Николай Бойцов – Джулия Монрек (страница 12)

Джулия поняла, что пора вытаскивать козырь. Она подняла руки ладонями вверх, посмотрела на них, и, задрожав всем телом, сказала: «Magicae lucis ignis, lumine ignis victima. Estuans Martyris19». Затем девушка сделала руками движение, будто зачерпнула воду, и в ладонях появилась прозрачная золотистая жидкость, внутри которой бушевали огненным штормы. Она поднесла сложенные лодочкой ладони ко рту и выпила её одним глотком.

Восстановившийся дух призвал свой меч, и тот, растворившись в дым, перетёк в его руку, а затем снова принял физическую форму. Дух был серьёзно ранен и потратил немало сил на восстановление, потому не успевал прервать заклинание, хотя чувствовал, что ничего хорошего оно не предвещает. Как только меч появился в его руке, безымянный бросился к девушке, но было поздно.

Лицо Джулии запылало изнутри. Кожа трескалась. Из трещин бил яркий свет, будто солнце, вырывающееся наружу. Глаза засветились ярко-жёлтым, как лампочки, так, что не было видно зрачков. Правый глаз пылал ярче, и из него вырывались лепестки святого огня.

Взмах.

Удар!

Безымянный сконцентрировал столько магии тьмы, что от движения его меча в воздухе оставался тёмный след.

Джулия вытянула руку навстречу мечу и остановила его, будто это был и не меч вовсе, а какая-нибудь палка. Левую руку она направила в сторону головы безымянного, и мощный поток света, сорвавшись с ладони, опалил его, сжигая шлем и плоть до основания черепа. Дух выполнил теневой скачок, чтобы отойти назад и восстановиться, но Джулия не собиралась давать противнику передышку. Она потёрла руны на ножнах, чтобы вернуть мечи, и, когда они вернулись, вытащила один из них – меч засиял от перекинувшейся на него магии света. Джулия замахнулась и метнула меч в безымянного. Вращаясь, он превратился в диск света, прошёл через плечо противника и оставил обожжённую рану, которая, тлея, сжигала его призрачную плоть.

Дух потратил большую часть своих сил, которые сохранялись в месте его упокоения, и в зале стало светлее.

– Я признаю своё поражение.

– Хорошо, подойди ко мне, – Джулия махнула рукой, развернулась и пошла к рюкзаку, чтобы достаться футляр с договором фамильяра.

Заклинание быстро слабело. Девушка едва переставляла ноги. Она шла, как оживший мертвец, и чувствовала себя так же. Заклинание развеялось еще до того, как она взяла в руки рюкзак. Джулия вытащила из него склянку, залпом выпила её содержимое и бросила на пол, затем достала футляр и отошла в сторону, где плиты были ровнее и чище, без мелких камушков. Безымянный подошёл к ней. Девушка достала из футляра кожаный свёрток и развернула его на полу – на получившемся квадрате могли уместиться два человека. По краям были начерчены четыре круга, пересеченные большим, в центре которого был ещё один круг поменьше.

– Так, поставь руки на круги со своей стороны, как я. Меч положи в центр и назови своё имя.

– Я не помню имени, как и себя. В процессе боя я вспоминал, как сражаться.

– Хорошо, тогда твоё имя будет… Арис. Согласен?

– Да. А меч зачем?

– Клади, потом расскажу.

Арис положил меч в центр.

Джулия начала:

– Я, Джулия Монрек, одолела Ариса в честном бою и признаю его своим слугой, а также другом. Обещаю прислушиваться к его советам, а также обсуждать с ним свои действия, как прошедшие, так и будущие.

– Я, Арис, признаю своё поражение в честном бою. Принимаю Джулию Монрек как свою хозяйку и обещаю быть её верным слугой. Своим клинком и душой, – продолжил он по подсказке девушки, – клянусь защищать и оберегать Джулию Монрек, а также выполнять всё, предписанное договором служения.

Джулия наклонилась к Арису. Со стороны могло показаться, что она поцеловала его, на самом же деле она поглощала фамильяра, делая его частью себя. Невидимые для человеческого глаза татуировки в виде широких чёрных полос появлялись на костях девушки, переходя в круги на суставах. Ариса затягивало внутрь Джулии. Их организмы объединялись. Постепенно становясь частью Джулии, Арис начинал понимать, каким заклинанием она одолела его в бою. Он чувствовал её обожжённую потрескавшуюся кожу и непреодолимую усталость. Полностью поглотив Ариса, Джулия почувствовала прилив сил. Теперь она была уже чем-то большим, нежели обычным магом. Теперь у неё был фамильяр. Девушка взяла двуручный меч Ариса – он был лёгким, хоть и массивным. «Двуручный меч – это, конечно, хорошо. Но я предпочитаю короткие или обычные длинные, – меч распался в дым, а затем снова сформировался в её руке, став одноручным. – Прекрасно. Только как мне его носить? Третьих ножен нет».

– Просто представь, что они есть, – ответил голос Ариса в её голове.

– Что? Что это было?

– Что?

– Твой голос! Я слышу его в голове!

– А, я и не заметил. Всё равно, попробуй представить.

