Николай Грошев – Эксперимент ч.2 (страница 42)

-Ты тоже мутант.

-Но я симпатичный и очень добрый, а это согласись, большой, я бы даже сказал, весьма внушительный, плюс.

-Ты – добрый? – Сверкнули молнии, Рома ощутил давление на шее, даже кашлянул на автопилоте. Чувство возникло – полная иллюзия, будто вот горло верёвкой сдавило.

-Я хороший. – Повторил сталкер.

-Хороший ты, хороший…

-Ну, вот видишь? Ну, всё, вопрос закрыт. Пора идти дальше.

Поднялись, снег уже почти перестал падать. Они двинулись вперёд. Роман ещё раз обернулся, пытаясь разглядеть ориентир, по которому мог бы вернуться – он не узнавал местность. Был бы это город, он бы смог сориентироваться. Но это дикое поле, тут нет привычных ориентиров.

Когда опустилась ночь, руины слева, переместились за спину. На их месте возник неровный гребень заснеженных холмов. А далеко на горизонте, возникли руины, которые Роман помнил.

Они почти пришли. Ещё день, может быть два и руины ЧАЭС окажутся вокруг них.

Привал Велес объявил на опушке небольшой рощицы, но раскапывать ямку не стал. Вместо этого сел в снег в позу лотоса и закрыл глаза. Роман присел в сторонке, с любопытством наблюдая за происходящим. Медитировать взялся? Так у него никогда не получалось. Может, пытается потренировать организм или что-то вспомнить? Но раньше он за таким замечен не был, только там, в лесу, при первой их встрече. Любопытство разбирало, однако, Роман наблюдал молча.

И вскоре увидел сам, что именно пытался сделать Велес.

Посреди рощицы возникла электрическая дуга. Она повисла в воздухе и тихо гудела, почти не выбрасывая молнии в стороны и не искрясь. Минуты через три, гул сменил тихий треск, а затем дуга ярко вспыхнула, деревья вокруг загорелись, словно облитые бензином и дуга пропала.

-Пиздец бля… - Пробормотал Велес, устало поднимаясь на ноги. Роман удивлённо охнул – из носа Велеса, стекает струйка крови, а лицо такое, будто он весь день вагоны с углём разгружал.

-Чё? – Буркнул сталкер, стирая кровь. – Новые горизонты осваиваю. Микроволновое излучение…, только херня у меня какая-то получилась. – Велес обернулся, хмуро взирая на ярко пылавшую рощу и быстро испарявшийся снег. – Направленности излучения нет, мощность для его выброса требуется дикая, да ещё и левый импульс какого-то члена получился…, видел, полыхнуло? Вот это ебучий импульс и был, самопроизвольный падла импульс…

Роман кивнул головой, ошарашено глядя на лес. Потом на Велеса посмотрел и выдохнул.

-Это что, типа микроволновка? Как печка?

-Сам ты печка. – Сталкер стал копать себе ямку и, разбрасывая снег в разные стороны, продолжил зло бурчать. – Это куда мощнее и эффективнее. Металл расплавит, а не подорвёт…, в теории. Наверное, всё-таки подорвёт…, короче, не грузи меня Рома. Я сам не до конца понимаю, что к чему. Сеть ведёт себя странно, когда я пытаюсь играть не по правилам.

-По правилам?

-Да. – Велес улёгся в ямку и оттуда добавил. – Оказывается, есть гребанные правила. Ограничения что б их бля…, моя тушка не рассчитана на такие вещи. Мутация не закончена. Если я превышаю некий предел, Сеть начинает сопротивляться. Я не понимаю причин, но она ведёт себя не так, как должна себя вести в теории. Правила – я хрен знает, что это и как, но по-другому, объяснить не могу. Есть какие-то драные правила…, или моё тело не приспособлено под напряжение таких масштабов. Нейронные связи мозга начинают страдать, нарушаются даже принципы Максвелловских уравнений.

Роман молчал минут пять. Потом глубоко вздохнул и сказал.

-Я нихера не понял.

-Неудивительно. – Буркнул Велес. Помолчал и всё же проворчал. – Когда я делаю нечто из ряда вон, получается, будто собственным хером пытаюсь переломить стальной прут. Ясно тебе, баран?

Не дожидаясь ответа, улёгся, свернулся клубком, и благополучно захрапел.

-Да пошёл ты. – Проворчал Рома, падая на спину. Он стал смотреть на звёзды.

Как она там? Наверное, они тоже устроили привал. Настя не спит, наверное. Смотрит не на звёзды конечно. Она на Натана смотрит и борется с двумя противоречивыми чувствами – желанием зарезать киборга и страхом пред Зоной, Хозяина коей, она пыталась убить…

Странный запах...

Ноги ватные совсем. И где я вообще? Иду как-то автоматически. Это вот белое вокруг, это я знаю – это снег. Он холодный. И мокрый. Но не всегда. Остановиться надо, потрогать. Зачем не знаю, но, почему-то, мне кажется, что надо его потрогать. А остановиться не получается. Понять не могу почему. Да если честно и не хочу. Мне кажется, что я не управляю собой. Ноги идут, руки двигаются, уравновешивая меня, но я не чувствую их. Точнее не так. Словно они мои и не мои…, не знаю, не могу подобрать слов. Думать вообще сложно. А сейчас почти невозможно. Но я думаю. С упорством стараюсь думать. Иногда становится так тяжело, что я отключаюсь. Не закрываю глаз – этого я тоже не могу. Просто отключается всё. Темно становится. А потом просыпаюсь…, да, вот что это такое – сон. С открытыми глазами и идущими ногами…, какой странный способ спать…

А почему он странный?

