Николай Ежов – От фракционности к открытой контрреволюции. Нарком НКВД свидетельствует (страница 40)

«Подрывная работа в угольной промышленности в Донбассе проводилась мною по директиве члена украинского троцкистского центра – Логинова. В беседе со мной он указал, что необходимо всеми мерами добиться срыва достижений индустриализации. Добиться этого мы можем путем срыва хозяйственных планов, путем организации вредительства…»[200]

Шаев принял установки Логинова к исполнению и привлек для вредительства в угольной промышленности в Донбассе троцкистов Антонцева – управляющего Чистяковуголь и Зубкова – управляющего трестом Донбассантрацит. Совместно с ними был разработан и осуществлен план вредительской работы. О мерах подрывной работы в угольной промышленности Донбасса Шаев на следствии сообщил:

«Антонцев сосредоточил подрывную работу, главным образом, на ведущих шахтах треста, а именно: № 18 – «Американка», «Красная звезда» и № 33-бис…

Методы какими Антонцев дезорганизовал угледобычу сводились к вредительскому ведению горных работ и к срыву подготовительных работ, в результате чего, во-первых, шахты захлестывались авариями и обвалами, и, во-вторых, не создавалось эффективной линии забоев, которые бы давали возможность получать бесперебойно уголь. Разрушительная работа по шахте № 18 «Американка» привела к тому, что добыча угля с 2.000 тонн в конце 1935 года упала до 1.400 тонн в сентябре, между тем, как в 1936 г. она должна была давать 3.000 тонн»[201].

Контрреволюционер Шаев следующим образом рассказывает о планах вредительства в угольной промышленности Донбасса, которые он старался проводить.

«Основные планы вредительской работа сводились, главным образом, к сокращению подготовительных работ, а этим самым к сокращению линии забоя, игнорируя правила ведения горных работ, установленных приказом Наркомтяжпрома № 840, в частности, игнорируя правила по технике безопасности, чем создавалась на шахтах обстановка, которая вызывала неизбежно аварийность.

«…Уже в первом квартале 1936 г. в результате выполнения группой Антонцева намеченных ими вредительских актов по «Чистяковантрацит» был сорван план угледобычи – недодано около 200 тыс. тонн угля; был сорван план подготовительных работ, что привело к значительному уменьшению линии забоя, а значит и возможности разворота угледобычи в последующие месяцы 1936 г.

Значительно выросли аварии на шахтах, выразившись в поломках механизмов, обвалах горных выработок, завалах и т. п.»[202]

В Азово-Черноморском крае тоже вскрыта диверсия в шахтах треста «Антрацит». Бывший помощник заведующего шахтой № 4 Богачев показал следующее о подготовке и совершении диверсии на шахте № 4 треста «Шахтантрацит».

«Мною на шахте № 4 совершено два диверсионных акта: один в июне, а второй в декабре 1936 г.

В первых числах июня я замещал в течение нескольких дней нач. западного участка Солодовникова. Быков в присутствии Бутова предложил мне воспользоваться этим обстоятельством, а также положением работ на участке, и произвести затопление его. Надо сказать, что к этому моменту выработка штрека 211 подошла на 2 метра к затопленной старой шахте № 2. Вследствие этого происходило просачивание воды через оставшийся целик. Работавший на выработке штрека № 211 забойщик Долгопятов, заметив просачивание воды через целик, пробил бурку и, убедившись в близости целика к затопленной шахте № 2, приостановил дальнейшую выработку угля и забил в бурку чоп, чтобы предотвратить затопление участка. Это обстоятельство и было мною использовано при выполнении диверсионного задания Быкова. Я поручил участнику к.-р. организации Семиглазову забитый Долгопятовым чоп вынуть и расширить бурку шире, что он и сделал. В результате расширения бурки, вода сразу же разрушила весь целик и затопила полностью западный участок. Пустив воду в шахту, Семиглазов вышел на гора через штрек горизонта 10. Находившийся же в коренном штреке и не предупрежденный десятник Егоров был застигнут водой врасплох и погиб»… «В конце сентября или в начале октября с/г. Быков поручил мне организовать завал шахты № 4 и связал меня для этой цели с Черных, в присутствии которого и дал мне это задание. Позже, в процессе подготовки диверсионного акта, Черных мне несколько раз заявил, что Быков торопит его с организацией завала, так как это разрушение шахты должно явиться своего рода протестом против расстрела Зиновьева и Каменева.