– Хорошо, – Джулия завела меч за спину, представив, что засовывает в ножны, и действительно коснулась остриём их устья. Она приподняла ножны снизу, чтобы удобнее засунуть меч. – Арис, кажется, я теряю сознание. Вытащи ме… – не договорив, она упала без сознания.

Арис, сотканный из чёрного дыма, остался стоять, словно её душа, оставшаяся на месте. Фамильяр наклонился и попытался поднять девушку, но его руки проходили сквозь неё. Он попробовал зацепиться ещё и ещё, потерял равновесие и упал, оцарапав лоб. Пошла кровь. Он удивился и посмотрел на лицо девушки – ни царапины. «Хм… Я думал, раз тело одно, то и повреждения будут общие. Ай, – он почувствовал, как боль усиливается, – видимо, это работает только в одну сторону». Он почувствовал мелкие камушки, впивающиеся в ноги. Арис посмотрел вниз и увидел, как тёмная материя, из которой он состоял, формирует плоть – кости обрастали мышцами, венами, кожей. Через пару минут он стоял как человек, из плоти и крови, абсолютно голый. Из дыры в потолке подул лёгкий ветерок. Арис поёжился. В зале было не холодно, но он чувствовал себя неуютно и хотел прикрыться. Камни на перчатках Джулии засветились красным. Фамильяр почувствовал, что рукам стало теплее, будто и у него были перчатки, хотя он не видел их. Он моргнул, и перчатки появились на его руках. «Магия какая-то», – подумал Арис, осматривая себя. Вслед за перчатками появилась броня. Он сравнил её с той, что на Джулии – такая же. «Хм, мы, наверное, и выглядим одинаково». Он потянулся к рюкзаку, лежащему рядом с девушкой, и к своему удивлению обнаружил, что рука не проходит через него насквозь. Он поднял рюкзак и отошёл к кирпичному обвалу.

Осматривая дыру в потолке, он думал, как выбраться наружу, как вдруг почувствовал, что кожа стала гореть изнутри. Сильнее навалилась усталость Последствия заклинания продолжали переходить к нему. Он забрался на верх кирпичной кучи и закинул рюкзак наружу. Потом призвал своих клонов – один встал на плечи другому и схватился за кирпичную кромку пролома. Арис вернулся к девушке, взял её на руки и поднёс к клонам. Нижний клон передал девушку верхнему, и тот обхватив её свободной рукой, вытащил на поверхность. Затем клоны обратились в дым и вернулись в тело Джулии. «А как мне подняться? – подумал Арис. – Сил на новых клонов нет, ждать долго. Может, я тоже могу вернуться в её тело?» Он почувствовал мысль своей хозяйки: «Хочу пить». Струёй тёмного дома он взвился вверх и втянулся через ноздри девушки. Сотканная из дыма голова высунулась из её живота, поднялась вверх, вслед за ней потянулось туловище. Арис вытащил руки и, упираясь ими в бока девушки, вылез наружу. Приняв физическую форму, он тоже почувствовал сильную жажду. Арис порылся в рюкзаке, нашёл бурдюк и отпил. Потом сел рядом с девушкой, ожидая, когда она придёт в себя.

Через какое-то время ему пришлось отойти, чтобы справить нужду. Он почувствовал, что и его хозяйка испытала облегчение. «Интересно, я ощущаю её потребности как свои», – подумал он. Вернувшись к Джулии, он поискал в рюкзаке, чем можно утолить голод. Вытащив почти всё содержимое, Арис нашёл солонину, отложил её в сторону и сложил вещи обратно. Он поел немного, голод почти прошёл, но и солонины оставалось не много. Джулия долго не приходила в себя, и он решил пойти поохотиться, чтобы не терять время и запастись едой на будущее. Однако уже через тридцать метров врезался в невидимую стену. Он пошёл в противоположную сторону – ситуация повторилась. Стену, мешающую ему пройти, он не видел, барьер будто существовал у него в голове. Он точно знал, что далеко уходить от хозяйки нельзя, и как во сне возвращался обратно. Времени было достаточно, и фамильяр перепробовал множество способов преодолеть барьер: прыгал в него с разгона, принимал бестелесную форму и пробовал просочиться как дым – всё без результат, он снова и снова возвращался в тело хозяйки. Прекратив попытки, Арис решил просто ждать, когда Джулия очнётся.

Глава 5

Шёл третий день, когда на них напала стая волков. Джулия по-прежнему не приходила в себя. Арис обрадовался, так как солонина заканчивалась. Он быстро разделался со стаей – вожака просто разрубил пополам, остальные разбежались. Фамильяр взял у Джулии нож и аккуратно разделал тушу. Оставалось развести костёр. Он собрал палки, но не знал, как добыть огонь. Он пробовал тереть палки друг о друга, высекать искры о камень – не получалось. «Она вроде маг огня, – Арис посмотрел на Джулию. – А если я ей палку в руку положу, подожжёт?» Он так и сделал и постарался мысленно послать ей свою просьбу. Джулия сжала руку, и палка загорелась. Обрадовавшись, что это действительно сработало, он поспешил к костру.