Николай Берг – Ночная смена. Лагерь живых (страница 6)
Влезаю в беседу, пока до смертоубийства не дошло:
– Нормально, кофе тоже годится! Горячий?
– Кипячий! – это паренек говорит.
– Тогда полощите рот, только не ошпарьте слизистые. Чтоб горячо, насколько терпимо. Но без ожога.
Мужик с перекошенной мордой – а раздуло его качественно, что особенно заметно после того, как он тряпки с головы смотал, – смотрит подозрительно:
– А ты точно врач?
– В чем сомненья?
– Да тебе один хрен – что чай, что кофе… Чтоб кофеем рот полоскать…
– Не один. Я вам внятно говорил: заварка шалфея или коры дуба – лучше. У вас есть заварка с шалфеем?
– Глумишься? Откуда тут шалфей?
– Ну вот. Принцип простой: снаружи греть больные зубы нельзя – лицо еще больше отечет, и боли будут интенсивнее. Греть надо изнутри – ополаскивая больную десну. Горячей жидкостью. Постоянно. Кофе – жидкость?
– Ну, жидкость.
– Вот и полощите. Приедем – найдем и шалфей, и стоматолога. Хотя зуб придется драть: бессонная ночь – прямое показание.
– А если не драть?
– Потом придется операцию делать на челюсти, потеряете пару-тройку зубов. И давайте закончим разговор – вам полоскать и полоскать…
Болезный улезает в люк. Подмигиваю пареньку и возвращаюсь к санитару.
– Это кто ж тут у вас?
– Да всякие разные, – и санитар перечисляет пару десятков предприятий, ВОХР, подразделения с Ржевского полигона и так далее…
Все-таки вернуться обратно в кабину – приятно. Трогаемся – ну, если не гора с плеч, то такой курганчик…
– А кроме вояк, тут кто еще? – интересуется мой напарник.
– Да всякой твари по паре: и ВОХР с завода, и заводские, и химики, и местные. Беженцев набрали еще… Монолитовцы тож…
Саша подпрыгивает:
– Какие монолитовцы?
– Гаражный кооператив здоровенный так называется. От них тут отряд самообороны. А что ты подпрыгнул?
– Не, так, ничего…
Прыскаю про себя с серьезной физиономией – явно Саша в «Сталкера» рубился…
Тем временем нам дают отмашку, трогаемся дальше.
На пустыре за блокпостами табор: яркие туристические палатки, строительные вагончики, автомобили. Пара вышек с силуэтами на них. В ту сторону как раз санитар показывал.
– Это что такое за цыганский лагерь?
– Беженцы, наверное. Санитар толковал, что тут у них инфекционные больные.
– Дык тут домов полно. Разместили бы в тепле.
– Ну, это типа карантина. А может, в домах места нет или опасно. Хотя если тут дизентерийные – лучше их в чисто поле.
Прокатываемся уже разросшейся колонной по Беляевскому мосту.
Тут меня дергают снять какую-то нефтебазу в полукилометре от дороги.
Встряхиваюсь. Чего-то замотался. Спать хочется сильно. Саша откровенно зевает.
– Эй, вы, кончайте зевать, – буркает Семен Семеныч. – Глядя на вас, и меня в сон потянуло! Хотите уехать в кювет? Не хотите – тогда давайте общаться. «Грачи» вы или кто?
Раз едете пассажирами – извольте увеселять водителя. А зевать да спать – себе могилу копать.
– А вот что вы так презрительно про «Жип Широкий» отозвались? Вроде бы «Чероки» получше УАЗа будет? – продолжает Саша уже вовсе забытую тему.
– Дык а как о нем отзываться? У джипа – и несущий кузов! Курам на смех. Далее – зеркала очень быстро начинают портиться. Все шильдики ржавеют за год. Ну, и с электрикой беда. Вот остановимся – спросите у Нади, что сейчас джип ведет: подогрев сидения работает или нет. Готов на рупь поспорить – не работает. А самое главное – коробка автомат для джипа. Если его по нашим дрищам гонять – выходит из строя на раз. Ну и получается: джип – девок в казино возить. А для этого джип не нужен. Это – понты. Самое смешное, что целая куча этих самых чероков – заднеприводные. Вот это уже понтее понтов. На брюхе – шелк, а в брюхе – щелк.
– О, а я вдруг подумал: можно же у Нади, кроме электроподогрева, и про подарки женщинам в больнице спросить! Она и женщина, и медик.
– Спохватились! Уже спросили. Она меня при всех в галошу посадила и плавать отправила.
– Когда это вы успели-то?
– Пока вы в «Макдональде» шарились. Мне эта мысль в голову тоже пришла. Я ее спросту и спросил.
– А она?
– А она глянула так и спрашивает: «Вы же вроде говорили, что женаты?»
Ага, говорю, уже двадцать шесть лет.
Она так картинно удивилась и заявляет: «И что, ваша супруга никогда колготок не носила?»
Ну и все. И сказать нечего. Конечно, колготки… Умыла девчонка, как маленького…
– Ловко! Действительно, все гениальное просто. И что будем делать?
– Есть у меня наколка на карте, где колгот куча.
– Сейчас приберем?
– Нет, сейчас не получится.
– А где колготы-то?
– Будете ржать – высажу.
– Не будем.
– В кузове моей фуры. На том же предприятии, откуда этот грузовик с бананами брали. Рядом с американцем этим как раз стояла.
– Семен Семеныч, при всем уважении – Бугага!
– Вот так и знал, что заржете.
– А что еще остается?
– Ржать внутренне. Про себя, с соответствующим выражением лица.
– Извините, но реакцию надо было обозначить, чтоб показать свое участие в беседе. Вот представьте – вы сказали, где колготы. А мы сидим с индифферентными мордами. Как-то не по-человечески… – приходится оправдываться мне.
– Ладно, проехали, – великодушно прощает нас шофер.
– А что вы про пушки рассказывали – интересуетесь вопросом?
– Нет, это так. По детским впечатлениям, – улыбается Семен Семеныч.
– А что за детские впечатления?