Николай Грошев – Чёрный свет, белая тьма (страница 59)
-Это хорошо. – Апостол делает знак рукой. Оказывается, по бокам есть ещё люди…, они подкладывают ему под ноги…, дерево? Обломки мебели, брёвнышки…, что за нахер???
Апостол повернулся и пошёл прочь. Второй Мужик тоже уходит. Девушка задержалась на мгновение. Печально хмурясь, она вдруг произнесла.
-Я не согласна с Апостолом, ты не можешь получить столь быструю смерть, это не правильно, даже несмотря на твою греховность, неправильно. Но его Благодать намного сильнее моей, он праведнее меня. Я вынуждена подчиниться его воле, ибо его устами говорит истина Божья.
-Вы что делать собрались? – В ужасе слегка заикаясь, говорит Белый – он уже понял, что они делают, но разум отказывался это принять.
Девушка снимает рюкзак, что-то достаёт оттуда. Подходит ближе. Он видит её глаза – холодные, почти пустые, с этими странными чёрными жилками, чувствует её дыхание на своём лице…, она грубо натягивает на его голову противогаз.
-Ты умрёшь слишком лёгкой смертью грешник. Я сожалею об этом, сожалею, что у нас нет времени, подарить тебе долгую, очищающую смерть. – Говорит она, уходя прочь. И другие идут за ней. Остаются только трое – две химеры, продолжающие подкладывать дрова и мужик с такими же глазами как у девушки. В руках у него канистра.
-Не надо. – Мычит он сквозь противогаз.
-Достаточно. – Говорит мужик с канистрой и начинает лить что-то на дрова. Вот закончил, поставил канистру, в руках у него зажигалка. Чиркая валик, он бормочет. – Мы не будем сжигать сразу всё – это слишком лёгкая смерть. Апостол сказал предать тебя лёгкой смерти, а не слишком лёгкой, поэтому, ты сгоришь медленно. Начиная с ног. Этот бензин освещён самим Святым Павликом, там растворены капли его Священной слюны. Чистый огонь незамутнённой Истинной веры, проникнет сквозь плоть, к самой твоей душе. Противогаз не даст тебе задохнуться от дыма, и ты будешь гореть долго. Так Чистый огонь проникнет во все уголки твоей грязной души и когда она покинет тело, ты будешь хоть немного очищен от злой Скверны адских псов.
-Нееет!!!
Мужик убрал зажигалку и достал спички – валик сломался, наверное…, он чиркает одну, загорается пламя. Спичка падает в дрова, мгновение и длинные языки пламени взметаются вверх.
-Нет!!! – Белый пытается порвать путы, он чувствует, как горят штаны, пока ещё жар не слишком болезненный, но очень скоро…, путы не поддаются, всё бесполезно – стопы пронзает острая боль, наверное, если бы не противогаз, он бы сейчас ощутил запах палёного мяса…
-Какой чудесный день! Какой чудесный я! – Велес блаженно улыбнулся солнышку из окна многоэтажки. Замурлыкал. Почесал пузо, грозившее порвать рубашку. Откуда-то издалека, донёсся истошный вопль – Тёмные…, Велес помрачнел. – Свинья я…, они там помирают, в битве эпичной гибнут все к ебеням, а что я? – Он покосился на остатки Плоти, валявшейся на полу. Блаженная улыбка сама собой вернулась на лицо. Он сладко облизнулся. Потом вспомнил что-то и потряс головой. – Нет, я же не такой! Нужно идти и всех нафиг спасать. Немедленно!
Шумно отдуваясь, кое-как поднялся. Сказал «уф!» и выпрямился. Спина хрустнула.
-Ах, эта экология! У меня радикулит начинается. Надо срочно поспать. Да, а то ещё простыну, тут сквозняки всюду, да и возраст такой, вдруг прыщи начнутся? Нет-нет, с таким подорванным здоровьем, на полный желудок, пешие прогулки строго противопоказаны.
Снова глянул в окно. Солнышко там по небу ползёт. И ветер свистит печально очень.
-Сам дурак. – Сказал он ветру, тяжко вздохнул и поплёлся к лестнице. Придётся-таки идти и всех спасать, потом убить нафиг Пастора, потом…, Велес остановился, глянул на стену. – Нет, так-то не хорошо, но тут ведь никто не живёт. Так что…
Заправив рубашку в штаны, с заметным облегчением выдохнул. Глянул на пол. Воровато огляделся и пошёл к лестнице, на ходу громко возмущаясь.
-Негодяи! Свиньи! Тунеядцы и наркоманы! Не успел хороший человек, и обернуться, так тут же на пол какая-то скотина нагадила! Куда власти смотрят!? Я немедленно напишу жалобу в мэрию! Я до самого Президента дойду! Это что такое вашу мать? Куда смотрит общество зашиты животных? Где тут у вас жалобная книга!
На втором этаже, высказал всё, что думает по поводу местного ЖКХ, погрозил кулаком кому-то, спустился в подъезд, снова всех подряд неприлично оскорбил и выскользнул на улицу.
Кута не видно не слышно. Мутантов тоже нет, людей – ну-ка, принюхаемся, а? Не, тоже нету.
Насвистывая незатейливую мелодию, живо напоминавшую русскую народную песню, более известную как «Мурка», двинулся по улице, иногда пиная маленькие камушки, попадавшиеся на пути. Ветер ласково трепал волосы, солнышко грело спину, в животе разливается блаженство.
-Как всё-таки хорошо жить! – В сердцах проговорил он. Почесал пузо. Опасливо покосился на пуговицу. А, пёс с ним – расстегнул. А то опять домой придёт, весь в рванье, Оля ему опять…, н-да. Учитывая, какой разгром устроил на базе, пистона ему таки всё равно вставят.
