Николай Беляев – Что оставит ветер (страница 50)

Ты хотел ответов на вопросы? Ты их получил. Что тебе ещё надо?

Мне? Мне надо лишь одного – чтобы Соня была жива и здорова. и мне даже начхать на эти семь миров.

Олег отпил ещё пива, почесал кота за ухом и, не выдержав, спросил вслух:

– Ну что, кот, может, и правда поделиться с ними?

Шерсть кота встала дыбом – зашипел он так, словно был гремучей змеёй. Олег, не ожидая подобного, отдёрнул руку, отпрянул, потеряв равновесие и чуть не полетев кувырком с обрыва. Дёрнувшись в сторону, вскочил на ноги.

Кот стоял, глядя на Олега, выгнув спину и шипя. Глаза-шарики, в которых почти не было видно зрачков, несмотря на вечер, горели жёлтым огнём.

– Твою мать, – пробормотал парень. – Что ж такое-то…

Не отводя взгляда от кота, он сделал несколько шагов в сторону – кот не сводил с него взгляда. Так… пора заканчивать с этим.

Сосредоточившись, – что получилось, кстати, не сразу, – Олег шагнул в свой мир и сразу поблагодарил себя, что отошёл от берега – сейчас он стоял почти у самого края обрыва, на месте, где когда-то была спасательная станция. Ну его нафиг – домой…

Бросив ополовиненную банку пива в урну, Олег сунул руки в карманы джинсовой куртки и быстро зашагал к выходу из парка.

Спал Олег плохо. Было душно, открытое окно не спасало, хотя на улице ночью особой жары не наблюдалось. Парень проваливался в сон и просыпался, такое ощущение, поминутно. В очередной раз проснувшись около 4 часов утра, он сходил на кухню, выдул стакан ледяной воды из-под крана и, рухнув на диван, провалился в какой-то странный полусон-полуявь.

Олег лежал, смотрел на подоконник, по которому расхаживал большой пушистый кот, и думал, что кот, проходящий сквозь миры – это что-то новенькое.

– Не спится? – наконец поинтересовался кот. Олег не стал бы утверждать, что кот сказал это человеческим голосом – скорее уж он сам просто понял эти слова.

Спится, раз тебя вижу, подумал Олег, переворачиваясь на другой бок.

– Невероятное необязательно происходит во сне. Ты хорошо должен это понимать, – ухмыльнулся голос, словно услышав подуманное – а заодно лишний раз убедив Олега, что это сон.

Во всём должен быть какой-то смысл, а в разговоре с котом смысла нет.

– А в чём смысл твоей жизни, скажи-ка мне? – не унимался кот. Олег, приподнявшись и полуобернувшись, увидел, что тот так и сидит на подоконнике. Поднял лапу, лизнул её, поставил… Зевнул.

– Молчишь? Потому что у большинства таких, как ты, в жизни нет смысла, – кот встал, покрутился, снова сел. – Вы придумываете себе вместо него заменители – деньги ради денег, успех ради успеха, машины и квартиры. Кто умнее – путешествует, набирается впечатлений. Кто ещё умнее – старается оставить после себя что-то важное… Дети, достижения – те, что для всех. А ты – плывёшь по течению.

Олег почувствовал, что начинает закипать. Чтобы его учил кот, да вдобавок ещё в его же сне – это слишком!

Ты сам-то свой смысл знаешь? Уличный блохастый кот будет учить меня жить?

– Никто тебя не учит. Просто таких, как ты, легко обмануть, дав им ложный смысл жизни. Считай, что я здесь ради того, чтобы ты не совершил ошибки. Смотри, слушай, думай… Главное – думай.

Кот встал, выгнулся, пошевелил лапой стоящего на подоконнике болванчика-Ститча, который днём болтал головой от солнечной батарейки. Повернул голову к Олегу:

– Никогда не хватайся за дело, не обдумав. Даже если тебе кажется, Что это луч солнца, без которого ты не сможешь… – он движением лапы сбросил болванчика с подставки и закончил: – …жить.

В какой момент кот исчез, Олег так и не понял.

Разбудил парня в положенное время установленный на смартфоне будильник. Уже собираясь уходить на работу, Олег подошёл к окну… и удивлённо застыл. Фигурка болванчика лежала на боку – в точности как во сне.

М-да, хорошие глюки… С чего мне примерещился этот кот?

Поставив болванчика на место, Олег заторопился. Уже сев – точнее, «встав» – в автобус и прижавшись лбом к холодному стеклу, замызганному снаружи, он в очередной раз задумался. Внезапно вспомнив, вытащил смартфон – там же есть фотографии кота.

Фотографий не оказалось. Точнее, было несколько снимков – но это были всего лишь чёрные квадраты. Похоже, ни одна из фотографий, сделанных в мире-меж-мирами, не получилась. Причём фото не получились вообще – в отличие от дома-призрака, который не отображался на снимках. Кстати, теперь понятно, почему не отображался, раз в нашем мире была лишь его проекция…

Мне этот кот вообще не мерещится ли?

