Николай Дронт – Граф (страница 52)
Тут наступил мой выход. С подробными комментариями на каждом этапе я выполнил несложные подготовительные действия, благо про направление и силу ветра мне доложил штабист. Выбрал цель, получил приказ на исполнение, я сейчас не командир, а всего лишь привлечённый специалист, генерал-архимаг при Резерве Генерального Штаба. Затем, во исполнение приказа сотворил чару.
Над целью подул ветерок, стали собираться жёлтые облачка. Ветер всё усиливался и усиливался, а облака набирали красноту. Затем полил дождик, такой… вроде грибного, но вместо капель воды падали искры огня. Этот этап занял минуты полторы, после того ветер усилился до шквального, а вместо искорок бушевали струи пламени. Минут через пять неистовство стихий стало ослабевать, а через десять сошло вовсе на нет, оставив выгоревшие развалины.
Многочисленные посты с разных точек вели наблюдения и теперь, пока не забылось, заполняли формуляры. Генералы лицезрели действо через бинокли и зрительные трубы, а когда всё закончилось, были по-хорошему потрясены и не скупились на похвалы с одобрениями.
Специальные люди хотели было войти в зону поражения, но я напомнил про температуру и посоветовал не рисковать и обождать до остывания. Меня послушали, но ввели ещё одну графу в формуляр — «Температура на границе в зависимости от времени». То есть, военные собирали максимум данных всего с одного использования. Не книга, конечно, но хорошая статья в профильном издании. Нашим учёным мужам такой бы подход!
Оставив наблюдателей дособирать данные, генералы было решили вернуться в столицу, но я воспротивился: Обижаете господа! Проезжаете совсем рядом, а не заглядываете! Многого не обещаю, но каша есть.
Отобедали у меня с удовольствием. Меню простое: Суп пюре с трюфелями, шампиньонами и вином, к нему пирожки слоеные с мозгами и пончики с мясным фаршем. Ростбиф. Майонез из форели. Зеленый горошек с белым соусом. Суфле из рябчиков. Чтобы чуть отдохнуть, пунш глясе из фруктового сока. Затем продолжение: Жаркое дичь с салатом. А на десерт — крем ореховый с фисташками, сыр, засахаренные фрукты, кофий, чай. Понятно, разные вина подавались в течении всего обеда.
Но вот каши нам как-то не подали, получается, обманул я генералов. Но из вежливости или ещё по какой причине, за столом про неё никто не вспомнил. Впрочем, гости вполне наелись тем, что подали, и при отъезде засыпали комплиментами моё гостеприимство. Хотя правильнее было бы хвалить Мивду, мою повариху.
День прошёл в хлопотах, но плодотворно.
В кабинете собрались первые лица государства — королева-регентша, глава Регентского совета, канцлер, главы Геральдического Комитета и Дворянского собрания Хаора. Всё! Столь узкий круг свидетельствовал о необходимости решить какой-то крайне важный и не публичный вопрос, касающийся титулованного дворянства.
Канцлер закончил вводное слово и поставил вопрос для обсуждения:
— Итак, барон Загорский просит принять его под руку Короны и готов принести присягу. Но тут и возникает вопрос — кому? Баронство имеет общую границу только с Зеленоземским герцогством через Тихое баронство, а через горные цепи с королевскими землями и герцогством Сланто. Третьестепенное баронство непосредственно под его величеством? Слишком жирно для Загорья! И это создало бы нездоровый прецедент.
Всё собрание согласно закивало головами. Баронишка сам того не стоит!
— Тогда кому? Как понимаете, в свете последних событий, герцог Сланто тоже совсем не вариант.
— Да и не только из-за событий! — уточнила королева. — Его лояльность Короне под большим сомнением. Имеются факты о скрытой поддержке герцогом двух последних заговоров. Не хотелось нагнетать обстановку, да и явных заговорщиков было много, потому государь, мой покойный муж, спустил дело на тормозах.
Такой резон все поняли, а, честно говоря, среди собравшихся герцог Сланто никакой поддержкой никогда и не пользовался.
— Присяга герцогине Зеленоземской с вхождением Загорского баронства в её земли, тоже вызывает сильные сомнения. Леди Лаура не показала себя верной сторонницей Хаора. Она часто совершает поступки, идущие вразрез с интересами Короны. Зеленоземье в качестве приданого ушло под частичный контроль великого герцога Эдмунда, и в наши планы не входит усиление Айзенерда, пусть он и под протекторатом королевства.
Собрание поддержало и этот тезис. Леди Лаура не заслужила подарка.
— Остаётся граф Везен, граф дю Гоуи, барон Тихий. Барон Загорский прямо заявил, что совсем не против стать его вассалом. Но вхождение Загорского баронства в любое из двух графств увеличит раздробленность наших земель, что крайне не желательно. А присяга барона барону выглядит анахронизмом и будет плохо принята дворянством.
