Николай Дронт – Гоф-медик (страница 43)

– Тихий, да ты эстет! Хе-хе! Такой Огонек с тобой пришел. Представь ее.

– Эмма Цейдлер, ваше королевское высочество. Из купеческих. Вместе учились. Выпущена первой среди учениц класса.

Вашей милостью титуловать принца при посторонней простолюдинке, по-моему, несколько фамильярно. Эмка вспыхнула. С ее веснушками и рыжими волосами это смотрелось весьма мило. Лагоз даже ущипнул девочку за щечку, а она не растерялась и в ответ протянула ему подаренный мной букетик ландышей. Тот был снисходительно принят.

– Огонек! Право слово, Огонек. Гляжу, Тихий, ты разбираешься в красоте. Такая, понимаешь, милашка…

Принц отошел, но Эмка осталась в трансе.

На соседней лавочке среди девушек царило полное уныние и чернейшая зависть. От немедленной расправы с их стороны мою спутницу спасало только наличие королевских гвардейцев.

Однако для меня гулянья были испорчены. Дальше подруга молчала, только автоматически приветствовала проходящих высоких особ. Лишь остановившаяся Лаура на время вывела ее из сомнамбулического состояния. Но мой ангел вела себя совсем не по-ангельски – Эмму она не замечала. Вообще. Мило поздоровалась со мной, похвалила гимназическую форму, назвала «моим рыцарем» и пошла прогуливаться дальше, ни разу не взглянув на мою спутницу. Но той это было и не надо.

Когда королевская семья закончила прогулку и вернулась в крепость, Эмма отказалась зайти в кафе съесть мороженое, а запросилась к родителям. Не знаю, что тому было причиной, обилие впечатлений или иная причина, но пришлось заканчивать гулянье.

Раз-два… Три-четыре… Раз-два… Какой же он тяжелый! Мелкий, но тяжелый… Раз-два… Три-четыре… Самому бы не свалиться… Три-четыре… Верстовой столб. Дошли. Привал.

– Третий десяток! Стой! Привал четверть часа! Можно оправиться и выпить половину чашки воды из фляги! Третьим номерам передать носилки четвертым номерам! Всем разуться и проверить ноги! Старшие групп ко мне! Выполнять!

За первую неделю учебы десяток похудел на девять человек из полусотни. Больше, чем любой другой десяток. Зато сейчас отставших нет. На этом участке троих упавших пришлось нести. Но ребята понимают – в бою бывают раненые, и своих бросать нельзя. Всего пятнадцать верст. На гражданке по городу больше бегали. Но тогда на тебе не было полутора пудов снаряжения. И не было последнего срока, когда надо прийти. И уж точно никто не тащил на себе приятелей.

Леон. Единственный дворянин из рядовых в десятке. Хилый, слабый, мелкий, но неукротимый. На носилки не ляжет ни за что, часть амуниции не отдаст тоже, вот и приходится его тащить почти на себе. Говорят, первый марш самый сложный, после него уходит половина. У Ромула тоже уйдут, но ребята поклялись завершить маршрут.

– Рекруты! Ребята! Последний рывок. Давайте дойдем. Уговаривайте или гоните пинками, но чтобы, хоть на четвереньках, дошли все. Что с потертостями?

– Госпо…

– Брось! Сейчас не до устава…

– Правильно ты сказал про толченую дубовую кору. Мозоли почти у всех, но идти можно.

– Отец рассказывал, когда походы вспоминал.

– Второй десяток весь отстал, не дойдут они.

– Не до них сейчас. Нам самим бы добраться. Пацаны, продержитесь еще чуть-чуть, совсем немного осталось.

Остаток дня потратил на разные хлопоты. Девушку отвез на извозчике, сдал на руки родителям. От чая отказался, да и, собственно говоря, предлагали из вежливости, хотели послушать дочь.

Заехал в свой дом, выдал слугам обещанное жалованье. Там дым коромыслом, Кидор разбирает вещи, Мивда моет окна, Балег с блаженным видом натирает паркет. Получили деньги, поблагодарили и вежливо спровадили.

Дома все семейство собралось и ждало моего рассказа. Отдал свой перстень с изумрудом папе, пусть носит в знак преданности его милости. Рассказал, за что получил новый. Думал, сейчас они все встанут по стойке «смирно» и хором споют осанну. Гуляние с Эмкой на фоне описания туалетной комнаты принца смотрелось бледно, весьма бледно. Разве только слова принца Торана немного заинтересовали родителей.

У папы вчера был готов к сдаче анализ ревизируемого отчета. В нем отец перевел с драконических рун на обычный язык названия закупок и написал, что цена в три талера за полведра «Аква Вульгарис», сиречь «Воды Обыкновенной», несколько завышена. Снадобий «Министрум Идиотус» и «Никтоне Читаетус» нет ни в одном справочнике зелий. Да и списывать хирургический ланцет после одной операции слишком расточительно. Столоначальник, прочитав отцовский документ, резво побежал докладывать начальнику департамента, тот сразу пошел выше. Через час папу дернули к министру.

