Николай Ежов – От фракционности к открытой контрреволюции. Нарком НКВД свидетельствует (страница 88)

Никакого заговора против Партии и Правительства я не организовывал, а, наоборот, все зависящее от меня я принимал к раскрытию заговора. В 1934 году, когда я начал вести дело «О кировских событиях», я не побоялся доложить в Центральном Комитете о ЯГОДЕ и других предателях ЧК. Эти враги, сидевшие в ЧК, нас обводили и ссылались, что это дело рук латвийской разведки. Мы этим чекистам не поверили и заставили их открыть нам правду и участие в этом деле правотроцкистской организации. Будучи в Ленинграде в момент расследования дела об убийстве КИРОВА, я видел, как чекисты хотели замазать это дело. По приезде в Москву я написал обстоятельный доклад по этому вопросу на имя СТАЛИНА, который немедленно после этого собрал совещание. При проверке партдокументов, по линии КПК и ЦК ВКП (б), мы много выявили врагов и шпиков разных мастей и разведок. Об этом мы сообщали в ЧК, но там почему-то не производили арестов. Тогда я доложил СТАЛИНУ, который, вызвав к себе ЯГОДУ, приказал ему немедленно заняться этими делами. ЯГОДА этим был очень недоволен, но был вынужден производить аресты лиц, на которых мы дали материалы. Спрашивается, для чего бы я ставил неоднократно вопрос перед СТАЛИНЫМ о плохой работе ЧК, если бы я был участником антисоветского заговора…

Придя в органы НКВД, я первоначально был один. Помощника у меня не было. Я вначале присматривался к работе, а затем уже начал свою работу с разгрома польских шпионов, которые пролезли во все отделы органов ЧК. В их руках была советская разведка. Таким образом, я, «польский шпион», начал свою работу с разгрома польских шпионов. После разгрома польского шпионажа я сразу же взялся за чистку контингента перебежчиков. Вот так я начал свою работу в органах НКВД. Я почистил 14 000 чекистов. Но огромная моя вина заключается в том, что я мало их почистил. У меня было такое положение. Я давал задание тому или иному начальнику отдела произвести допрос арестованного и в то же время сам думал: «Ты сегодня допрашивай его, а завтра я арестую тебя». Кругом меня были враги народа, мои враги. Везде я чистил чекистов. Не чистил их только лишь в Москве, Ленинграде и на Северном Кавказе. Я считал их честными, а на деле же получилось, что я под своим крылышком укрывал диверсантов, вредителей, шпионов и других мастей врагов народа»[260].

Выслушав последнее слово Ежова, суд удалился на совещание, после чего был объявлен приговор: «Военная коллегия Верховного Суда Союза ССР приговорила: Ежова Николая Ивановича подвергнуть высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией имущества, лично ему принадлежащего. Приговор окончательный и на основании постановления ЦИК СССР от 1 декабря 1934 г. приводится в исполнение немедленно».

Ежова расстреляли уже 4 февраля. В том же феврале были расстреляны: бывший первый заместитель наркома внутренних дел СССР и бывшим нарком Военно-морского флота СССР М. П. Фриновский (1898 – 1940), бывший начальник Контрразведывательного отдела ГУГБ НКВД Н. Г. Николаев-Журид (1897 – 1940), бывший начальник Особого отдела ГУГБ НКВД Н. Н. Фёдоров (1900 – 1940), бывший начальник секретариата НКВД И. И. Шапиро (1895 – 1940) и другие.

О суде над Ежовым и его расстреле нигде не сообщалось. А в 1-ый том его уголовного дела была помещена следующая справка: «Приговор о расстреле Ежова Николая Ивановича приведен в исполнение в гор. Москве 4.02.1940 г. Акт о приведении приговора храниться в особом архиве 1-го Спецотдела НКВД СССР, том N 19, лист N 186.

Нач. 12 отделения 1 Спецотдела НКВД СССР лейтенант госбезопасности Кривицкий».

В 1998 году была предпринята попытка реабилитировать Ежова в связи с тем, что он был осужден не за те преступления, которые совершал. Но Военная коллегия Верховного суда РФ признала его не подлежащим реабилитации.

Загадка Ежова

Был ли он действительно заговорщиком? В качестве гипотезы деятельность Ежова и поддерживающих его кланов работников ЦК и НКВД можно рассматривать как проявление стремления номенклатурного сословия к захвату власти и отказу от даже формального следования интересам народа, именуемым «диктатурой пролетариата». Тогда таковой захват не удался, но номенклатура сумела взять реванш позже. С помощью длительной кампании компрометации идеалов служения обществу номенклатура сначала провозгласила «общенародное государство», а затем это самое «общенародное государство» разрушила. Бывшую общенародную собственность номенклатура и её союзники (криминал и либеральная интеллигенция) разворовали на куски, приватизировав ее.

