Николай Гацунаев – Серая кошка в номере на четыре персоны (страница 47)
В о с т о к о в е д. Ничего… Спокойной ночи.
Медленно идет к подъезду. Харумбаев провожает его взглядом до самой двери. Прежде чем открыть ее, востоковед оглядывается и, увидев Харумбаева, делает рукой прощальный жест.
Вестибюль гостиницы. Востоковед берет у администратора ключ.
А д м и н и с т р а т о р. Если что понадобится — позвоните. (Зевает). Я по вечерам за буфетчика.
В о с т о к о в е д. Пожалуй, бутылку минеральной. Я подожду.
А д м и н и с т р а т о р
В о с т о к о в е д. Ну и лимон, что ли?..
А д м и н и с т р а т о р. Сейчас.
Уходит. Сталкивается с инспектором, который опускается по лестнице.
И н с п е к т о р. С Ургенчем переговорил, спасибо.
А д м и н и с т р а т о р. Не за что.
Хочет идти, инспектор его удерживает.
И н с п е к т о р. Где Ахмедов живет, не подскажете?
А д м и н и с т р а т о р. Который?
И н с п е к т о р. Таган Ахмедов.
А д м и н и с т р а т о р. На Амин-Чорсу. Второй дом от «Индпошива» налево. Знаете, где Амин-Чорсу?
И н с п е к т о р. Найду…
В о с т о к о в е д. Простите…
И н с п е к т о р. Вы мне?
В о с т о к о в е д. Да. Вы хорошо знаете Ахмедова?
А д м и н и с т р а т о р. Он приятель моего отца, а что?
В о с т о к о в е д. Нет, ничего. Ваш отец жив?
И н с п е к т о р. Погиб в двадцать четвертом году. Что-нибудь передать Ахмедову?
В о с т о к о в е д. Привет, если уж вам так хочется.
И н с п е к т о р. Передам.
В о с т о к о в е д. Он поймет сам.
И н с п е к т о р
Инспектор уходит. Востоковед, морщась, опускается на диван. Массирует ладонью левую сторону груди. Задумчиво глядя перед собой.
В о с т о к о в е д. Таган Ахмедов…
Юрта. Кошма над входом откинута, виден песчаный берег большого арыка, широкая полоса коричневатой воды и поросший кустарником и деревьями противоположный берег. Аннасаат и офицер играют в пачиз, перебрасываясь короткими фразами. Джунаид наблюдает за игрой со стороны, пропуская сквозь пальцы костяшки четок. Проиграв очередную ставку, офицер поднимается.
О ф и ц е р. Не везет сегодня.
А н н а с а а т. Играть уметь надо. А, хан-ага?
О ф и ц е р. Доигрались, кажется.
Д ж у н а и д. Доигрались, не доигрались, — не твоя забота. Думаешь, ты умнее всех?
А н н а с а а т. Объясни ему, хан-ага: пастухов много — овцы с голоду дохнут. Зимой его послушались — даром под Хивой проторчали. Сколько йигитов погубили зря.
О ф и ц е р. Стыдитесь! Горстки большевиков испугались.
А н н а с а а т. Ты, инглиз, кто такой? Трусами нас называешь? Кто говорил: «Главный большевик умер. Без Ленина большевики — комок глины. Хивинцы сами ворота откроют»? Открыли! Весь город винтовки взял! Хорошо еще — ушли вовремя…
О ф и ц е р. Сами виноваты!..
Д ж у н а и д. Хватит! Когда пашня твердая, бык на быка злится.
Снаружи доносится шум. Входит ополченец.
О п о л ч е н е ц. Комсомольцев там привели, хан-ага.
Д ж у н а и д. Кто такие?
О п о л ч е н е ц. Кто знает? В лодке плыли. Ну, а мы даргу — на мушку, а этих — сюда приволокли. Знакомый есть.
А н н а с а а т. Кто?
О п о л ч е н е ц. Да Таган же. Ну тот, из Бадыркента отпустили которого.
Д ж у н а и д. Козленку жить надоест — чабана бодает. Сам пожаловал…
На берегу вдоль арыка басмачи выстраивают взятых в плен комсомольцев. У одного под мышкой рубаб.
Д ж у н а и д. Бахши?
О п о л ч е н е ц. Какое там!.. Учиться, говорит, собрался. В Ташкент.
Д ж у н а и д. Далеко собрался.
О п о л ч е н е ц. Вот и я говорю, подохнуть и без музыки можно. А он все бросил, а ее рубаб держится.
Д ж у н а и д. Таган который?
О п о л ч е н е ц. Вон он, от конца вторым стоит.
Д ж у н а и д. Подрос, щенок… Не узнать… Аннасаат!
А н н а с а а т. Что, хан-ага?
Д ж у н а и д. Пойди, сынок, успокой гостей.
А н н а с а а т. Всех?
Д ж у н а и д. Ну… Оставь одного. Другим пусть расскажет. Чтоб неповадно было.
А н н а с а а т. Хорошо, хан-ага.
Идет к пленным. Увидев его, стоящие поодаль басмачи начинают ухмыляться.
Б а с м а ч. Вот потеха сейчас начнется!
А н н а с а а т. Кто такие?
Пленные молчат.
А н н а с а а т. А, старый знакомый. В гости пожаловал, да? Или не узнаешь?
Т а г а н. Нет!