И с этим соображением присутствующие согласились, однако возник, пусть и невысказанный, вопрос: «Так что делать-то будем?» Здесь присутствовали умные и опытные люди, никто из них даже не подумал, что их просто собрали поболтать и рассказать о безнадёжной ситуации. Докладчик не обманул ожиданий и продолжил:
— Казалось бы тупик⁈ Но мы не можем отказываться от новых земель, а потому при внимательном рассмотрении ситуации нашёлся интересный выход, который к тому же крепче привяжет Айзенерд к Хаору.
Слушатели замерли в поощрительном внимании.
Неожиданно слово взяла великая герцогиня Силестрия:
— На сегодняшний день граф дю Гоуи принёс его величеству вассальную присягу, но ему, как графу, не принесли клятву бароны графства. Следовательно, сейчас удобный момент для передачи графства кому-либо другому. Точнее, барон Тихий может уступить титул сыну своего сюзерена, наследнику Эдмунда.
— Но позвольте! — не выдержал представитель Геральдического Комитета, — ведь имеется завещание с жёстким условием!..
— Мы уверены, — парировала королева, — что боги согласятся с передачей титула, а людям легко объяснить решение различными важными причинами.
— Граф в любой момент может передать титул сыну… То есть, Эдмунд-младший — ребёнок… О, боги! А великий герцог… Он знает о?..
— Тут собрались самые доверенные люди королевства, потому только здесь и только сейчас скажу, что великий герцог Эдмунд в курсе дел, и более того, сам организатор сложившегося положения вещей.
— Вон оно как выходит! А великий герцог точно согласится?
— Пока с ним, да и нынешним графом дю Гоуи разговора не было. Но барон Тихий ещё не снимал со счетов накопленные доходы, а живые деньги прекрасный аргумент.
— Неизвестно, когда точно Эдмунд-младший наследует титул отца, но с младых лет он будет графом Хаора. Это даже не канат! Это якорная цепь, удерживающая его при Хаоре. Тем более, король его же возраста… Приглашение ко Двору, общие дела, забавы… Согласен! Это сильный ход для врастания Айзенерда в наше королевство. Дворянское собрание предпримет максимум возможного для того, чтобы графом дю Гоуи стал сын великого герцога.
— Зная… э… скажем… э… тонкий момент в процедуре передачи титула, я уверен… Даже нет, не так… Я гарантирую положительное решение Геральдического Комитета. Но что получит Тихий?
— Это своевременный и правильный вопрос, — ответила великая герцогиня Силестрия, — Начну с того, что на виду — с материального. Легко понять, что основной доход граф получает с личных земель. Так же не сложно определить их размер. Зная эти величины, можно предложить барону компенсацию — эквивалентные по размеру и прибыльности поместья, к тому же примыкающие к Тихому баронству. Я уверена, что леди Лаура оценит благородство своего вассала и выделит потребные имения. Кроме того, Корона может добавить что-то из кабинетных земель.
— Это прекрасно! Но как оно поможет с главным вопросом нашего совещания? С присягой барона Загорского?
— Я думал, все это поняли, — вновь взял слово канцлер. — Новые земли явственно потянут на баронство. Ещё одно организуется из земель Заречья. Плюс само Тихое баронство. И присягнувшее Загорье. Всё вместе объединяется в Тихое графство.
Глава 29
Графство
Утром, сразу после завтрака ко мне подошла Альберта и, явно стараясь не показать смущения, спросила:
— Мне пришло приглашение посетить библиотеку рода Луковичей, я могу его принять?
Ну вот! Начались брачные раскланивания! Нельзя же сказать девице: «Я в тебя влюбился, давай в койку, по-быстрому поженимся!» Или ещё проще, как в каменном веке, схватил, забросил на плечо и потащил к себе в пещеру. Нет! Надо, как павлину, распушить хвост и исполнить ритуальный танец. Предмет ухаживания тоже должен что-то изобразить. Кошмар!
— Конечно, Альберта, съездите, посмотрите обстановку.
— Если будут спрашивать, что я могу сказать Луковичам?
— Ну… Думаю… Скажем… Пятнадцать тысяч талеров серебром, золотое украшение с моим гербом и парадное платье.
— Вы про что⁈ — чуть не взвизгнула покрасневшая девица.
Всё она поняла! Вон, как напряглась.
— Про приданое, понятно.
— Приданое⁈ Мне⁈
— Королева даёт своим тридцать тысяч, значит, графу пристало дать пятнадцать.
— Я имею средства и приданое, — не слишком уверено заявила Альберта, но на всякий случай отказываться не стала.
— Имеете и имейте. Я же своим людям должен что-то выделить на свадьбу? Положено! Ради Чести Имени.
Будем честны, точно положено девицам из твоего Двора, если у тебя такой имеется, остальные могут и обойтись, но если есть возможность, такая дача приветствуется. К тому же считается не зазорным. Дворянки так решили: Корона фрейлинам устраивает приданое, а там такие титулованные особы, не нам чета! И то берут, да ещё и благодарят!