Такие же диверсионные акты подготовлялись и проводились и на Украине. Бабенко бывший главный инженер шахты имени тов. Сталина «Кизел-угля» рассказывает:

«Работая главным инженером шахты, я знал исключительную пожарную опасность шахты, а также знал, что она так умышленно создана участниками контрреволюционной организации Кривоносом и Барковским… В результате всего этого шахта в феврале месяце 1936 г. была пожаром уничтожена»[203].

3. Вредительская и диверсионная работа троцкистов на транспорте.

Не меньшую вредительскую и диверсионную работу троцкисты старались развернуть и на железнодорожном транспорте. Эти контрреволюционеры знали какое огромное значение имеет железнодорожный транспорт в народном хозяйстве страны.

Какие же задачи ставили себе вредители на транспорте? Это видно хотя бы из тех директив, которые давались членами троцкистской организации. Участник контрреволюционной организации Князев получил следующее указание о развертывании вредительства на жел. дорожном транспорте:

«Говоря со мной о задачах организации Лившиц делал главный упор на подрывную вредительскую работу в народном хозяйстве и указывал на исключительную роль транспорта в подрывной вредительской деятельности. В качестве практических задач в области вредительской работы на транспорте Лившиц поставил передо мной следующие задачи: 1. Срывать любыми мерами и средствами перевозки важнейших грузов промышленности, особенно руды, угля, металла и воинских грузов. 2. Добиваться максимального вывода из строя паровозов и дезорганизовать работу паровозного парка. 3. Привести путевое хозяйство дороги в состояние, угрожающее безопасности движения, дезорганизовать работу важнейших служб дороги с таким расчетом, чтобы вызывать массовые аварии и крушения поездов. Получив от меня согласие на развертывание вредительской работы, Лившиц поставил передо мной еще одну задачу – подготовить и осуществить ряд диверсионных актов (взрывов, крушений и т. п.), которые бы вызвали большое количество человеческих жертв.

Я задал вопрос Лившицу для какой цели нам нужны такие мероприятия, которые непосредственно направлены против рабочего класса? И на мой вопрос Лившиц ответил: «Нужно стремиться непосредственно озлоблять население, особенно рабочих и Красную армию против ВКП(б) и правительства, нужно создавать такое впечатление, что все плохо, все рушится и во всем виноват Сталин и советская сласть. Для этого нужно ударить непосредственно по населению, по рабочим, по Красной армии и твердо помня принцип «чем хуже, тем лучше»[204].

В аппарат НКПС пробрался контрреволюционер Буянский.

Он был начальником сектора капитального строительства Центрального управления вагонного хозяйства НКПС. Воспользовавшись своим служебным положением Буянский наметил ряд мероприятий по вредительской работе в вагонном хозяйстве.

«Практическая деятельность нашей контрреволюционной троцкистской организации в вагонном управлении НКПС осуществлялась по следующим основным линиям: а) захват нашей организацией вагонно-ремонтных заводов и вагонных служб жел. дор. Союза путем расстановки надежных троцкистских руководящих кадров на этих объектах; б) проведение подрывной работы на вагоноремонтных заводах и в вагонном хозяйстве дорог через участников нашей организации и близких к нам людей.

При проведении нашей контрреволюционной троцкистской организацией подрывной работы на железнодорожном транспорте, основной удар нами был нанесен по строительству вагоноремонтных пунктов на дорогах Союза»[205].

Активный участник троцкистской, вредительской организации на транспорте – бывший директор 9-го вагонного участка ст. Свердловск, о своей вредительской работе на дороге им. Кагановича заявил следующее:

«По линии вредительства на транспорте, организация ставила следующие задачи:

1. разрушение путевого хозяйства, путем умышленного срыва ремонта путей на важнейших направлениях дороги;

2. развала вагонного хозяйства, путем умышленного срыва безотцепочного ремонта вагонов и дезорганизация буксо-смазочного хозяйства;

3. дезорганизация партийного хозяйства путем умышленного срыва текущего и среднего ремонта паровозов»[206].

Эти директивы выполнялись на отдельных участках железной дороги членами этой контрреволюционной вредительской организации. Участник контрреволюционной организации Сычев, бывший мастер вагонного участка ст. Пермь, показал:

«Мною умышленно пропускались в поездах больные вагоны с неисправными буксами, рессорами, ударно-ходовыми частями и неисправными колесными парами, что неминуемо влекло за собой крушение на дороге.

Кроме того, я неоднократно, с целью вызвать крушение, ставил неисправные классные вагоны в пассажирские поезда № 79/80, с большим прокатом бандажей, неисправными рессорами и другими дефектами, угрожающими безопасности движения».

Другой участник к.р. организации Степанов – бывший пом. нач. паровозного отделения ст. Тайга, показал: