Николай Бодрихин – Герберт Ефремов. Исполненный долг (страница 67)
Так вот, в ходе переговоров с доктором Абдулом Каламом поступило предложение создать ракету на базе одного из наших изделий. В итоге именно он предложил создать совместное предприятие Индии и России.
Вообще с доктором Абдулом Каламом и у руководства НПО машиностроения, и лично у Герберта Александровича Ефремова, и у индийских исполнителей всегда складывались самые тёплые отношения.
Направленные правительству России предложения о создании совместного предприятия по разработке крылатой ракеты первоначально было встречено в высоких кругах с недоумением.
К тому времени искренние попытки А. А. Кокошина, занявшего пост первого заместителя министра обороны РФ и искавшего партнёров в США (фирмы «Lockheed» и TRW, а впоследствии французская фирма «Matra»), показали, что по разным причинам такое партнёрство в этих странах не приветствуется.
«Предложение Индии о совместной разработке крылатых ракет руководители российских министерств направляли к нам в НПО машиностроения с сомнением: дескать индийские специалисты ничего не умеют. Постепенно наши объяснения, что совместная работа только повысит наш опыт и знания и что мы только выигрываем, признавались, но с неверием в успех, — отмечает Герберт Александрович. — Мы поразмыслили немного о том, как быстро можно сделать что-то, что будет представлять интерес и для нас, и для Индии. Внимание обратили на «Яхонт», который у нас тогда уже прошёл как экспортный вариант «Оникса». К этому времени по «Ониксам» прошли порядка тридцати испытательных пусков, были выявлены кое-какие неполадки, но все они были уже исправлены. Мы начали спрашивать у ВМФ и у Генштаба: можно ли использовать «Яхонт»? Когда нам дали зелёный свет — это были 1993–1994 годы, — взялись за оформление совместной организации. По «Ониксам», кстати, на тот момент работы были приостановлены. Флоту даже на поддержание других, уже поставленных на боевое дежурство ракет средства перестали выделять», — вспоминает Герберт Александрович.
Решение поставленной задачи порой казалось невозможным, но в 1997 году всё же вышло постановление президента РФ Б. Н. Ельцина, поручавшее организовать работу СО «БраМос».
С индийской стороны решающую роль в реализации проекта помимо Абдул Калама сыграли будущий исполнительный директор российско-индийской организации «БраМос Аэроспейс» С. Пиллей, директор проекта П. Венугопо-лан, финансовый советник директора Р. Раманатан…
Совместная российско-индийская организация «БраМос» была создана в 1998 году. Предприятие получило название в честь реки Брахмапутры и реки Москва. Основным проектом организации стала работа над сверхзвуковой крылатой ракетой, получившей аналогичное название — «БраМос».
При этом следует подчеркнуть поддержку, которую оказали руководитель СВР В. И. Трубников, ответственный сотрудник аппарата президента РФ Е. И. Ярцева, а также некоторые руководители Минфина РФ, поддержавшие начинания руководства НПО машиностроения.
— При этом некоторые не могли или не хотели понять, что мы с нашим умением окажемся в выигрышном положении, — говорит Г. А. Ефремов. — Вскоре Министерство финансов выдало кредитные средства на открытие СО «БраМос». Запомнилось, как в Министерстве финансов тамошние юристки долго не регистрировали наше тройственное соглашение (между Внешэкономбанком, Минфином и НПО машиностроения) об обслуживании выделяемого для НПО машиностроения займа. Пришлось звать их начальника, который также разъяснял им эту ситуацию. Наконец после долгих бесед мы прямо спросили у них: «Чего же вы тянете? Ведь уже есть подпись министра, есть разъяснения вашего начальника». На это упорные и уже по-современному мыслящие финансово-юридические специалисты нам откровенно отвечали: «Мы не понимаем только одного: как вы собираетесь украсть эти деньги? Ведь до вас все такие займы были украдены!»
Как выяснилось позднее, организации предстояло отдавать сразу два кредита: один с прибыли совместного предприятия, а другой — валютный. Избавляться от этой неправедной и не самой честной схемы фирма начала лишь в 2002 году — об этом распорядился лично президент В. В. Путин во время посещения фирмы. Но чиновники составили бумаги по-своему, и потребовалось ещё более шести лет напряжённого труда финансовых служб НПО машиностроения, чтобы избавиться от настойчивого давления Минфина.
Опубликование первых сведений о работе СО «БраМос» произошло в День России 12 июня 2001 года, немедленно после первого запуска со стационарной пусковой установки на полигоне Чандипур (Индия) ракеты с тем же названием.
Для проведения работ по размещению ракет на первом носителе — корабле «Раджпут» Г. А. Ефремов сформировал группу из десяти специалистов КБ и Опытного завода предприятия. Руководителем группы был назначен О. Н. Смирнов. В эту группу входила Н. А. Разина. Вот как вспоминают они те, уже далёкие от сегодняшнего дня, события:
«В сентябре 2001 года состоялось посещение корабля «Раджпут» и первое техническое совещание представителей РФ и РИ по вопросу установки противокорабельных ракет на корабле.
Традиционно в практике СССР и РФ работы по монтажу пусковых установок (ПУ), блоков корабельной аппаратуры системы управления (КАСУ), антенн ТМ, прокладка кабельных трасс, точностной выставки ПУ, навигационного комплекса и т. д. проводили несколько специализированных организаций. В связи со сжатыми сроками и ограниченными финансовыми возможностями было принято решение провести все работы по установке комплекса КР на корабле ВМФ Республики Индия «Раджпут» силами НПО машиностроения.
На первом этапе с участием двух специалистов НПО машиностроения был проведён монтаж фундаментов и ПУ с обеспечением необходимых точностей по установке ПУ относительно баз корабля.
Все работы выполнялись при нахождении корабля не в «сухом доке» (как это традиционно принято), а сразу «на воде», то есть на подвижном основании, что потребовало разработки специальных методов измерений. Специалисты НПО машиностроения срочно разработали и успешно реализовали необходимые методики.
Для выполнения работ второго этапа была сформирована группа из десяти специалистов КБ и производства НПО машиностроения.
Предварительных согласований с индийской стороной по материально-техническому обеспечению не было, поэтому большую часть расходных материалов для распайки разъёмов, герметизации, атакже инструменты и приспособления сотрудники НПО машиностроения привезли вместе с личными вещами в багаже самолёта.
Это позволило практически сразу начать работу в производственном помещении, предоставленном департаментом по вооружению ВМС РИ в «Док Ярде» города Вишакхапатнам.
В процессе дальнейшей работы индийская сторона постоянно оказывала помощь материалами, специалистами и рабочими.
Необходимые кабели были заранее поставлены из НПО машиностроения, но длина каждого, идущего от пусковых установок левого и правого бортов к КАСУ, и межблочных соединений должна определяться по месту, после установки макетов КАСУ. Габаритные макеты КАСУ не предусматривались, поставка штатных блоков задерживалась, да и устанавливать их было некуда, поскольку фундаменты под установку КАСУ только начали изготавливать.
Проблему решили с помощью картонных коробок, из которых сделали макеты КАСУ. В цехе на выделенном участке сымитировали взаимное положение блоков и точки ввода кабелей в корабельное помещение. К моменту поставки КАСУ большинство разъёмов было распаяно и кабели проложены по своим трассам.
В это же время для ознакомления с новым комплексом и инспекцией хода работ по «среднему ремонту» корабля прибыл командующий Восточным флотом Республики Индия.
Для встречи с ним из Москвы прилетел заместитель Генерального директора НПО машиностроения В. М. Киселёв, который заверил командующего, что задержки из-за установки комплекса КР не будет, а дальнейшие работы по тестированию и электроиспытаниям можно проводить после выхода корабля из ремонта.
Для большей убедительности блоки КАСУ были временно установлены на корабле (из-за их габаритов даже пришлось снимать ограждения межпалубных трапов), а затем возвращены в цех для продолжения дальнейших работ.
К концу августа 2002 года все монтажные работы были выполнены и ВМС Республики Индия допустило комплекс к проведению дальнейших работ по подготовке к пуску КР».
Первый успешный пуск ракеты «БраМос» с эсминца индийских ВМС «Раджпут» состоялся 12 февраля 2003 года.
Среди чиновников были и люди, намеренно противостоявшие развитию российского оборонного комплекса, в том числе и российско-индийскому сотрудничеству в области ракетостроения, и просто совершенно равнодушные чиновники. Г. А. Ефремову и главному экономисту предприятия А. Н. Семаеву запомнилось, как во время визита на самый верх, на Старую площадь, пришлось иметь дело с начальником одного из управлений. Правда, к тому времени необходимые для дальнейшего развития вопросы были уже решены, визы получены и от вышеупомянутого начальника требовалось получить только утверждающую подпись.
— Когда мы вошли в его кабинет, он был озабочен решением какого-то вопроса с помощью компьютерной техники и напряжённо всматривался в экран монитора, быстро щёлкая «мышкой». Он жестом пригласил нас пройти, и мы присели: я возле пространного Т-образного стола, Александр Семаев сбоку — на одном из стульев, стоящих вдоль стены. Через несколько минут он закончил решение своей задачи и протянул руку за документами, которые подписал без канители. Мы, довольные результатом, заспешили домой.