Николай Бутримовский – Далеко Далекое (страница 42)

Мне снились средневековые английские рыцари в накидках из белых простыней с красными крестами. Они, прикрываясь прозрачными полицейскими щитами от огня противника, бежали в атаку по коридору космического корабля, угрожающе размахивая разноцветными джедайскими лазерными мечами. Несмотря на плотный ружейно-пулемётный огонь, рыцарям удалосьдобраться до ощетинившихся штыками революционных матросов с крейсера Аврора и броненосца Потёмкин, началась кровавая рубка…

— Тит, проснись! — Сквозь тяжёлую алкогольную дремоту, успешно созданную изрядной дозой пойла, я почувствовал лёгкое касание женской руки.

— Авила? — Одуревший от увиденного во сне, я открыл глаза, команданте стояла рядом со спальным конвертом, в котором я пристегнулся к дивану, не раскладывая его в вариант кровати.

— Ничего, что я без приглашения?

— А да, конечно, подожди я сейчас, — я, ещё до конца не проснувшись, пытался выпутаться из ремней.

Она помогла мне отстегнуть застёжку и я, наконец, выбрался и взлетел с дивана.

— Спасибо, подожди минутку, я умоюсь.

Быстро скользнув в крохотный санузел каюты, огромная роскошь, между прочим, для корабля такого класса как Рычагов я стравил давление из организма. Затем обтёрся гигиеническими салфетками, и прополоскал рот.

Когда я вышел обратно в каюту, то Авила ждала меня сидя на диване, убрав в шкаф мой спальный конверт. Понятие «сидя» в невесомости относительно, но люди здесь предпочитают сохранять эти условности, даже ремнями к диванам пристёгиваются, когда «сидят».

— Что-то случилось? — Спросил я, пристёгиваясь рядом.

— Нет, все, что могло случиться, уже случилось раньше, — улыбнулась команданте. — Я просто устала, решила немного поболтать. Не злишься что разбудила?

— Нет, ни сколько. Наоборот, мне даже приятно твоё внимание.

— В других обстоятельствах меня к тебе и близко бы не пустили, ты бы даже на меня не посмотрел.

— Те обстоятельства давно прошли, — ответил я, и заинтересовано на неё посмотрел.

Не как на грозного команданте богатырского телосложения, а как на женщину.

— Налей мне тоже выпить, — сказала она.

Часть 2. На борту Рычагова — Глава 6. Корабельное житие

Авила выплыла из санузла, и повисла в центре каюты.

— Забудешь обо мне?

Я посмотрел на неё, думая над ответом и одновременно любуясь.

— Нет.

— Но зачем я тебе потом? Случайная встреча, страсть на грани жизни и смерти… А когда ты вернёшься в свой мир — там мне нет места.

— Понимаю, почему ты так думаешь, честно говоря, я бы сам с собой не остался, с тем прежним собой. Но сейчас всё стало другим, и это я говорю не для того, чтобы просто сказать тебе приятное и дать ложную уверенность. Плыви сюда, поговорим про будущее, — я улыбнулся Авиле и поманил её рукой.

— Плыви, — она удивлённо усмехнулась. — Где ты таких слов-то набрался, мы даже говорим на разных языках. Да и к жизни относимся по-разному, — она кивнула на голограмму на столе с фотографиями.

— Я вот понятия не имею, кто были мои прадедушка с прабабушкой, а у тебя предки семисотлетней давности на фотографиях, как самое дорогое.

Но, тем не менее, она грациозно изогнулась и, легко оттолкнувшись от стены каюты, прилетела прямо ко мне в объятия.

— Между нами целая пропасть. Сословные ограничения… Я не особо слежу за светской хроникой, но уверена, что если загляну туда, то узнаю много всякого интересного про тебя. Много такого, что меня сильно расстроит.

— Обнаружишь. Мне сложно тебе объяснить свои чувства и мотивы. Ты совершенно справедливо считаешь, что для меня происходящее это просто мимолётная острая интрига. Но я тебе так скажу, если ты меня не выгонишь, то сам я от тебя не уйду.

— Вот как?

Её глаза широко распахнулись, и она пытливо посмотрела на меня. И я тоже смотрел в ответ, ощущая её дыхание на своём лице, а потом молча поцеловал.

Когда я в следующий раз появился в командной капсуле, то Авила там находилась одна. Даже традиционного поста милеса перед входом не было.

— Привет, а где все?

