Николай Дубчиков – Пандемия в зените (страница 38)
Эпизод 33. Узники подвала
Мародеры услышали слабый визг Тани и замерли на месте. Затем осторожно приблизились к кухонному островку и увидели люк. Мужчины знаками обсудили план, и байкер с бейсбольной битой резко дернул дверцу, а тот, что был в шлеме, наставил дуло пистолета на темный проем.
– Эй, выходи, а то пристрелю!! – донесся сверху грубый голос.
Альберт Борисович не отвечал, он знал, что эту часть погреба не видно из кухни и чтобы их обнаружить, мародерам придется спуститься. Додж, оставленный без присмотра, в темноте двинулся на свет и задрал морду к верху.
– Опа, да тут собака!
– Сама туда забралась, думаешь?! Как бы не так, там еще кто-то есть!
– Слышь?! Выходи, мы тебя не тронем…
– Давай-давай, мы знаем, что ты там. Тут и рюкзак твой остался…, – поочередно выманивали мародеры.
Но погреб хранил молчание, даже Додж поспешно скрылся в темноте, почуяв, что от этих людей нечего ждать хорошего.
– Да там наверняка баба прячется. Мы с Витьком в Комаровке также одну телку нашли, недели две назад. Только с овчаркой, она у нее вместо охранника была. Ох и повеселились, – загоготал мужик в шлеме, который он не снимал даже в доме.
– Ну, давай, посмотри что там за баба, – кивнул второй.
– А че я, а не ты?
– У тебя ствол, тебе спокойнее туда лезть. А вдруг у этой бабы нож, мне с битой там не размахнуться.
Чувствуя, что у него нет аргументов простив железобетонной логики приятеля, байкер в шлеме осмотрелся:
– Темно там, фонарик бы…
Его приятель с битой плюнул в погреб:
– Нет у нас фонаря, в доме я тоже не заметил…, да лезь ты уже, не ссы. Мочи там всех сразу если что.
Профессор и девочка заметили, как на лестнице показались ноги мародера, затем живот. Этого было достаточно, не дожидаясь, когда появится голова, Хаимович выстрелил. Грохот в замкнутом пространстве неожиданно сильно саданул по ушам. Резиновая пуля попала в грудь, от удара незнакомец свалился вниз как мешок с картошкой. Мужик, который остался наверху, решил, что в погребе вооруженная засада и напарника убили. С одной битой в руках лезть в разборку ему не хотелось. Байкер бросился на улицу, выбрался во двор через окно, запрыгнул на свой мотоцикл и сорвался с места.
Альберт Борисович осторожно подобрался к мародеру, упавшему в подвал и поднял его пистолет. Человек не подавал признаков жизни. Профессор держал люк под прицелом, но никто больше не появлялся. Ученый нащупал у раненого слабый пульс, но тот продолжал лежать без сознания.
– Охранять, – скомандовал хозяин Доджу и поднялся наверх. Убедившись, что в доме пусто, а мотоцикл на улице остался только один, Хаимович быстро спустился в погреб.
Ученый бегло осмотрел трофей. Это был десятизарядный пистолет американского производства. Альберт Борисович ничего не понимал в оружии и просто обрадовался, что в его арсенале появился настоящий огнестрел с полной обоймой.
Профессор вытащил Доджа и сказал Тане наблюдать за улицей. Затем снова вернулся в подпол, обыскал мародера и нашел у него чип запуска мотоцикла. Секунду подумав, Хаимович стянул шлем с раненого, вылез из погреба, закрыл люк и придавил его тяжелым кухонным островком.
– Собираем вещи, нужно быстро валить отсюда, пока второй не вернулся с подкреплением.
Они набили рюкзак под завязку и вышли из дома. Девочка бегом направилась к велосипеду, но наставник окрикнул ее:
– Стой, за мной иди, у меня другая идея.
Ученый подошел к мотоциклу и осмотрел его. Это был обычный двухместный электробайк. Такие уже почти вытеснили бензиновых «предков» с городских дорог. Альберт Борисович вставил чип в гнездо, датчик показал уровень заряда батареи 90%.
– Подожди пока, я попробую его объездить, – сказал наставник, осторожно надавливая на ручку электротяги. Хаимович проехал пятьдесят метров по прямой, неуклюже развернулся и вернулся к ребенку.
– А как Додж поедет? – спросила Таня, держа боксера за ошейник. Этот вопрос заставил профессора задуматься. Бежать с такой скоростью пес долго не сможет, держаться на мотоцикле его сложно заставить. Альберт Борисович почесал затылок и зажмурился, как будто что-то вспоминая:
– Так-так… сейчас… надо вернуться в дом, есть одна мысль.
Через минуту ученый вышел из коттеджа с большой пластиковой корзиной в руках, в которую раньше хозяева складывали белье для стирки. При желании Додж мог уместиться в ней даже лежа, поджав лапы. Минут двадцать потребовалось, чтобы примотать корзину сзади на сиденье мотоцикла. Затем с трудом удалось усадить в нее собаку и привязать несколькими страховочными веревками. Получив парочку оплеух, боксер перестал вырываться и лишь недовольно вертел мордой, поглядывая на хозяев.
