Николай Беляев – Волк в зеркале (страница 43)
Я им нужен. И он меня попросту покупает.
Я им нужен потому, что зеркало «привёл в действие» именно я — да пусть и не помню, как. Люба для них — что-то совершенно вторичное. Так, небольшой бонус… особенно сейчас, когда они поняли, что она ходит за мной по пятам. И им важно иметь меня на виду — чтобы контролировать. А может — чтобы заодно устроить Любе ловушку.
И испытать артефакт.
Ну что, попробовать выложить козырь?
— Волков тоже хотел во всём разобраться? — нагло поинтересовался я.
— А, вы тоже заинтересовались этой историей? — голос Каращука ни капли не дрогнул. Безопасник бросил быстрый взгляд на Юрку, потом на Трофимыча, на Колтырина. Ну да, всё верно — эти трое явно в курсе тех дел, что творились тут прошлой осенью. Да и из присутствующих «чинов» явно многие знают, о чём речь. — Да, хотел разобраться и работал с нами. Заметьте, по своей инициативе… почти.
Лицо у него было до того честное, что я ни капли не сомневался — врёт. Тут и колдуном не надо быть. Сто к одному, что если и была «инициатива» со стороны неизвестного мне Серёги Волкова — она явно была продиктована обстоятельствами, в которые его загнали… И то самое «почти».
Ну что ж… Я вам нужен? Давайте попробуем поторговаться.
Я отодвинул стул и сел — выглядело это вызывающе, учитывая, что большинство, включая «пиджаков» из Управовской верхушки, стояли. Посмотрел на безопасника снизу вверх:
— Олег Богданович, я тоже не против работы с вами. Просто хочу быть уверен, что… — быстрый взгляд на Юрку — тот стоит чуток ошарашенный, явно не ожидал от меня, — …что я не исчезну точно так же, как Волков.
Лицо Каращука внезапно стало злым.
— Умный, значит? — прошипел он. — Товарищи, извините, мы с Найдёновым отлучимся ненадолго. Ну что, Найдёнов, вставай, пошли. Поговорим с глазу на глаз, — и он, не оборачиваясь, зашагал к дверям в коридор — старым, двустворчатым, покрытым множеством слоёв краски.
Мне ничего не оставалось, как встать и последовать за ним. Не пристрелит, в конце концов — слишком много народу слышало начало диалога, и пусть даже все «под подпиской» — просто так убрать меня сейчас уже не выйдет. Вопросы возникнут, так скажем — тем более, тот же Григорьев по должности выше Каращука.
Мы прошли по коридору с десяток шагов, и безопасник открыл дверь в какую-то комнату — пустую и пыльную, даже стульев нет. В окне, выходящем на здание милиции, алеет закат в полнеба.
— Дверь прикрой, — буркнул Каращук, и когда я, притворив дверь, подошёл ближе, прямо сказал: — Ты, Найдёнов, как тот самый Волков. Такой же наглый и въедливый. Хочешь знать, что произошло?
— Хочу.
— Мы расследовали заговор в верхушке Колледжа. Дело было — полная задница. Доппелей полгорода. Колледж ставит ультиматумы. Диверсии устраивает. Вдобавок рядом с Волковым крутилась девчонка, из ваших, провалившихся, и колдунам она нужна была до зарезу — потому что способна смотреть в будущее, пусть ненамного и бессистемно, но всё равно… А Волков своей аурой умел усиливать пробои. Точнее, не умел — просто мог…
Каращук, видимо, чуток успокоился, голос стал ровнее, из него пропало напряжение:
— В общем, колдуны открыли пробой в оружейку. Волков был в составе группы, которая заранее туда выехала — мы смогли просчитать действия этих уродов. Не помогло — там рвануло, разнесло половину оружейки, четверо раненых, а Волков просто исчез. Вообще, понимаешь?
А вот сейчас нутром чую — говорит правду. Может, не всю, но правду.
— Если он мог усиливать пробои — может, что-то случилось, и он попал к колдунам? — предположил я.
— Если бы, — хмыкнул Каращук. — Дальше ещё интереснее. Примерно через пару часов позвонил дежурный с северного КПП и передал, что Волков пошёл в Колледж и просил поддержать огнём. И всё — больше о Волкове никто никогда не слышал.
— Северный КПП далековато от оружейки, — вслух прикинул я.
— Да, но тем не менее.
— А что с Колледжем?
— Подняли по тревоге боевую группу. Прорвали защиту — не спрашивай, как. Зачистили пол-Колледжа, по-жёсткому — причём организованного сопротивления почти не встретили. И… — безопасник сделал паузу.
— Что «И»?
— Никаких следов ректора. Никаких следов Волкова. Но интересная деталь — в бывшем спортзале обнаружили растерзанную тушу оборотня и тело очень крупного доппеля. Причём доппель убит выстрелом в затылок, возможно даже в упор. А от оборотня — одна кровавая каша, словно его стая собак рвала… Клочки по закоулочкам, короче. Как Тузик грелку. Кровищи — как на скотобойне.
Что-то не так. А, вот что!
— Колдуны же не используют огнестрел?