— Привет, на ремонтных работах. Команда сильно поредела.

— Да уж понятно, — вздохнул я.

— Ты трезвый? Удивительно…

Ейдействительно было чему удивляться, так как с момента, когда мы улетели от Энея, я постоянно ходил подвыпивший. В хлам не напивался, но постоянно держал дозу. А вот сегодня я не пил.

— Да, сегодня мне алкоголь не нужен, есть же ты.

Она улыбнулась, а я подошёл к ложементу сзади, и, наклонившись, поцеловал её в макушку.

— Надеюсь это не нарушение устава?

— Вообще-то нарушение, я с тобой позже в каюте разберусь.

— Какие у тебя… у нас планы?

Она встала с ложемента и, поманив меня за собой, подошла к овальному тактическому столу, который находился прямо под голоэкраном. Вся его столешница тоже была одним большим экраном. Хорошая, удобная штука для совещаний, но использовать её можно было только в спокойной обстановке — когда никаких манёвров и ускорений. До сих пор я ни разу за ним никого не видел.

— Ущерб серьёзный, — она вывела на экран-столешницу данные по Рычагову. — Термоядерный двигатель неисправен, полностью вытек один из баков с меводом. А про один из вспомогательных реакторов ты сам в курсе. Хорошо, что у нас есть некоторый запас мевода сокислителем,и остались рабочими химические двигатели. Я как раз сейчас прикидываю возможные траектории полёта. Но пока ничего не вышло более-менее хорошего. Если рассчитывать на наши запасы, то полёт до ближайшей станциизаймётполтора года.

Она замолчала на секунды, а потом продолжила:

— Кислород закончится быстрее, даже если дышать будем через раз. Но пока не отчаялась, считаю ещё.

На экране появилась паутина вероятных траекторий с параметрами.

— Если хочешь, то можешь пока тут посидеть со мной, пока я буду работать.

— А может на помощь кого вызвать?

— Думаю и об этом, но тут риск, что опять кто-нибудь не тот прилетит. Вы же помощь вызывали с Энея. Чем кончилось?

— Ты права, ситуация не ясная.

— Я сейчас среди разных вариантов просчитываю связь узконаправленным лучом. Если пытаться прогнать сигнал через одну из удалённых станций связи, то возможно получится кого-нибудь позвать, но сначала нужно отдалиться от места сражения подальше. Будем лететь в свободном полёте неделю или две.

— Долго, но меня устроит, это время я проведу с тобой.

Она улыбнулась.

— Ты сможешь оплатить спасательный рейс? Я не хочу себя раскрывать. Ситуация с этими кораблями у Энея мне не нравится.

— Я же тоже им известен. Ты, наверное, хочешь оплату без привязки к моей личности?

— Да, это самый лучший вариант.

— Тогда нужна связь. Посмотрим, что смогу сделать.

— Отлично, — она опять улыбнулась.

— Я тут посижу?

— Уже сказала, можешь. Мне будет комфортней в компании, чем одной.

Я устроился в своём привычном ложементе, и занялся наблюдениями за Авилой, которая продолжала ходить вокруг тактического стола. Постепенно мои мысли приняли более практическое русло, я задумался о том, как мне заплатить за вызов помощи.

«Ещё один экзамен, насколько я Тит», — хмыкнул я про себя.

Я опять отметил про себя, что те дни на Нейтрино прошли не зря. Попав в личный кабинет Никитина, я смог узнать кое-какие его секреты. Некоторые меня воодушевили, от некоторых меня чуть не вырвало, а также были и просто полезные. Например, в тело Тита, а теперь, получается в моё, было имплантировано хранилище данных с самыми важными данными из личного архива.

Был там и финансовый раздел — Никитин при своей жизни в этом теле был тот ещё воротила, в финансовом разделе можно было выбрать счета на любой вкус. Личные счета Никитина, подконтрольные ему расчётные счета корпорации Далькорп, счёта предприятий, которыми он владел лично, на паях или через подставных лиц, ну и на закуску, анонимные номерные счета.

Было из чего выбрать, правда, была одна проблема. Работать с хранилищем можно было двумя путями или через пси, или через нейро. Если бы пси функционировало, то, как я понял, достаточно было бы только захотеть, и у меня в сознании развернулись бы нужные данные. Пси на «Рычагове» не было, значит, сейчас доступ был возможен только через нейро. Для использования нейро нужен внешний компьютер, нейро не выдаёт информацию напрямую в мозг.