Вполне возможно, что если бы к власти в СССР пришёл Ежов и его союзники, то крушение советского проекта произошло бы лет на 50 раньше. Но тогда этому помешал Сталин и его группа, чего либеральные интеллигенты до сих пор не могут забыть и непрерывно проклинают Сталина как заведённые. Политический смысл номенклатурных заговоров против социализма Сталин, как уже ранее цитировалось, расценивал так:

«Враги народа основной своей задачей ставили свержение советского строя, восстановление капитализма и власти буржуазии в СССР, который бы в этом случае превратился в сырьевой придаток Запада, а советский народ – в жалких рабов мирового империализма. Важное место в планах врагов народа занимали: подрыв экономической и военной мощи СССР, содействие иностранным агрессорам в деле нападения на СССР, подготовка военного поражения СССР.

Захватив власть и установив бонапартистские порядки в стране, опираясь на вооруженное ими контрреволюционное отребье, на уголовные и деклассированные элементы, эти презренные и жалкие предатели намеревались прежде всего отказаться от социалистической собственности, продав в частную собственность капиталистическим элементам важные в экономическом отношении наши хозяйственные объекты. Под видом нерентабельных ликвидировать совхозы и распустить колхозы.

Передать трактора и другие сложные сельскохозяйственные машины крестьянам-единоличникам, именуемым ими фермерами, для возрождения кулацкого строя в деревне.

Закабалить страну путем получения иностранных, займов. Отдать в концессию важные для империалистических государств наши промышленные предприятия. Отдать Японии сахалинскую нефть, а Украину – Германии»[261].

Знаменательно, что, по всей видимости, на Сталина «ежовщина» произвела не менее сильное впечатление, чем на общество. В разговоре с авиаконструктором Яковлевым Сталин обмолвился, что «Ежов был крысой, которая убила много невинных людей». Вождь в частных разговорах признавал, что большой террор нанес вред советскому государству: «Ежов плохо руководил НКВД. В него проникли антисоветские элементы, и они уничтожили многих невинных людей, наши лучшие кадры»[262].

Тогда потенциальных расхитителей-приватизаторов, скомпрометировавших советскую систему, удалось остановить. Но, вскоре после смерти Сталина, тот же сценарий продолжился. И всё, о чём говорил Сталин как о замыслах пятой колонны, воплотилось в жизнь. В наше время в России олигархическо-чиновничье правление, с яхтами и яйцами Фаберже для олигархов и нищетой для народа. С огромным и растущим числом чиновников и сокращающимся населением. С миллионными окладами и премиями топ-менеджеров, и ежедневными призывами к населению перечислить денег на лечение очередного больного ребёнка. С ростом карательных органов и сокращением числа школ и больниц.

Что примечательно, смена справедливого общества на классовое происходит относительно спокойно. Что первобытного коммунизма на рабовладение, что социализма на капитализм. Стоит только вспомнить как легко пали социалистические режимы в Польше, ГДР, Чехословакии, Венгрии, Болгарии, Албании, Югославии, СССР. Только в Румынии и России свержение социалистических режимов сопровождалось вооружёнными столкновениями, и то локальными и кратковременными. А вот смена классового общества на справедливое, или даже попытка такового, требует революции и сопровождается грандиозными войнами и кровопролитиями. От восстаний рабов и крестьянских войн до буржуазных и социалистических революций, сопровождавшихся многолетними гражданскими войнами. Достаточно вспомнить Россию, Украину, Китай, Вьетнам, Никарагуа и т. д.

Вероятно, это объясняется ярко выраженным животным характером классовых обществ. Руководителям и функционерам которых разум не указ, они следуют своим инстинктам алчности и доминирования. Справедливое же общество основано на разумном учёте интересов всех его членов. Поэтому его руководители основывают свои действия не на инстинктах, а на разумных основаниях. Поэтому в справедливом (бесклассовом) обществе, как только появляется сомнение в его эффективности, легко возникает желание «улучшить» общество с помощью разделения его на классы. А как только появляются антогонистические классы и их интересы, то перейти к бесклассовому обществу становится уже невозможно без кровавой бойни. Потому что имущие власть и собственность готовы скорее уничтожить вообще всё, чем уступить это всё народному большинству. Такова суровая историческая закономерность. И один из уроков того исторического контекста, в котором действовал Николай Ежов.