Я не знаю. Надо попытаться подумать и понять. Только думать сложно. Мысли разбегаются. Вокруг всё белое-белое. Бесконечная белизна. Только иногда виднеются деревья. Торчат из снега.

Мне куда-то идти надо. Туда и иду. Не знаю зачем, почему, просто иду…

Вот опять. Тяжесть накатывает. Зрение покидает меня. Я снова отключаюсь…

Мир обретает краски. Я выплываю из забытья. И…

Оно кричит в моих руках. Очень громко кричит. Оно странное. Но мне всё равно, ведь Оно из мяса. А мясо мне нужно. Брызжет кровь. Мои руки ломают рёбра, конечности, ломают даже лицо – мои синие пальцы продавливают его внутрь. И снова брызжет кровь. Оно больше не кричит, я спокойно ем его мясо. И не только. Кожу, волосы, кишечник. Я ем всё. Мне нужно много еды. Почему не знаю. Знаю только что нужно съесть всё. Ну, кроме одежды…, одежда…, как тяжело думать…, поем. Полностью поем всё, что тут есть и подумаю.

Всё, Оно кончилось. Я всё съел. Идти теперь не могу. Мой живот просто огромный. Вываливается из рубахи…, вот – точно. Я подумать хотел. Одежда. На мне тоже есть одежда. Оно в одежде, я в одежде…, кажется, опять отключаюсь.

Выплываю из темноты. Я всё там же. Вокруг красный снег, обрывки одежды, металлическая штуковина непонятного назначения. Похоже на палку, но она какая-то уродливая эта палка, неправильная. И цвет не настоящий. Не понимаю что за палка. Пусть валяется.

Кости кругом. Я пытался их съесть, честно пытался, но не смог. Дело не в том, что места нет в животе – есть ещё, я пару раз подпрыгивал, уминается съеденное и новое место появляется. Просто зубы не грызут эти кости. Они очень твёрдые. Всё что смог, это разгрызть у одной верхушку и высосать жидкую штуковину оттуда. На остальные у меня уже не хватило сил – отключился.

Тут ещё кто-то есть. Оглядываюсь. Да, два больших, бугристых, не понятных Оно. У них зубы лучше, чем у меня. Они кости грызут, что я не смог съесть. И съедают – почему у меня нет таких зубов? Обидно очень…, а я смогу съесть бугристых Оно? У них четыре ноги, а рук нет. Но их головы странные. Они ими снег подрывают и кости переворачивают, словно это руки. Наверное, их головы ещё и их руки. Надо попробовать их съесть.

Пытаюсь подняться, но не могу. Очень большой живот. В нём много мяса. Идти никак. Я тогда поползу. На спине – на животе не получается, руки едва достают до пола. Ну, можно и на спине. Оно не пугливое, не обращает на меня внимания. Подполз. Сейчас схвачу и начну его есть…, прыгнул. Руки схватили лишь пустоту. А Оно развернулось и рычит. Скалит зубы – хвалится, знает, что у меня зубы плохие, а у него хорошие – издевается. Но мне, почему-то, всё равно. Я просто ползу за ним. Что-то дёргает снизу, и я ползу на месте. Даже не так – я ползу вперед, а двигаюсь назад. Непонятно…, а, вот в чём дело – меня тянет за ногу второе Оно. Какие разные эти Оно. То, что я съел – оно было с такими же зубами и большое. А эти Оно, меньше, на них больше волос, и ног четыре. И зубы хорошие…, Оно меня утащило от костей и бросило. Подошло к голове и теперь зарывает мою голову в снег, задними лапами. И зачем? Я ведь большой. Меня полностью не закопать…, ага! Поймал за хвост…, вырвалось Оно, скользкий у него хвост. Убежало с воем и теперь тоже грызёт кости. Хм. Что-то мне не хочется, есть этих Оно. Я помню, как ел волосы первого Оно – они невкусные, жёсткие, в зубах застревают. А эти Оно все в волосах. Их есть будет трудно. Я все зубы волосами забью. А пальцы слушаются плохо, выковыривать волосы трудно.

Ладно уж, я хорошо поел. Пусть тоже едят. Я же отключаюсь – чувствую, сейчас это будет.

Мир померк и почти сразу заиграл красками. Я поднимаюсь на ноги – живот почти прежний. Штаны только неудобные стали. Пытаюсь расстегнуть ремень, но пальцы не слушаются. Зачем ремень и на нём такой…, как называется эта штука? Не знаю, но расстегнуть не могу. Ладно, пусть так будет. Правда, идти сложно. Штаны заполнены чем-то липким и рыхлым – я не чувствую, просто из штанины оно течёт и с каждым шагом остаётся на снегу и я вижу что оно липкое и рыхлое. С комочками. Не знаю что это такое. Попробовать съесть? Возникает чувство, что это несъедобно. Это не Оно, это что-то другое.

Наверное, пока меня не было, в штаны с пола что-то ветром нанесло.