Откуда он взялся в пустом мире, в котором нет ни одной живой души, ни одного домашнего животного? Но вроде ж я его гладил, он был вполне реален…

Угу, и явился тебе во сне. Даже поговорили – причём не спьяну. Олег усмехнулся, вспомнив, как одна из подруг призналась, что как-то разговаривала на кухне с пауком – правда, там дело происходило во время неслабой гулянки. Ну, а кот… Многие из тех, у кого есть коты, говорят с ними вполне-таки наяву, и могут поклясться, что коты им отвечают по-человечески – правда, сам Олег кошатником никогда не был.

Другое любопытнее: почему тогда, у дома-меж-мирами, кот так шарахнулся, едва услышав голос Семёна? И потом, почему он вдруг окрысился на меня, чуть не цапнул?

Кот не хочет, чтобы я делился своей силой с Семёном и его братией? Так я и сам не хочу. А коту-то какой интерес?

А ты точно не хочешь, Олежа? – вклинился внутренний голос. – Ты впервые в жизни станешь частью чего-то важного. Не будешь болтаться, как кое-что в проруби – получишь некую цель. Или твоя цель в жизни – так и остаться компьютерщиком в этой фирме, которая вдобавок того и гляди развалится?

Ну что ты чушь-то городишь? Работа даёт мне деньги – не запредельные, но и не копейки, и бросать я её не намерен.

Кто сказал «бросать»? Этого никто не требует. Ребятам нужен свой человек в этом мире, и ты реально можешь им помочь. Вспомни, сколько нагородил Шустер – а они как раз охотились за ним! Если бы они добились своей цели раньше – никто бы не погиб в этот раз! Ты собираешься так и остаться тем единственным, кто может проходить сквозь миры? И зачем тебе это? Вот скажи – ЗАЧЕМ?

Внутренний голос поднимал и поднимал ноту, а затем вдруг спокойно добавил: Ты даже к Соне ни разу не сходил. Для этого не нужно напрягаться…

А вот тут он, зараза, прав.

Олег вышел из автобуса, почти машинально подошёл к тётушке, торгующей пирожками, протянул деньги:

– Два жареных с картошкой, пожалуйста.

М-да, как в тот раз, в мире ШУстера… Кстати, там пирожки на два рубля дешевле – может, там их и покупать?

Жлоб ты, Олежа. Ради двух рублей готов нырнуть в чужой мир. Неужели не хочется сделать что-то, полезное для всех?

Хочется. Но почему-то не с Семёном…

Рабочий день пролетел быстро – так всегда бывает, когда дел невпроворот, и в пять вечера Олег вышел из офиса чуточку одуревшим от драйва – даже пообедать оказалось некогда, хорошо хоть, что утром пирожки купил.

И что теперь?

А теперь – к Соне, без вариантов. Надо наконец-то попытаться её навестить – в конце концов, это уже свинство: даже не попытаться ни разу, наткнувшись на «нельзя».

Уже по дороге к вокзалу, на конечную автобуса, олегу пришла в голову очередная шальная мысль.

А почему бы не посмотреть заодно мир Семёна? Я ж тогда по нему прошёл всего полкилометра и этим удовлетворился. В конце концов, я по сути поеду на автобусе через весь город, увижу очень многое.

Решено.

Через привокзальный сквер Олег шёл уже в мире Семёна. Вертеть головой по сторонам почти не приходилось – всё было откровенно знакомым. Даже в очень близком мире Сони были отличия – тут их, такое ощущение, не было совсем.

Ожидая автобус, Олег размышлял.

Соня тогда сказала, что наши с ней миры словно находятся в одной плоскости, а остальные – нет. Получается, этот мир тоже «в нашей плоскости» – слишком уж он похож. Что нам это даёт? Непонятно. Выходит, именно в этом мире сохранились знания волхвов – правда, для строго ограниченного круга.

Что я знаю о волхвах? Да ничего, собственно, кроме классического стихотворения Пушкина и шуточной песенки Высоцкого на ту же тему. Курганы недалеко от Крепости, курганы у моста через реку в черте города, часть из которых срыты при строительстве того самого моста – и всё. Вроде Олег (не я, а тот, который Вещий) как раз сюда, на наши берега, изгнал волхвов. Что, как – тёмный лес, плохо всё-таки не знать историю.

Подошёл автобус – традиционный ПАЗик, Олег сунул деньги водителю и уселся на сиденья в заднем ряду – народу пока было немного, железнодорожники ещё не подтянулись.

Ну ладно. Местные «волхвы», называющие себя Хранителями (опять эти хранители, блин) следят на этими «чёрными дырами», стационарными проходами меж мирами. В парке, на месте дома-меж-мирами, выходит, именно такой. Другие, если я правильно понял, открываются на некоторое время, и «волхвы» могут их чувствовать. Надолго ли открываются, в какие именно из наших семи миров ведут – непонятно… пока.

Ладно, первое – расспросить Семёна подробнее. Нет, это второе, первое – навестить Соню.

Так, стоп.

Если я правильно помню всё, что слышал о волхвах, они были ещё и лекарями, травниками и так далее. А не значит ли это, что Семён и его друзья смогут помочь Соне???

Олег аж заёрзал – мысль была совершенно неожиданной. А почему бы и нет?