плоти. Склон обвалился, широкий вход, превратился в узкую щель. Туда можно пройти только по одному.

Капитан даёт знак и…

Слышится крик, трещит автомат и новый крик, а затем звук рвущейся плоти и сытное чавканье. Часть солдат, не двигается с места, заняв оборону, другая, во главе с капитаном, бросается на помощь своему товарищу – поздно.

Над разорванным почти пополам телом, согнулась крупная химера. Её рот полон мяса, мёртвые глаза бойца, смотрят в небеса…

-Нееет! – Ревёт один из бойцов. Его дробовик выплёвывает тяжёлую разрывную пулю – сам он их делает, говорит, так мутанты живописнее дохнут…

Пуля врезается в плечо твари. Взрыв – куски мяса разбросало во все стороны. Химера с рёвом встаёт на задние ноги и исчезает. Но кровь хлещет из разорванного плеча – её всё равно видно. Он стреляет, в полный рост, двигаясь на мутанта. Пули рвут куски плоти из прозрачного воздуха. Ещё одна, ещё – мутант выходит из невидимости и падает на колени. Он не останавливается, хотя и кончились заряды. Солдат перехватывает дробовик за ствол и с рёвом ярости и боли, обрушивает приклад на едва живую тварь. Он бьёт не останавливаясь. Даже когда существо затихло, он с рёвом бьёт.

-Хватит. – Рука капитана ложится на плечо солдата.

-Хватит. – Устало говорит солдат, бросая изломанное оружие. Он подходит к павшему солдату. – Эх, Край, ну как же так братишка?

-Чича. – Настойчиво произносит капитан. – У нас дело. Погибшие подождут.

-Дело. – Кивает горец. Глаза вдруг вспыхивают безумной яростью, той с которой он лупил химеру прикладом дробовика.

Капитан не успевает остановить его. Солдат подбегает к товарищу, срывает с него тяжёлый ручной пулемёт американского производства. Солдат не сопротивляется – позволяет отобрать и патронную коробку на двести пуль. Чича перекидывает цевьё за плечо, дёргает затвор – зря, пулемёт только что перезаряжен, но привычка у него такая.

-Стой блять! – Кричит запоздало капитан – солдат не слышит. Он, нарушив все нормы дисциплины, с рёвом берсерка, исчезает в тёмной пещере.

Капитан делает знак. В полном порядке, солдаты подходят к пещере, под прикрытием друг друга, они заходят внутрь. А оттуда уже несётся рёв мертвецов и тяжёлое буханье пулемёта. Но все эти звуки перекрывает один – истошный, безумный рёв солдата, сильно кавказской национальности.

Все включают фонарики, разноцветные, разной ширины лучи выхватывают пещеру из темноты – всё посечено пулями. Вокруг разбросаны изорванные тела мертвецов. Некоторые ещё шевелятся – им разносят головы. Когда пулями, когда просто сапогом, но они всё равно шевелятся.

Солдаты двигаются вперёд, не теряя времени на добивание зомби, чьи руки и ноги, да и торсы, перебиты так, что максимум, на что они сейчас способны – поцарапать лодыжку или забрызгать идущего мимо, собственной гнилой кровью.

Отряд продвигается вглубь тоннеля, всюду натыкаясь на следы горького безумия чеченца. Он один покрошил всех, никому ничего не оставил.

Стрельба стихает. Пулемёт больше не издаёт ни звука.

Но и криков нет – убит? Или просто кончились патроны?

Вскоре они получают ответ. Извилистый тоннель заканчивает широким каменным кругом – неровное естественное образование, пробитое в толще земной, видимо, потоками воды.

Чича стоит там, окружённый телами мертвецов. Они шевелятся в свете фонарей, жуткая картина усугубляется безумным взглядом солдата, потерявшего своего лучшего друга.

-Он там. – Говорит Чича, показывая пальцем на тёмный зев пещеры. – Я чую его.

Капитан подходит к арке, рука в бронированной перчатке касается камня. Он отходит и делает знак. Солдаты расходятся по длине тоннеля, они прижимаются к стенам.

-Чича. – Парень медленно поворачивает голову. Он смотрит на гранатомёт в руках капитана. Медленно кивает и отступает к стене. С тяжёлым металлически звуком, пустой пулемёт падает наземь. В руках Чичи возникают пистолет и нож – он будет драться до конца.

Гранатомёт поднимается, глухо выплёвывает первую гранату. Ствол отходит правее – ещё выстрел и ещё один. Внутри пещеры гремят взрывы, слышен короткий истошный крик. Капитан не спешит двигаться. В облаке пыли, идущей из пещеры, он перезаряжает своё оружие. Вешает его на плечо, прежде забив все гранаты в барабан, и берётся за пистолет. Знак – отряд двигается за капитаном, он первым входит внутрь.

Пыль улеглась, свет фонариков выхватывает из темноты рытвины, оставленные взрывами. А так же, изломанные взрывами, кучи костей, черепов, большая часть из коих – человеческие.

Повсюду капли и целые лужи гниющей крови. Все стены посечены осколками – пещера оказалась не такой уж и большой. Стены из камня. Капитан не ошибся, взрыв не завалил пещеру.

-Нам нужна его голова. Или то, что от неё осталось.

Люди кивают словам капитана, они начинают искать. Вскоре, в руке одного из них, в свете фонарей, появляется жутко оскаленная, детская голова. Она изуродована осколками, но видно, что она детская…, только мертва она была задолго до того, как они вышли на эту пещеру.

Рот полон тонких острых клыков. Глаза затянуты белесой плёнкой – они давно мертвы. Вся его кожа в синих венах и трупных пятнах.

-Задача выполнена. Уходим. – Командует капитан. Солдат аккуратно укладывает голову в поясную сумку – Хозяин Мёртвых, теперь и правда мёртв…

Они не успевают выйти из пещеры – из тоннеля слышится короткий крик. Двое солдат, что остались в тоннеле – ни выстрела, ни новых криков. Это всё, что они услышали…, погибли?

Капитан делает знак, но тут темно – он дублирует его.

-По стенам, вход на прицел…, Чича!!!

Поздно – все выполнили приказ, но не обезумевший от ярости и горя чеченец. Он с рёвом кидается вперёд и исчезает в пещере. Слышен единственный выстрел.

Наступает тишина.

Спустя мгновение, в пещеру что-то влетает, безвольно размахивая конечностями. С глухим звуком, оно падает к ногам капитана. Его нашлемный фонарик, светит туда, вниз. Перекошенное лицо Чичи, на переломанном теле. В мёртвых глазах гнева уже нет. Только животный ужас.

Он поднимает гранатомёт, но стрелять нельзя. Тоннель не из камня. Одна граната и они навсегда останутся здесь.

-Десять поросяток, вышли погулять, хи-хи. – Слышится из тоннеля, злобный, женский голосок. – Один домик охранял, второй помогать пришёл – поросятки беспечны были и горды, тёте нахамили, за то и съела тётя их.