Профессор с волнением смотрел на дорогу и прислушивался. В конце поселка показалось несколько зараженных. Но они не сильно обеспокоили ученого, тем более что пока зомби не успели заметить людей.
Как только удалось справиться с собакой и привязать рюкзак, профессор взобрался на байк, а Таню посадил перед собой. Сначала они двигались медленно и неуверенно, но Хаимович быстро приспосабливался к новому транспорту, вспоминая те несколько уроков вождения мотоцикла, какие у него были в далеком юношестве. Додж сидел тихо, боясь пошевелиться и выпасть из корзины.
А в подвале дома тем временем очнулся раненый мародер. Мужчина попытался встать, но вскрикнул от резкой боли. При падении он сильно подвернул правую ногу и теперь не мог на нее опереться. Левая рука оказалась сломана чуть ниже локтя. Грудная клетка сильно болела от удара пули, было трудно дышать. Мотоциклист немного пришел в себя и стал прислушиваться. Его окружала полная темнота, ни один луч света не проникал сюда. Человек стал судорожно ощупывать руками пространство, надеясь отыскать свой пистолет.
– Помогите… Степа!! Эй, Степа, где ты, сука?!! Я здесь! Ну, блять, эй, кто-нибудь! Вытащииитееее меняяяя…, – завопил пленник в отчаянии. Через несколько минут мужчина нащупал тело мертвого старика и, отпрянув в сторону, ударился о полку на стене. Раздалось легкое позвякивание стеклянных банок с солеными огурцами.
Мародер кричал еще и еще что было сил, пока в конец не охрип. Он ждал, что приятель вернется за ним. Но тот по пути на «базу» нарвался на другую банду, попытался скрыться и получил автоматную очередь в спину.
Наступил вечер, прошла ночь, солнце поднялось над поселком, описало дугу и вновь скрылось за горизонтом. Но мотоциклист ничего этого не видел, он потерял счет времени. Теперь для него все было сплошной непроглядной ночью.
Байкер несколько раз пытался выбраться из подвала, ему удалось вскарабкаться по лестнице, цепляясь одной рукой и чуть-чуть приступая на вывихнутую опухшую ногу. Но поднять или сдвинуть с люка кухонный островок у раненого не хватало сил.
В погребе стояли стеллажи с домашними соленьями и заготовками и чтобы выжить, пленник отработал целую технологию добычи пропитания. Он наугад выбирал банку, тряс ею, пытаясь определить содержимое, затем протыкал жестяную крышку гвоздем, острие которого торчало снизу одной из полок. После чего пробовал жидкость на вкус. Если она оказывалась соленой, то сливал рассол в угол, затем аккуратно разбивал банку и осторожно выбирал из стекла консервированные огурцы, помидоры или другие овощи. Если в банке оказывался компот, то ставил к стенке чтобы утолять жажду.
Несмотря на все старания, силы постепенно покидали парня. Но еще быстрее стал мутиться его рассудок. Замкнутое пространство, темнота, ноющая боль во всем теле, смрад от собственных испражнений, зловоние разлагающегося трупа и тающая с каждым днем надежда на спасение – всё это сводило с ума.
Иногда в холодном сыром погребе раздавались его отчаянные крики, ругань, а затем дикий плачь. Но с каждым днём они становились все тише и тише. Его мольбы звучали чуть слышно в пустом доме, вокруг которого бродили одни лишь зомби. И только мертвец, гниющий на земляном полу, был его единственным собеседником. Убив одного пленника подвала, профессор оставил ему другого. И дом надежно хранил свою тайну.
Эпизод 34. Напролом
На крышу автодома села небольшая сова. Ее когти чуть слышно царапнули металл. Ночная охотница высматривала ящериц и грызунов, которые сновали в округе. Заметив добычу, она почти бесшумно вспорхнула, и через несколько секунд в траве раздался последний писк пойманного грызуна. Дремлющие зомби, которые окружили фургон, не видели этого, но человек, укрывшийся в кабине машины, слышал каждый звук в округе. Лев Николаевич наблюдал за противниками через окно и ждал подходящего момента для побега.
Стояла уже глубокая ночь. Почти все зараженные спали или замерли в оцепенении. Но некоторые то и дело просыпались, хрипели что-то невнятное и опять впадали в состояние транса.
Президент никак не решался открыть дверь. Зомби стояли слишком плотно, и проскочить между ними, никого не задев, было нереально. Изгнанник уже наметил себе маршрут: справа от обочины начиналось поле с низкими кустарниками, которое постепенно переходило в высокий холм, поросший деревьями. Там-то и надеялся оторваться от погони Лев Николаевич, если преследователи побегут за ним.
Мужчина посмотрел на звездное небо, вздохнул, поднес бутылку вина ко рту и сделал несколько глотков для храбрости. Затем сжал нож и очень осторожно приоткрыл дверь. Ближайший людоед стоял в полуметре от него. Президент затаил дыхание, поставил ноги на асфальт и выбрался из кабины. Он сделал несколько шагов в сторону, обошел одного зараженного, тут же протиснулся между двумя, а дальше предстояло идти напролом.