В мыслях грустных, скис слегка. Стал придумывать, как отмазаться. Мысли текли лениво, спокойно…, пока не остановился по колено в траве.
-Так. – Велес обернулся. Ага, вот Припять. Огромная какая…, ага, а впереди – бескрайние просторы Зоны, поля, лес вон виднеется, луга и веси… - Кажется, я сбился с пути.
Развернулся и, потирая виски пальцами, пошёл обратно в руины. Вот зря он эту плоть поймал и съел, мать её…, башка не желает соображать. Разум словно в сладкой вате, тёплой, сладкой, приправленной ароматной кровью луговой Плоти. Да, они разные, болотные чуть пожёстче и у них солоноватый привкус. Не у всех, но встречаются, видимо, дело в том, чем они питаются. А луговые все как на подбор, сладкие, ароматные, мясо так и тает во рту…
Велес глянул вперёд. Луга, поля. Обернулся. Теперь город слева.
-Какого хрена?
Решительно повернулся и стал шагать строго прямо. Все мысли прочь. Поел - молодец, всё, забыли и обратно к Тёмным…, теперь город справа.
-Это что за шуточки? – Велес, прищурившись, стал осматриваться. Прислушался к своим чувствам – нет, аномалий нет. Но почему он не может выйти из этих трёх сосен, где сосен тех драных и в помине нет? Пошёл под углом к городу. Вроде ничего не изменилось, шёл, шёл…, и обратно пришёл. Он снова на том же месте. Город опять справа.
Присел, закурил, стараясь не поддаться панике. Выпустил струйку дыма.
Аномалия, он угодил в драную аномалию, которую не смог ощутить. Растёр в пальцах травинку. Как настоящая…, впрочем, она настоящая. Просто участок пространства, в каком-то искажённом поле, не ясного характера. Он тут запер, до следующего Выброса.
-Я Велес! – Рявкнул он, выбрасывая бычок и вставая на ноги. – Хуй вам всем! – Добавил он, не поясняя кому конкретно, это самое оно и куда именно, да и зачем, рассказывать, не стал.
Всё тело обрядилось короной молний, треск поднялся невыносимый, гул напряжения оглушал, он раскинул руки в стороны и две змеящихся струи энергии ударили в невидимую стену.
-Вот где ты сука прячешься. – Прошипел он, усиливая напряжение так, что плащ задымился.
А потом потоки энергии, вдруг пробили стену, с грохотом пронеслись над полем, да и разрядились в землю. Он пулей вылетел из капкана, запнулся, грохнулся, живот спружинил, подкинуло немного, через голову кувыркнулся и свалился на спину.
-Вот так-то вот. Съела сучка драная? Я всех победю, я вообще бессмертный.
И с кем он говорит? С Зоной, наверное…, впрочем, она осталась глуха, к его речам.
Спустя несколько минут, Велес поднялся на ноги. Место изменилось. Он чуть дальше, чем был. Ну-ка, если идти к городу, вернётся обратно? Так, метр прошёл, нормально. Ещё метр, ещё один и…, Велес сел покурить. Место уже насижено, тёпло там, да и солнышко опять же.
И чего теперь делать-то? Что, Зона сочла планы устранения Пастора, излишне самонадеянными, ей этот гад нужен зачем-то? Или что? Как это вообще понимать?
Как, как…, в аномалию угодил, полоротый потому что.
Минут двадцать смотрел просто прямо. Потом на небо. Близится полдень. Если ночью был серьёзный бой и Тёмные устояли, сейчас Грех стянул все силы, какие есть и ударит снова. В этот момент, Тёмных уже не должно быть в городе, а он, с маленьким отрядом, должен бы уже заниматься крайне милосердным, но при этом, конечно же, бездумно жестоким убиением Пастора.
Вместо этого, он сидит в аномалии, на краю города, обожравшись мясом луговой плоти.
Достойный эпизод карьеры бывшего босса Организации…, за такое ему б грозил, пожалуй, тазик с цементом и в озеро, изучать подводный мир, без акваланга и зарплаты.
Однако плоть была вкусной. Ведь почти вернулся, а тут она. Забрела бедняга в город и ходит такая, хрюкает задумчиво. Не смог ничего поделать. Ещё чувствовал на зубах мерзкий привкус мяса псов, которые, вероятно, при жизни были «псевдо», а тут эта чудесная мягонькая, сладкая такая курочка! Ну, почти как курочка, только вкуснее. А какое ароматное мясо! Удивительно нежный, сбалансированный вкус. Деликатес. Он даже замурлыкал, прикрыв глаза.
Открыл, мрачно плюнул. Слюна пролетела полтора метра и размазалась обо что-то. Стала медленно течь по невидимой, бугристой стене.
Снова на небо посмотрел. Полдень. Или почти. Если срочно не вырваться отсюда, весь план коту под хвост и павшие Тёмные, погибли зря. А ещё ведь американский шпион – он-то и вовсе не причём. Просто так помрёт. А ведь мог бы ещё ходить и искать тут нефть на благо своей страны, повсеместно распространяя демократию, воздушно-капельным путём. А теперь он бесславно помрёт, от пули Греха. Или Тёмные в порыве боя сожрут нафиг. Он-то выживет, Выброс накроет, он в энергии Сети закутается и…, и в будущее попадёт. Где ходят страшные полуметаллические мутанты, где летает живой вертолёт…, где есть черноглазая красавица, всегда готовая на удивительно приятные дела в его обществе, и где он так и не попробовал вертолётины…