Его превосходительство несколько расстроился. Особенно обиделся на «Министрум Идиотус». Где-то с четверть часа, невзирая на рядом стоящих подчиненных, крыл последними словами руководителей Медицинской экспедиции, а затем послал в госпиталь ревизионную комиссию, причем сразу с ветеранской полусотней стражей для производства арестов и опечатывания имущества виновных.

Отцу было выражено удовольствие началом его деятельности. Столоначальнику тоже было высказано одобрение, а служащие их стола ходили в предвкушении премии. Оказывается, столу, нашедшему и доказавшему растрату, полагается хороший процент от суммы возмещения. Конечно, размер выдачи зависит от чина, но даже самый мелкий регистратишка и самый последний копиист получат кое-какие наградные.

Эля уже связалась с Симоном аус Хансалом. На неделе родители с ним встретятся на нейтральной территории. Какой-то общий, хотя и далекий знакомый устраивает большой прием и приглашает на него обе стороны.

Еще в аптеку пришел посыльный из магазина, сказал, что привезли мой заказ, и спрашивал: «Когда прикажете расчет получить?» Намек понятен, магазину невыгодно держать товар у себя. Дал денег и велел привезти заказ, но рабочих без надзора не оставлять и никуда не пускать.

Мама ни с того ни с сего слезу пустила. Сама сказала:

– Что-то я последнее время реву слишком часто. И чувствую себя плохо. Мы Ганьку в кухарки напостоянно взяли, небось что-то не так готовит.

Я посмотрел на родительницу Взором и хмыкнул:

– Угу! Это Ганька виновата, батя тут ни при чем. Ну вы даете, родители! Ладно мама все забыла, отец, ты же врач! Что, не мог понять, что твоя жена ребенка ждет?

– Я уже старая! Какой ребенок?!

– Братик, мне по ауре так кажется. Кстати, уже видно – одаренный, только склонность пока непонятна. А про возраст – тебе еще и тридцати пяти нет, ты мне, может, еще и сестренку родишь.

Все случившееся дальше описать нет возможности. Мама, тетя и Эля выгнали нас из гостиной и, по-моему, хором плакали. Это из-за того, что тетя с Элей бездетные? Отец с идиотской улыбкой ходил взад-вперед по комнатам. Про меня все забыли, да и ладно, поехал ночевать во дворец.

Только приехал, служитель с поклоном подает казенный конверт. В нем предписание. Завтра в десять утра требуется прибыть в приемную верховного магистра. Внимание, вопрос! Кто предписание подписал? Какой-то чин из гильдии, да и мне ехать надо туда же. Но я в гильдии волшебников и алхимиков Хаора не состою. Какое право верховный имеет мне что-то предписывать? У меня, знаете ли, свое начальство есть. Мне, извините, в полдень к сюзерену на прием надо. Опять же не будет ли умаления его величества как гранд-мастера, что подчиненный ему рыцарь-волшебник пойдет без спроса в другую организацию? Может, и союзную, но другую. И без спроса. Я бы обиделся.

Ссориться с гильдией не хочется от слова «совсем», но вызвать недовольство государя, пусть по мелкому поводу, вовсе недопустимо. Служитель поддержал такое рассуждение. Рассказал, что в прошлый год некий флигель-адъютант уехал по срочному вызову в военное министерство. В то самое время у его величества случилось к нему какое-то дело, а человека на месте нет. Понятно, обсказали, куда и почему отправился его свитский. Государь не рассердился, а только спросил: «За чьей подписью вызов?» Ему в ответ: «Капитан Дидор, по поручению господина министра». Тут его величество и рассудил: «Раз мой флигель-адъютант по вызову капитана от меня уезжает, значит, Дидор его начальник, а не я. Пусть под ним и служит, мне такой подчиненный не нужен». Погнали из адъютантов, до сих пор полковник под капитаном служит.

Ничего себе так. Нормальненько. Это я новенький, такого анекдота из дворцовой жизни не слышал, все остальные наверняка в курсе. Значит, что? Провоцируют? Хотят убрать из двора и привязать к гильдии? Быть может, быть может. Рассуждая логически, молодой, не знающий жизни парень рванет по вызову в гильдию. Если кому-то повезет, то камер-юнкер сразу вылетит со службы. Семья небогата, а парнишка уже чуть-чуть вкусил сладкой жизни. Могли рассудить – если поманить столь же вкусным куском, как и при дворе, человек вполне может переметнуться.

В принципе, думаю, так рассуждая, я прав. Но кому это выгодно? Родичам мамы? Не думаю. Вызов они, может, и могли бы устроить, но предложить им особо нечего. Глава рода сам лишь магистр. Если замиримся, при дворе я им нужнее. Лично верховный? Он откуда про меня знает? Хм… Тетушка маленькой Терезочки рассказала? Возможно. Она архимаг, у нее есть что мне предложить – и обучение, и службу в гильдии, а если мама права, то и невесту. Буду у Ранбрандов кушать с руки и не рыпаться.