— Молодец, хорошо инструктажи слушал, — кивнул Каращук. — А ещё там обнаружилась пара гильз и с десяток патронов от карабина Волкова. Причём патронов нестреляных, будто их просто выбросили.
— И это точно от карабина Волкова?
— Точно, — поморщился безопасник. — Он незадолго до этого купил себе довольно экзотический ствол, таких на весь город хорошо если штуки три. И везде с ним таскался, и на тот выезд в оружейку с ним поехал — это я видел лично. Но карабина мы не нашли.
— Выходит, в Колледже были не только доппели, но ещё и оборотень? — осторожно уточнил я.
Вот. Вот оно. Оборотень, который может открывать пробои — и оборотень в Колледже. То есть, выходит, и тот, которого мы видели — скорее всего выходец из Колледжа.
Стоп. Именно из Управы велели не трогать того оборотня, что помог нам. Значит — они отлично знают, что он настроен миролюбиво. И Каращук знает. Но можно гарантировать — не ответит, если спросить его прямо… И ведь никто из присутствующих в зале не прокомментировал, когда мы рассказывали, как оборотень помог нам отбиться от засады! То есть — все знают? Или всем велено помалкивать? Что же тут творится-то, а?
— Предполагаем, что оборотень верховодил, — нехотя сказал Каращук. — В облике ректора. Это объясняет, почему Колледж противился внедрению электронных фотоаппаратов… Ну и доппели, опять же.
Было видно, что разговор дался ему нелегко. А это значит, что большинство сказанного — правда. Возможно даже, что всё — но зуб даю, что-то наш Богданыч приберёг в рукаве… С него станется.
— Так что, как видишь, к исчезновению Волкова мы непричастны, — подытожил безопасник. — Самим бы разобраться… Ты с чего вообще взъелся-то?
— Дьяченко зачем шантажируете? — а, борзеть так борзеть.
— Надо же людей как-то в нужное русло направлять! — глаза Каращука совсем по-мальчишечьи блеснули. — И это он ещё не знает, что с Волковым дважды встречался доппель в его образе. Причём оба раза Волков выжил только чудом…
Выражение лица безопасника вдруг изменилось, он отвернулся к огненному закату в окне и, кажется, задумался. Потом продекламировал — медленно, спокойно:
— Пишете стихи? — я удивился: как-то Каращук не показывал ни разу тяги к поэзии.
— Нет, это Мария… да неважно, пусть будет просто Мария. Тёзка, кстати, тогдашней подружки Волкова, — безопасник, обернувшись, внимательно посмотрел на меня — может, хотел что-то добавить к сказанному, а может, наоборот — решил, что сказал слишком много. Потом, усмехнувшись, поинтересовался:
— Расскажешь ведь небось Дьяченке?
— Обязательно расскажу, — не стал врать я. Подставил меня Юрка, конечно, неслабо, но, справедливости ради, сам же и разруливал проблемы вместе со мной.
Каращук, усмехнувшись, махнул рукой:
— Короче! Согласен?
— Согласен.
Глава 27. Вокзальный. 28 июня, четверг, утро
Есть среди ребят мнение, что сделки с безопасниками — сделки с совестью. Ну, не знаю… Сейчас пока что угрызений не чувствую. Видимо, потому, что Каращук, зараза такая, правильно заманивает в свои сети. Психолог он неплохой, что ни говори. Интересно, каков объём того, что он мне не рассказал?
Ну а пока что впереди внеплановый выходной, скинутый Управой, как говорится, «с барского плеча» — причём и мне, и Юрке. Григорьев объявил, что с мобильной группы мы сняты — Большаков выслушал это с обречённым видом, и настроение у него явно не улучшилось: ему-то теперь перетасовывать ребят, чтобы укомплектовать группы, вдобавок минус ГАЗик… Своя техника есть далеко не у всех — тем более вкупе с готовностью использовать её на благо города.
На работу было велено явиться в пятницу к 8 утра, причём с намёком, что выходные тоже могут оказаться рабочими. Ну, хотя бы в четверг погуляем…
Тем более, что я ничуть не собираюсь отказываться от того, что «пообещал» Любе.
Юрка предложение сходить в баньку принял с энтузиазмом — договорились на 10 утра. Баня в Вокзальном находится в самом начале Космонавтов, чуть ли не напротив забора Базы. Здание старое, ободранное, построено ещё в начале 40-х и видело явно не только ту войну, после которой этот мир «встал на дыбы» три десятка лет назад. Тем не менее, строение добротное и до сих пор пользуется активным спросом — тем более, что горячей воды в домах нет, максимум — кое-где стоят дровяные титаны, да и то только в тех домах, которые поновее. Горячего водоснабжения тут нет даже в том мире, из которого пришёл я…
Утро рабочего дня — шанс, что не будет столпотворения, а мне для воплощения плана — не самого лучшего, но уж какой есть — нужна парилка. Она в бане как раз хорошая, хоть и не особо большая, ну а торфа в Вокзальном никогда не жалеют. Лучше бы, конечно, ту баню, что есть в моём мире — большую, двухэтажную, но что толку о несбыточном мечтать…